Работа, правда, оказалась весьма сомнительного свойства, Капиту далеко не сразу на нее согласилась. Симони потребовалось немало усилий для того, чтобы уговорить Капиту.
— Деньги никому не достаются легко, — внушала она подруге. — А большие деньги — тем более! Всегда приходится идти на какой-то компромисс. И я считаю, что в моем случае он минимальный. Ты сходи хотя бы один раз со мной, и сама в этом убедишься. Тебе ведь надо думать о ребенке! На какие средства ты собираешься его растить?
Этот довод оказался решающим для Капиту. Бруну болел, его направили на компьютерную томографию, денег у Капиту не было, и она приняла предложение Симони.
Та познакомила ее с неким Фернанду, который представился руководителем агентства и объяснил Капиту, какую работу она должна выполнять:
— От тебя ничего не требуется, кроме твоей красоты. Многие бизнесмены любят появляться на презентациях и деловых ужинах в обществе молодых эффектных девушек — это придает им респектабельности и облегчает заключение сделки. Ты пойдешь сегодня в ресторан с одним банкиром и сыграешь роль его невесты. А деньги я тебе выплачу завтра.
Капиту справилась с такой задачей довольно легко, и с той поры у нее стали водиться деньги. Родителям она сказала, что устроилась работать по специальности, что проводит социологические опросы, в том числе и среди посетителей ресторанов, поэтому вынуждена иногда отлучаться из дома по вечерам.
Эма и Паскоал порадовались за дочь, особенно когда узнали, что она снова восстановилась в университете.
А Капиту со временем стала выполнять и другие услуги, и которых нуждались клиенты того сомнительного агентства. Некоторые из них после делового ужина желали уединиться с Капиту — разумеется, за дополнительную плату, и она соглашалась, боясь потерять столь важный для нее источник дохода.
— Прости меня, сынок, — говорила она своему несмышленышу, возвращаясь домой под утро. — Обещаю тебе: как только я окончу университет и найду хорошую работу, мы с тобой забудем этот позор как страшный сон. Ты еще сможешь гордиться своей мамой, тебе никогда не будет за нее стыдно.
Симони, слыша подобные заявления, мысленно изумлялась наивности Капиту, искренне полагавшей, что можно выйти чистой из той грязи, в которой она с каждым днем увязала все глубже и глубже.
Глава 3
Сеса отправилась к Алме за несколько часов до наступления Рождества, рассчитывая на то, что ей предложат провести там и всю рождественскую ночь.
— Не скучать же мне тут с вами! — высокомерно бросила она брату. — Я припасла такой подарок, которому нет цены. Когда Алма получит его, то непременно захочет видеть меня сегодня за их праздничным столом!
Подарок, на который Сеса делала такую большую ставку, действительно привел в восторг Алму. Это был старый литературный журнал, купленный Мигелом в букинистическом магазине. На первой странице этого журнала красовалось фото Феррейры ди Каштру — португальского писателя, чья юность прошла в Бразилии. А рядом с Феррейрой был запечатлен отец Алмы — большой знаток литературы, меценат, библиофил.
— Лучшего подарка я не получала за всю мою жизнь! — растроганно говорила Алма. — Сеса, ты словно вернула мне папу.
Именно на такой эффект Сеса и рассчитывала. Но в остальном ее ожидания не оправдались. Эду, рассматривая фотографию, с интересом слушал воспоминания Алмы, а на Сесу даже ни разу не взглянул. Эстела, его сестра, вообще встретила незваную гостью враждебно. А потом произошло самое худшее: пока Сеса беседовала с Алмой, Эду незаметно исчез из дома. Когда это выяснилось, Алма так расстроилась, что на нее было больно смотреть.
— Прости, дорогая, — сказала она Сесе. — Этот несносный мальчишка выбил меня из колеи. Передай папе мою благодарность за журнал и еще раз напомни, что я жду вас у себя на Новый год.
Сеса вынуждена была уйти.
А в дом Алмы уже потянулись гости, заранее приглашённые ею на рождественский ужин. Взяв себя в руки, Алма встречала их приветливой улыбкой, и лишь ближайшей подруге Глории призналась:
— Я едва держусь на ногах, так меня подкосил Эду. Представляешь, он сбежал к Элене — той даме, что была на его выпускном вечере!
— А ты в этом уверена? — спросила Глория, пытаясь развеять чрезмерную тревогу Алмы. — У Эду богатый выбор девушек, молоденьких и хорошеньких. Он может быть сейчас у одной из них.
— Нет, я сердцем чую, что он у Элены, — покачала головой Алма. — На днях я взяла его мобильный телефон и обнаружила там несколько звонков на один и тот же номер. Это был ее номер, я проверила!
— Все равно не надо делать из этого трагедии. Мало ли о чем они могли говорить по телефону! А если тебе так неймется, то позвони туда сама и все выясни. Может, его там и нет!
Алма не рискнула воспользоваться советом Глории.
— Эду терпеть не может, когда я его контролирую, — вздохнула она. — Нет, не буду звонить. Хотя всю рождественскую ночь мне придется провести как на иголках.
Чутье не подвело Алму: так и не дождавшись от Элены звонка, Эду сам поехал к ней домой, прихватив с праздничного стола серебряное ведерко со льдом и бутылкой шампанского.
— С Рождеством тебя! — бодро произнес он, когда Элена открыла дверь. — Ты не отвечаешь на звонки, поэтому я решил лично заехать.
— Спасибо, я тоже тебя поздравляю с Рождеством, — натужно ответила Элена, так и не предложив Эду пройти в квартиру. — А насчет звонков… Прости меня, я так закрутилась, устала, даже в гости не пошла. Хочу сегодня отоспаться.
— Все понятно. Гостей ты не ждешь, в дом меня не приглашаешь, — сказал Эду, — но раз уж я нарушил твое уединение, то принеси хотя бы фужеры. Мы поднимем бокалы прямо здесь, на лестничной площадке!
Он принялся открывать шампанское, и Элена вынуждена была его впустить.
— Ладно уж, заходи, не ставь меня в дурацкое положение. Я думала, ты серьезный взрослый человек, а теперь вижу, что ты всего лишь глупый мальчишка!
— Ты говоришь, как моя тетя, — недовольно проворчал Эду.
— В этом нет ничего удивительного: мы с Алмой примерно одного возраста, и ты нам в сыновья годишься.
— Ладно, пусть так, но все же ты мне не мать, — с вызовом произнес Эду. — Мы будем открывать шампанское или нет? Я не вижу фужеров!
— Сейчас принесу, — засмеялась Элена. — Ты умеешь добиваться своего!
— Рад от тебя это слышать, — не преминул заметить он. — Постараюсь и дальше действовать в том же духе!
Выпив шампанского, Эду еще больше расшалился. Вспомнил, что они с Эленой никогда не пили на брудершафт, и предложил восполнить этот пробел. Элена тоже развеселилась:
