ограбили?
– Я навела порядок, – ответила Грейс.
Мистер Эванс нахмурился и обвел взглядом магазин.
– Так вот почему здесь так пыльно.
Он помахал газетой перед носом, как будто сам воздух нанес ему оскорбление. Грейс напряглась в ожидании резких слов, подобных тем, которые часто бросал в ее сторону дядя. На протяжении всех лет, что она работала на него, с самого первого дня, когда девушка закончила школу в Дрейтоне, и до последнего, когда уехала в Лондон, он очень подробно указывал на ее многочисленные промахи. Ее трудовая этика не соответствовала его ожиданиям. Она тратила впустую товары, которые еще можно было использовать. Она могла бы продавать больше изделий, предлагая их, если бы руководствовалась интуицией, была более умной, целеустремленной и компетентной.
Она сжала руки в кулаки, мысленно готовясь к критике своих недостатков.
– Полагаю, хорошая уборка тут действительно не помешала бы, – неохотно соглашаясь, проворчал мистер Эванс.
Грейс разжала кулаки.
– Прошу прощения?
– Тут немного пыльно, а у меня нет времени разбираться с этим, – пояснил он, шлепнул газетой по прилавку и взял стопку чеков, не обратив внимания, что несколько выпали из пачки. – Я был бы вам признателен, если бы вы не просматривали мою бухгалтерию.
– Да я бы и не осмелилась, – признала Грейс и наклонилась, чтобы подобрать упавшие на пол чеки. Стараясь не смотреть на записи, сделанные аккуратными печатными буквами, она протянула бумаги мистеру Эвансу.
Он засунул их в стопку и исчез в маленькой каморке в глубине магазина, задержался там на какое-то время. Когда мистер Эванс появился снова, он остался в задней части, перебирая книги, и вел себя как покупатель, а не как владелец магазина.
Остаток дня Грейс провела, вытирая пыль и полируя прилавок. Под многолетним слоем грязи скрывалась на самом деле довольно приличная столешница с резным орнаментом в виде завитков по углам и симпатичным каштановым оттенком. К счастью, никто из покупателей больше не обращался к Грейс за помощью, и ей нужно было только брать с них оплату за покупки.
Когда наконец пришло время уходить, и она сообщила об этом мистеру Эвансу, ее слова были встречены не более чем одобрительным ворчанием. Хотя она была грязной, измученной и чувствовала, что сделала недостаточно, Грейс с нетерпением помчалась домой, желая услышать, как прошло собеседование Вив. Прибыв домой, она распахнула входную дверь.
– Вив, ты..?
В гостиной на всю громкость было включено радио, и потрескивающий голос сообщил слушателям, что мобилизован флот. Какой флот?
Миссис Уэзерфорд и Вив сидели возле радио и внимательно слушали. Вив рассеянно взглянула на нее и махнула рукой. Грейс поспешно присоединилась к своей подруге на голубом диване с бархатной обивкой.
– Что происходит? – прошептала она. – Почему включена трансляция? Еще же шести нет.
Вив бросила на нее нервный взгляд.
– Сегодня днем пришли новости. Были призваны резервные войска. Ранее сообщили, что не стоит делать выводы о том, что война неизбежна. Но как же их не делать, если флоты мобилизованы и все резервисты военно-морского флота, и оставшийся персонал Королевских ВВС должны явиться на службу?
Грейс ошеломленно откинулась на спинку дивана. Как она могла ничего не слышать об этом? Но с другой стороны, она весь день находилась в своем собственном мирке, заняв себя уборкой и настроив свои мысли на выполнение поставленной задачи. А покупателей было не много.
Предчувствие, вибрировавшее в воздухе, теперь гудело в венах Грейс. Вот оно.
Война.
Миссис Уэзерфорд молчала, ее лицо превратилось в стоическую маску. Она резко встала и выключила радио.
– На сегодня этого достаточно! – решительно произнесла женщина, тяжело вздохнула и повернулась к Грейс. – Надеюсь, твой первый день прошел хорошо?
– Да, спасибо, – тихо ответила Грейс.
– Хорошо. – Миссис Уэзерфорд машинально кивнула. – С вашего позволения, мне нужно приготовить пирог с почками, в противном случае, у нас ничего не будет на ужин.
Не дожидаясь ответа, она вышла из комнаты, неестественно выпрямив спину.
Вив понизила голос:
– Завтра они эвакуируют детей. Всех вывозят за пределы города. По крайней мере тех, чьи родители согласились на это.
Эта новость поразила Грейс в самое сердце. Вив была права – как они могли не ожидать войны, когда вводились такие меры?
Грейс подумала о домохозяйке, которая заходила утром в магазин и выбирала книгу, не зная, что ее дети уже на следующий день уедут. Все матери Лондона потеряют своих детей из-за эвакуации. А многие из женщин еще и отправят своих мужей на войну. Если не наберется достаточно добровольцев, их могут призвать на военную службу.
У Грейс сердце екнуло в груди. Колина тоже могут призвать. Неудивительно, что миссис Уэзерфорд больше не хотелось ничего слушать.
Вив печально уставилась на ковер. Страх сжал грудь Грейс, и она постаралась придать себе хоть немного непринужденности из опасений, что они обе поддадутся отчаянию.
– С детьми все будет хорошо, главное, чтобы они не оказались с моим дядей и его семьей.
Вив печально улыбнулась и подыграла подруге:
– Он все равно не предложил бы им место для проживания.
И тут Грейс поняла, что Вив все еще одета в свой элегантный темно-синий костюм.
– У тебя было собеседование?
Вив согласно кивнула:
– Мне предложили место помощника продавца. Я начинаю завтра, как бы долго это ни продлилось в нынешней ситуации.
– Я уверена, что это продлится довольно долго, – бодро произнесла Грейс и сжала руку своей подруги. – Всем нужна пара чулок или новая блузка, чтобы чувствовать себя хорошо.
– Или слон, – добавила Вив, шутливо склонив голову.
– А может быть, вомбат? – пожала плечами Грейс.
Губы Вив растянулись в подобии улыбки.
– Может, даже гепард?
– Не забудь про его поводок, – предупредила Грейс.
Выражение лица Вив вновь стало серьезным.
– Мы справимся, Грейс Беннетт. Вот увидишь.
Она сжала руку Грейс между своими, напоминая о дружбе, которую они сохранили с самого детства. Она помогла им пережить боль, вызванную смертью матери Грейс, тяжелую жизнь в Дрейтоне, властных родителей Вив и даже бесконечные насмешки этого болвана, Джеффри Симмонса. Вместе они и дальше переживут любые напасти, будь то ворчливый владелец магазина или надвигающаяся война.
Глава четвертая
Очередь детей, ожидающих эвакуации, казалась трагически бесконечной.
По правде говоря, у Грейс не было возможности подумать об эвакуации. Накануне вечером они занимались подготовкой к первой ночи вынужденного отключения электроэнергии по распоряжению правительства, а Колин заканчивал сооружать убежище Андерсона в несчастном разоренном саду миссис Уэзерфорд.
Миссис Уэзерфорд несколько раз упоминала разоренные цветочные клумбы, хотя и говорила раньше о том, что ей до этого нет дела.
При всем этом Грейс было стыдно признаться, что она забыла о детях. Она
