где работал Колин. Слоненок, которого он всю ночь успокаивал, теперь резвился в стоге чистого сена, в то время как детеныш леопарда вылизывал шкурку своим шершавым розовым языком и наблюдал за девушками любопытными зелеными глазами.
– Представь себе, – мечтательно произнесла Грейс, когда они покинули животных и прошлись через другие отделы. – Скоро ты будешь работать тут продавцом.
– И ты могла бы быть со мной, – прошептала Вив. – Ели бы позволила мне написать тебе рекомендательное письмо.
Радостное волнение Грейс немного поутихло при упоминании о том, где она может оказаться, если мистер Эванс уступит миссис Уэзерфорд. Он казался недружелюбным человеком в магазине, заваленном товарами, о которых она практически ничего не знала.
И тем не менее она не могла заставить себя предоставить фальшивое рекомендательное письмо. Грейс никогда не умела врать, сразу краснела и запиналась. Вне всяких сомнений она бы растерялась и запуталась в фальсифицированной информации. И все же она знала, что Вив не отстанет, пока Грейс не уступит.
– Возможно, если не представится больше никаких возможностей, я могу передумать, – медленно ответила Грейс.
Лицо Вив просияло.
– Считай, что дело сделано.
– Только если других возможностей не представится, – повторила Грейс, внезапно почувствовав надежду, что миссис Уэзерфорд сможет уговорить мистера Эванса.
Но Вив уже отвернулась, чтобы рассмотреть пару чулок, и только хмыкнула в ответ на осторожное замечание Грейс. Быстро оглядев сморщенную розовую упаковку, она отложила товар в сторону и развернулась к Грейс с таким воодушевлением, что ее юбка всколыхнулась у колен.
– А знаешь, что мы еще не сделали? Мы не посетили Гайд-парк.
Грейс улыбнулась. Сколько бесчисленных летних дней они провели, лежа в нагретой солнцем траве, вдыхая ее сладкий аромат и представляя себя в Гайд-парке?
– Он ведь совсем рядом, – сказала она, приподняв брови.
Вив оглядела ярко освещенные бесконечные ряды элегантных витрин.
– Если мы сможем найти отсюда выход.
Грейс вытянула шею, безуспешно ища выход. Девушки потерялись где-то между отделом постельных принадлежностей и жаровнями, но долгое время не хотели в этом признаваться. Впрочем, приложив некоторые усилия, они все же смогли найти выход и направились в Гайд-парк.
Девушки ожидали увидеть скопление шезлонгов, занятых экстравагантно одетыми людьми, водную гладь озера Серпентин, переливавшуюся на солнце подобно сверкающим бриллиантам, и лужайку с бесконечно зеленой травой, настолько мягкой, что у них непременно возникло бы искушение снять обувь. Но они не предполагали увидеть землю, изрытую траншеями, похожими на открытые раны, или, что еще хуже – массивные орудия.
Громадные металлические корпуса орудий выше человеческого роста стояли на огромных колесах, которые доходили Грейс до пояса. Длинные стволы этих железных монстров были устремлены в небо, готовые уничтожить любую угрозу. Грейс посмотрела вверх на тяжелые серые облака, почти ожидая увидеть в их мрачных глубинах эскадру самолетов. В этот момент перед девушками остановился пожилой мужчина.
– Не утруждайте себя беспокойством по поводу Германии, дамы. Эти зенитные орудия расстреляют их в небе. прежде чем они доберутся до нас, – поведал он и кивнул с самодовольной уверенностью. – Вы будете в безопасности.
У Грейс перехватило дыхание, и она не смогла вымолвить ни слова. Вив, казалось, была так же взволнована и просто слабо улыбнулась в ответ. Мужчина коснулся полей шляпы и продолжил свой путь через парк, сжимая газету под мышкой.
– Война действительно приближается. Верно? – тихо спросила Вив.
Так и было. Они все знали об этом, даже если не хотели этого признавать.
Уже даже каникулы прервали, учителей попросили вернуться пораньше, чтобы подготовиться к возможной эвакуации тысяч детей. Если правительство планировало перевезти детей за пределы Лондона, то сомнений в приближении войны не осталось.
В вопросе Вив послышалось беспокойство и смирение, и Грейс ощутила легкий укол вины.
– Вив, тебе не нужно тут оставаться. Это небезопасно. Ты поехала со мной только для того, чтобы помочь. Потому что мне было страшно ехать одной. Ты могла бы…
– Вернуться обратно в Дрейтон? – Губы Вив скривились в ухмылке. – Да я скорее умру, чем вернусь и снова погрязну по локти в грязи.
Грейс подумала, что это все еще может произойти, даже сейчас. Она не озвучила эту жуткую мысль, но еще раз оглянулась на зенитную пушку, которая возвышалась на фоне полуденного неба темной, зловещей громадиной.
– Война еще даже не объявлена. – Вив поправила ремешок своей сумочки и шнурок от коробки с противогазом на плече. – Идем, давай вернемся к миссис Уэзерфорд и узнаем, удалось ли ей вразумить мистера Эванса.
Грейс уныло посмотрела на Вив.
– Он желает видеть меня не больше, чем я хочу там находиться. Его магазин старый, пыльный и завален книгами, о названиях которых я даже никогда не слышала.
В глазах Вив вспыхнула искорка.
– Именно поэтому тебе это идеально подходит, Утенок.
Грейс не могла сдержать улыбки в ответ на это ласковое прозвище. Ее мама впервые назвала ее так еще в ту пору, когда Грейс была совсем крошкой. Однажды прядь ее светлых кудряшек выбилась у основания шеи. «Словно маленький утиный хвостик. Ты теперь словно утенок», – подметила тогда мама. Прозвище прижилось. А теперь, после смерти мамы, Вив единственная помнила о нем и продолжала его использовать.
– Магазин твоего дяди был грязной дырой, пока ты не занялась им, – начала высказываться Вив, уперев руки в бедра. – И что-то подсказывает мне, что миссис Уэзерфорд заставит мистера Эванса написать тебе рекомендательное письмо через шесть месяцев, если он вдруг посмеет отказаться.
Забавно было представить себе, как миссис Уэзерфорд отчитывает мистера Эванса.
– Вот это будет битва характеров.
– Я знаю, на кого бы я поставила свои деньги. – Вив подмигнула. – Пойдем узнаем, чего она добилась.
К тому времени, когда они вернулись на Бриттон-стрит, миссис Уэзерфорд уже сидела в гостиной с чашкой чая, а в воздухе витал аромат жареного мяса. Еще одна очень вкусная трапеза. Миссис Уэзерфорд прекрасно готовила, как и мама Грейс.
Миссис Уэзерфорд оторвала взгляд от чашки и отогнала от лица клубы пара, поднимавшегося от горячего чая.
– А, вот и вы. Мистер Эванс будет платить тебе достойную зарплату и хотел бы, чтобы ты начала завтра утром ровно в восемь.
Грейс сняла туфли на низком каблуке и ступила босыми ногами на ковер с густым ворсом в гостиной.
– Вы имеете в виду..?
Победоносная улыбка коснулась губ миссис Уэзерфорд.
– Да, дорогая. Ты – новый сотрудник в книжном магазине «Книги на Примроуз-Хилл».
Облегчение боролось с волнением. Это была работа, которая обеспечит Грейс проживание в Лондоне. Благодаря ей она реально сумеет наконец оставить Дрейтон и своего дядю позади.
– Спасибо, что поговорили с ним, миссис Уэзерфорд, – поблагодарила Грейс. – Это было очень любезно с вашей стороны.
