мужчин уйти в отдельную комнату.
— К счастью, мне повезло. — Обхватываю себя руками. — Нам обоим повезло.
— Одинаковые цели. Одни и те же средства, — кивает Герман.
— Ты даже не представляешь, как я благодарна твоей жене. — Протянув руку, беру его правую ладонь и переплетаю наши пальцы. — Я чуть не умерла тогда, в комнате, от страха, пока ты не сказал, что не хочешь никакого секса и готов платить за иллюзию близости.
— Я слишком люблю Эльвиру.
— Как никто на свете, — киваю.
— Она, конечно, нимфоманка, но моя. — Герман поднимает руку и целует тыльную сторону моей ладони.
Его фирменный поцелуй. Единственное, что было между нами несколько лет и что до желваков на скулах бесило Клима.
— Если откроется правда, жену ты потеряешь. Эльвира не простит тебе такое благородство. — Свободной рукой глажу друга по щеке.
— Не простит.
— Вот и ответ на вопрос, почему я никому не призналась.
Не говоря больше ни слова, Герман тяжело вздыхает. С минуту мы смотрим друг на друга, думаем каждый о своем. Лишь после появления возле столика официанта оба возвращаемся в реальность.
— Я постараюсь найти тебе банк, но ничего не обещаю. Сама понимаешь, у Клима связи повсюду.
— Ты хотя бы попытайся, — произношу как молитву и, пока официант не ушел к другому столику, прошу счет.
Глава 6
Глава 6
Все пять лет брака я дико боялась одиночества. Цеплялась за Марка, как рыбка-прилипала. Бегала по врачам, чтобы снова забеременеть. Уговорила мужа взять меня на работу. Старалась быть идеальной и удобной.
Казалось, что без Шаталова мне конец. Вновь придется выслушивать бесконечные упреки родителей, пытаться дотянуться до той высокой планки, которую они для меня установили. И отбиваться от новых афер брата.
Раньше это было частью быта. Как-то справлялась. Но спустя год после начала семейной жизни старые рамки стали душить. Я просыпалась по ночам от кошмаров, когда снился развод. И готова была на любые унижения, лишь бы удержать мужа.
Наивно и глупо. Как и с беременностью, из-за которой мы поженились.
Вместе с разводом ко мне пришла мудрость. Как оказалось, без Марка я не стала слабее.,. Не дожидаясь приглашения родителей вернуться в отчий дом, я занялась поиском собственного жилья. А стоило брату заикнуться о небольшом займе, выслала ему сразу с дюжину предложений о работе по его специальности.
За это родители дружно нарекли меня неблагодарной, а брат — стервой. Несправедливо. Но, будто не обидели, а, наоборот, дали вольную, я отправила всем цветы и шампанское. Себе оставила фамилию Шаталова.
Марк воспринял такое решение как само собой разумеющееся. А поскольку при разводе я получила еще и акции компании, началась совсем другая жизнь. С хроническим завалом на работе, головной болью от усталости и радостью, если получалось завершить проект без поддержки бывшего мужа.
***
— Нужно до сентября сдать оба объекта возле залива, тогда можно будет перебросить бригады на новые стройки, — бодро вещает мой заместитель, пока я проверяю последние сметы.
— Алексей, обсуди вначале с кадрами, там у многих отпуска. А подрядчики просили пересмотреть ставки.
— Часть подрядчиков придется менять. С поставщиками тоже проблемы.
— Новая задержка? — Отрываюсь от бумаг.
— И да и нет. Штукатурку так и не поставили, а краска, которая пришла вчера, вся неликвид.
— Мы с ними уже несколько лет работаем. Они как-то объяснили, какого черта происходит?
Это не первый прокол поставщиков, хотя до этого лета ничего подобного не случалось. Все материалы приходили вовремя, и качество можно было даже не проверять. Теперь же словно сглазили.
— Их генеральный не хочет со мной разговаривать. То короткие, то просит перезвонить позже.
— Юрист уже выслал претензию? — Все еще более странно, чем я ожидала.
— Я думал сперва согласовать с Марком Юрьевичем, — ссылается на моего бывшего мужа. — Насколько я знаю, они хорошо знакомы. — Он нервно мнет в руках бумаги и отводит глаза.
В принципе, ничего особенного. Я уже привыкла, что каждый норовит прыгнуть через мою голову. Однако сегодня это не злит, а беспокоит.
— И как? Дозвонился? — Бросаю взгляд на свой телефон.
За последний день я трижды набирала Марка. Поговорить пока удалось только с его автоответчиком.
— Нет, — жмет плечами Алексей. — Утром хоть гудки были, а сейчас недоступен.
— Уже недоступен?
У меня нет оснований тревожиться. Еще вчера все было в полном порядке. Но волнение холодной волной окатывает с головы до ног.
Марк уже давно отошел от управления компанией. После разговора об акциях у него дома прошло больше месяца. Я знаю, что у Шаталова был какой-то суд. Незадолго до заседания он передал мне доверенность. В клубе, на глазах у своей девушки, словно не нашел другого места или действовал с лишь ему известным умыслом.
И все же такой тишины, как сегодня, еще не было.
— Я попрошу кого-нибудь из водителей, чтобы съездил к Шаталову домой.
Тревога становится все сильнее и, пока она не переросла в панику, я вызываю Арину, своего секретаря.
— Я могу сам скататься, — будто самый свободный, вызывается Алексей.
Так и хочется его осадить. Но не успеваю открыть рот, как в кабинет, белая как мел, входит Арина.
— Диана Дмитриевна, вы уже знаете? — испуганно спрашивает она.
— О чем? — Барабаню пальцами по столу.
— Марк... Марк Юрьевич... С ним... — Она прижимает ладонь ко рту и опускается на ближайший стул.
— С ним что-то случилось? — Кровь отливает от щек.
— В новостях... — Секретарь указывает взглядом в сторону телевизора на стене.
— Что в новостях? — Я беру пульт.
— Только что показали... он попал в аварию, — со всхлипом произносит Арина. — Водитель... не выжил.
— А Марк? — Сердце замирает.
— Марк Юрьевич... — Секретарь мотает головой. — Он...
— Он жив?! — Отбросив пульт, я подхожу к Арине и встряхиваю ее за плечи.
— Я не знаю. Не сказали. Но там слишком много крови и машина... она вся искорежена.
Глава 7
Глава 7
Новость об аварии обрушивается на меня как снежный ком. Я и представить не могла, что с Шаталовым может что-то случиться. В моей персональной вселенной он был
