Танку, к сожалению, обязательно требовался противник, причем не где-то далеко, за Ла-Маншем, а вот тут, в пределах прямой видимости. Поэтому его развивали, но как-то вяло, по обязанности, что ли? А вдруг не пригодится? Главным же фактором, повлиявшим на появление более чем причудливых образцов, было то, что все предложения и идея оставались чисто умозрительными. Проверки в бою они не прошли, поэтому совершенствовать танк на основе боевого опыта было просто невозможно. Любая система оружия требует проверки именно боем, лишь тогда ее можно довести до конструктивного совершенства. Вы обратили внимание на то, что пехота всех стран — участниц Второй мировой войны была вооружена винтовками, созданными на грани XIX и XX веков? Колоссальный опыт, полученный в ходе многочисленных больших и малых войн, привел к созданию идеальных конструкций, и все улучшения шли лишь за счет новых технологий, ничего не менявших принципиально. И лишь появление автоматического оружия снова заставило конструкторов сесть за работу. Танк, а тем более танковые войска столь долгой истории не имели. Вот и получилось то, что получилось.
Разумеется, история блицкрига неотделима от истории развития танков, прежде всего немецких, и других систем вооружения. При более внимательном изучении этих вопросов становится понятным, почему в одних странах, если уж говорить совсем точно — в одной стране, появилась тактика блицкрига, а в других — нет. Более того, она там не могла появиться в принципе, даже в самом конце Второй мировой войны.
Поэтому мы кратко рассмотрим состояние бронетанковой техники и танковых войск на сентябрь 1939 года, когда началась Вторая мировая война, и на июнь 1941 года, когда началась Великая Отечественная война. При этом мы постараемся проанализировать, насколько и то и другое было пригодно для использования по своему прямому назначению и для реализации идей блицкрига. Такая постановка вопроса может показаться парадоксальной, однако для нее имеются веские основания. Понятно, что любая войсковая операция требует взаимодействия разных родов войск, и декларировали это все уставы всех стран. Однако многие ли реально готовились налаживать это самое взаимодействие? Или чаще произносились голые декларации, не подкрепленные никакими реальными мерами?
Первую реальную проверку современные танки прошли во время Гражданской войны в Испании. Ее уроки были тщательно проанализированы, хотя этих самых уроков оказалось немного и проверка оказалась довольно однобокой. Танки применялись в весьма ограниченных масштабах, от случая к случаю, поэтому никаких выводов относительно тактики их действий сделать не удалось. Зато в отношении техники выводы последовали очень и очень серьезные, они в корне изменили представление о возможностях танков, а как следствие — повлияли на их конструкцию. Причем эти выводы, в общем-то, не были неожиданными. Странно только, практически все, увидев определенные недостатки тогдашних танков, никаких мер не приняли.
Известный английский теоретик Фуллер писал: «В Испании я видел три типа танков: итальянские; немецкие и русские. Но все три были всего лишь дешевым массовым продуктом, а не результатом тактических исследований.
По моему мнению, эта война доказала, что легкий танк совершенно не принадлежит к боевым машинам. Это неважно бронированная разведывательная машина, которая может стать очень эффективной, если удлинить ее шасси. В своем настоящем виде легкий танк на пересеченной местности напоминает эсминец в бурном море. Кроме того, внутреннее пространство для экипажа настолько мало, что люди чувствуют себя как в самоходном гробу. Это плохо сказывается на морали».
Французы еще в 1937 году тоже высказали свое мнение: «Немецкие танки стали крупным разочарованием (экипаж 2 человека, 50 км/ч, 2 пулемета, почти бесполезная броня).
Никакой защиты от вражеских противотанковых орудий или от пуль стрелкового оружия. Этот опыт дает германскому Верховному командованию повод серьезно задуматься.
Германская танковая дивизия оскандалилась, даже еще не будучи созданной.
Французские танки, более тихоходные, но гораздо лучше забронированные, остаются «королями поля боя».
Оптимизм суть бодрое мироощущение, но здесь французы явно хватили через край, в чем им предстояло убедиться в не столь отдаленном будущем.
А вот меморандум германского Генерального штаба от 30 марта 1939 года: «В конце октября 1938 года имелись 2 танковых батальона из 3 рот каждый. Одна рота в каждом батальоне была оснащена трофейными русскими танками. Роты, оснащенные немецкими танками, имели по 16 танков каждая.
Немецкие пулеметные танки никогда не использовались в бою целыми батальонами. Обычно танки мелкими группами придавались пехоте и сопровождали ее, как бронированное тяжелое пехотное оружие.
В целом танки использовались в Испании в малых количествах и без средств поддержки. В основном они уступали противотанковым средствам и лишь изредка их превосходили, хотя они также имелись лишь в небольших количествах.
45-мм пушки русских танков стреляют фугасными снарядами по очень крутой траектории. Эффективность этих снарядов неудовлетворительна. Бронебойные снаряды выпускаются по более пологой траектории. Из-за плохого качества стали бронепробиваемость русских бронебойных снарядов заметно ниже, чем у соответствующих немецких бронебойных снарядов. Русские бронебойные снаряды могут пробить 40-мм броню только с дистанции 100 метров. Вдобавок до 75 % донных взрывателей не срабатывает.
Сначала люди охотно вербовались в танковые войска армии Франко. Но после первых потерь, когда все увидели, как выглядит внутри сгоревший танк, первоначальный энтузиазм быстро угас. Сегодня, кроме добровольцев-энтузиастов, захваченные русские танки комплектуют помилованными преступниками или испанцами, перед которыми ставят выбор: тюрьма или танковая атака».
Но рассмотрим самое интересное для нас — историю немецких танков, или, как сейчас стало модно их называть, Panzerkampfwagen. Прелюбопытная история получается с множеством зигзагов, отступлений и крайне непонятных решений, объяснить которые никакая логика не в силах. Вообще создается впечатление, что танковые войска и Департамент вооружений сухопутных сил (Heeres Waffenamt) существовали в параллельных плоскостях, никак не пересекаясь и не соприкасаясь. Впрочем, это нормальное положение в царстве победившей бюрократии, вне зависимости от ее конкретной национальной принадлежности. И даже хваленый немецкий порядок от этого не спасает. Единственное, что хочется спросить: как получалось, что офицер, переходя из полка в департамент, моментально превращался в заядлого бюрократа и тут же забывал, как он сам на все корки ругал эти проклятые канцелярии.
Чтобы не быть голословным, я приведу выдержки из меморандума этого самого Департамента вооружений от 30 октября 1935 года, после прочтения которого возникает масса вопросов.
«M.G. Panzerwagen (La.S)
Пулеметный танк, вооруженный двумя 7,9-мм пулеметами, наименее пригоден для наступательных действий танковых частей. Однако после создания специальных боеприпасов он может использоваться против бронеавтомобилей и танков, защищенных противопульной броней.
M.G. Panzerwagen (2 cm)
Этот танк может успешно сражаться с бронеавтомобилями. Он также может проявить себя в бою с танками, имеющими аналогичную броневую защиту (14 мм). Против старых танков Рено Ml7 (толщина брони 22 мм) эффективные попадания можно ожидать на дистанциях менее 700 метров.
Против легких танков Рено NC37 и NC31 (толщина брони до 30 мм), а особенно против танков с 40-мм броней этот танк практически бесполезен.
Zugfuehrerwagen (Z.W.)
На дистанции 700 метров 37-мм снаряд может пробить 22-мм броню. Этого достаточно для борьбы с Рено NC27 и NC31, исключая участки с броней 30 мм.
Появления первого экспериментального танка с 37-мм пушкой следует ожидать в ноябре 1935 года. Учитывая ожидаемое увеличение толщины брони французских танков, следует попытаться увеличить бронепробиваемость на дистанции 700 метров. С 22 до 27 мм, установив 37-мм противотанковую пушку L/65 вместо L/45.
Begleitwagen (B.W.)
75-мм пушка этого танка L/21 может пробить 43-мм броню на дистанции 700 метров. Если говорить только о броне-IIробиваемости, танк вполне равен новым французским танкам.
Начальная скорость снаряда может быть увеличена для борьбы с танками Char 2C, ЗС, D, но это приведет к созданию совершенно нового танка. Опираясь на расчеты, можно видеть, что вес танка вырастет до 30 тонн при толщине брони до 20 мм, что уже не вполне достаточно для защиты от 20-мм снарядов.
Если подвести итог всему, изложенному выше, то можно сделать вывод, что созданные ранее танки вполне способны к наступательному бою, кроме как с самыми тяжелыми французскими танками. Необходимо, чтобы они имелись в достаточных количествах для формирования соединений, которые будут располагаться недалеко от линии фронта для компенсации их недостаточной подвижности.
