Бен обернулся и, встретив взгляд девушки, пристально посмотрел ей в глаза.
— Между прочим, все считают, что мы уже поженились.
— Как это? — ахнула изумленная Сьюзен.
Распахнув пиджак, Бен вынул из внутреннего кармана сложенную газету и протянул ее девушке. Та настороженно взяла газету и расправила смятые страницы. И тут же в глаза ей бросился заголовок: «Дочь покойного Алирезы Наримана наконец вышла замуж».
Строчки расплылись перед глазами Сьюзен, гнев и возмущение на мгновение ослепили ее. Как он мог пойти на такое, выкинуть столь гнусный номер?
Однако вспышка длилась лишь мгновение. Перед Сьюзен замаячил свет в конце тоннеля — впервые за много месяцев. Дверь открыта, оставалось лишь сделать шаг. Выйти замуж за этого человека, а потом уйти от него.
Все встало на свои места, и Сьюзен внезапно испытала огромное облегчение. Надо лишь умело подыграть Бену, а потом она будет свободна. Сердце ее выбивало бешеную дробь.
Впрочем, радоваться рано, тут же одернула она себя. Бен Асади не зря прослыл удачливым бизнесменом, и тот факт, что ему удалось окрутить ее дядю, — лишнее тому подтверждение. Он не станет жениться лишь ради того, чтобы дать жене уйти. Он наверняка будет начеку, так что придется быть очень и очень острожной.
В душе Сьюзен причудливо переплетались жажда действия и тревога. Она сумеет сбежать от него, она справится, надо лишь постараться быть не глупее Бена. Сьюзен была уже на пределе от возбуждения, щеки ее разгорелись, но она поспешно овладела собой. Нельзя выдавать себя, не то, не дай Бог, Бен ее раскусит. Нахмурившись, она постаралась изобразить праведное негодование.
— Это же несерьезно.
— Новость поместили на самом видном месте в разделе светской хроники.
— Но ведь никакой свадьбы не было. Откуда же взялась эта чушь?
— Прочтите сами.
Сьюзен повиновалась и пробежала глазами заметку. Там приводилось высказывание ее дяди. Он никак не подтверждал, но и не отрицал факт свадьбы, однако корреспондент сообщал, что Бижан Асади, известный американский бизнесмен иранского происхождения, недавно объявился в городе и нанес визит в дом Наримана. Здесь после гибели брата Джамала Алирезы жила его дочь. Журналисты предполагали, что там, в узком кругу, и состоялась свадьба.
Дядюшкина работа, подумала Сьюзен. А замысел, конечно, Бена, Они прямо как кукловод и марионетка. Тут Сьюзен осенило. Как же она сразу не догадалась! Всю ночь ломала голову над тем, как удалось Асади уговорить дядю выдать ее замуж, а истина лежала на поверхности. Бен наверняка предложил Джамалу за нее такой соблазнительный выкуп, что тот не устоял. Для Бена же важны не только деньги, но и родство с ее семьей. Ведь отец и дядя, хоть и жили вдали от родной страны, принадлежали к старинной аристократической семье и за пределами Ирана пользовались в определенных кругах авторитетом и уважением. Что ж, пусть так, усмехнулась она про себя. Только на этот раз мужчины просчитались. Теперь кукловодом будет Сьюзен, ведь она полностью владеет ситуацией. Девушка с притворной злостью скомкала газету.
— Хорошенький спектакль устроили вы с моим дядей.
— То была его идея, не моя.
— Никто все равно не поверит этим измышлениям.
— Уже поверили. Мне позвонили человек пятьдесят — с поздравлениями.
Вид у Бена был очень довольный, он явно воображает, что поймал ее в свои сети. Извини, дружок, про себя усмехнулась Сьюзен, но эта партия за мной.
Да, она выйдет за него замуж, а потом уйдет, и пусть сам со всем разбирается, в том числе и с дядей Джамалом. Если уж ты решил заключать с ним сделки, так будь готов принять на себя и его сварливые выпады.
На мгновение Сьюзен почувствовала себя виноватой, но тут же постаралась заглушить мимолетные угрызения совести. В конце концов, Бижан Асади и ее дядя сделаны из одного теста. Оба одинаково эгоистичны и бесчувственны. На секунду Сьюзен вспомнила о тете Лале, и ей стало не по себе — ведь на тетю удар обрушится в первую очередь. Однако она поспешно отогнала от себя эти мысли. Тете не впервой выдерживать вспышки ярости своего несдержанного мужа, и она научилась отлично с ними справляться. Да и не станет Джамал по-настоящему вымещать на ней свой гнев, все достанется этому самоуверенному Бену. А ее тетя поймет, в этом Сьюзен не сомневалась, ведь в отличие от мужа Лале прекрасно осознавала, что племянница никогда не сможет смириться с тем образом жизни, который вела она сама.
Черт бы побрал Джамала Наримана и Бижана Асади вместе с ним!
Впрочем, сейчас не время о них думать. Надо сосредоточиться на своей цели. А ее цель — независимость и покой. Жизнь вдали от магнатов и олигархов. Она вернется в Париж или поедет на время в Лондон. Все будет зависеть от обстоятельств.
— Когда мы поженимся? — спросила Сьюзен, стараясь сохранять ровный тон.
— Сегодня, прямо в вашем доме, а потом сразу улетим.
— И куда же это?
— В Грецию. Сейчас как раз сезон, туда съезжается множество нужных людей, и мне надо кое с кем встретиться. А вы заодно отдохнете у моря.
— Можно узнать, чего конкретно вы от меня ждете?
Бен окинул ее взглядом, его лицо было непроницаемо.
— Как моя жена вы будете путешествовать вместе со мной. Когда я буду устраивать приемы, вы будете играть на них роль хозяйки. Что же касается семейной жизни, то мы будем везде появляться вместе и вести себя как настоящая супружеская пара.
— Но в действительности это будет лишь деловая связь?
— Совершенно верно.
— Ради ваших родителей?
— Именно.
Он не хочет разочаровывать родителей. Какой примерный сын, можно только восхищаться!
К счастью, ей незачем беспокоиться о семье Асади. Она пробудет с ним совсем недолго, так что выполнять все его требования не придется. Если они поженятся сегодня, то от долгожданной свободы ее будут отделять считанные часы.
— Что-нибудь еще? — сухо осведомилась Сьюзен, изо всех сил стараясь не выдать себя.
— Я рассчитываю на нормальную супружескую жизнь. — Бен тоже принял сухой официальный тон.
Так, ясно, подошли к стадии переговоров. Сделка в действии, остается лишь уточнить детали. Оба они знали об этом. Во рту у Сьюзен появился горький привкус, но отступать она уже не собиралась.
— Уточните, пожалуйста, что вы подразумеваете под «нормальной» жизнью.
— Я жду от вас верности. Лояльности. И честности.
В душе Сьюзен снова шевельнулось угрызение совести, но она поспешно прогнала его. Всю ее жизнь мужчины доминировали над ней, но теперь она будет сама себе хозяйкой.
— То есть?
— А что тут еще можно добавить?
