Читаем без скачивания Пробуждение - Валерий Бардаш

Он съездил в супермаркет за едой и спиртным. С девочками намного веселее. Нужно только будет привести в порядок их волосы. Сидят как чучела. Грудастые. Он старался не смотреть на них. Хорошо делают, сволочи. Он вернулся домой и опять расположился на веранде. Хорошие деньки.

Закат встречали на господствующей высоте окрестности. На смотровой площадке в парке, недалеко от дома. Идеальное для этого место. Он пил вино из бутылки и закусывал сомнительной свежести сыром. Нравится ли девочкам? Он решил не спрашивать. Девочки остались в машине. Завтра поеду на океан за закатом. Он допил бутылку и дожевал сыр. Солнце зашло, в сердце понятная смесь чувств. Понятная живому существу. Есть радость, есть грусть. Всё в правильной пропорции.

Поздно вечером, ближе к полночи, ступая неверным шагом, он подошёл к машине, открыл заднюю дверь и вытащил с трудом первую куклу. Тяжёлая. Держа куклу двумя руками, головой вперёд, он осторожно занёс её в дом и положил на диван в гостиной. Раздался вздох. Так ты ещё и говоришь. Он сел рядом и осторожно надавил на живот. «Oo…»Могли бы что-нибудь получше придумать. Ты уж лучше помолчи. Где у тебя выключатель? Неужели не подумали? Желание овладело им. Он обрадовался ему. Настоящее желание. Он погасил свечу и снял с куклы трусики. Запах магазина, нужно будет побрызгать тебя чем-нибудь. Он разделся и осторожно и нетерпеливо лег на силиконовое тело. Она вздохнула. Он взял её за грудь. Разогревать тебя не надо. Он поднялся и раздвинул аккуратно её ноги. Ну, была не была.

Через час, после ещё одной половины бутылки вина, он принёс домой вторую куклу, с другого заднего сиденья, и положил на пол возле дивана. От неё пахло по-другому. Свет луны обильно сочился сквозь большое окно гостиной. Полная луна. Он видел её, расположившись на полу рядом со своей подружкой. Хорошие девочки, мягкие, молчаливые. Здорово делают. Он понимал, что пьяный, но не тревожился о том, что будет завтра. Это с ним случалось. Тревожиться. Когда он лежал рядом с мягкими, молчаливыми девочками. Хорошо. Полная луна. Ты, пожалуйста, никуда не исчезай. Не уходи к ним. Не оставляй меня. Без тебя будет совсем плохо. Без твоего света. Тихого и осторожного. Робкого. Он мне поможет, когда я с моими девочками. Тихими и робкими. С ним не страшно, он приглушает, сглаживает. Неназойливый, но проникающий, беспристрастный и многозначительный. Не осуждающий. Касается грудей моих девочек, как любой другой груди на свете. Это всего лишь грудь. Нежно и тихо. Знаешь ли ты, что бывают другие груди? Их больше нет на свете. Решили вдруг исчезнуть. Я их помню. Я знаю. А ты? Ты тоже из того мира? Может, ты знаешь больше меня? Может, они есть где-то? Знаешь где? Скажешь? Цены бы им не было. Кто будет оценивать? Сколько я отдам за такую? Кто знает. Всё, что есть. А может, и нет. Он дотронулся до груди подружки. Ничем не хуже. Он, не спеша и со знанием дела, взобрался на неё. Надо будет им дать имена.

Он ещё полежал на полу, уставив взгляд на луну, затем поднялся и отправился в спальню. Спокойной ночи, девочки. Как бы кто-нибудь не утащил тростиночку. Одна в машине. На такую найдутся охотники, в любое время, в любом месте. Но неодолимая усталость наваливалась на него. Куда денется? Что я буду с ней делать? Он добрался до постели и рухнул на неё, голый, поверх покрывала. Холод весенней ночи стал пробираться внутрь комнаты.

К вечеру собрались тучи. Заход на океане отменялся. Он сидел дома в кресле гостиной за закрытыми окнами. Оставив маленькую щель в двери на веранду. В доме было сыро и зябко. Нужно начинать обустраиваться. Поставить генератор. Будет свет и отопление. Скоро лето. Тем более кондиционер нужен. Потянет ли кондиционер? Должен, есть мощные. Для них горючего нужно будет много. Пригоню цистерну. Где-то должны быть. Зачем всё это? Лучше найти хороший автодом и догонять хорошую погоду. Где сейчас хорошая погода? На юге, а летом на севере, подальше от жары.

Он кутался в одеяло. Девочки лежали там же, где он их положил в первый раз. Одна на диване, другая на полу. Им не холодно. Он не давал им отдохнуть целый день. Он сам себе удивлялся. Но к вечеру ветер пригнал тучи, холодный воздух, девочки приняли температуру воздуха. Об этом не подумали. Можно ли их подогревать?

Малогрудая была по-прежнему в машине. Он не забывал о ней. Окна в машине закрыты, проверено. Он сварил себе суп из остатков в холодильнике. После дней всухомятку суп пошёл хорошо. Придётся заводить огород. Сколько стоит свобода? Сколько можно за неё заплатить? А что, если в лесу есть зверьё? Олени. Мясо было бы. Как я буду без мяса. Вряд ли, птиц нет. Нужно проверить. Как охотиться, если не знаешь, есть зверь вообще или нет? Так и охотиться – затаиться и ждать. Нет там ничего. Нелогично. А что логично. Это всё логично? Что со мной происходит. Что со мной происходит? Где я? Опять не спросили. Свобода – иллюзия, химера. Не спрашивали тогда, и сейчас никто не спросил. Почему вы думаете, что мне так хорошо? Или это наказание? За что? Я ничем не хуже других. Никого больше нет, других. Может, никогда и не было. Ты это всё придумал. Было. Была жизнь. Было обещание. Была надежда.

Почему я всегда притворяюсь, что люблю водку? Какая дрянь. Горькая. Сегодня день водки. На улице дождь, дома зябко. И девочки холодные. Как там Алиса? Зачем я её там отставил? Одну. Не привыкать. Не пропадёт. Она нигде не пропадёт, тем более без меня. Выпить три бутылки? Глупость. Завязывать надо с водкой. Водка не портится. А вот с вином может быть проблема. Нужно будет искать винодельни. Найдём.

На что тебе жаловаться? Закрыть глаза, посидеть, открыть – и всё вернулось на свои места. Завтра на работу. Или какой сегодня день недели? Может, завтра выходной. Какая тебе нужна свобода? Кто-то ответил на твоё нытьё. Неужели есть там кто-то? Это ещё хуже. Распорядитель хреновый. Нельзя сделать все просто и справедливо. Нужно обязательно через жопу, с загадками. Надоели мне эти загадки. Бывают ли такие длинные сны? Сегодня день водки, вот она для чего нужна. Нет ей в этом равных. Главное – выпить правильное количество. Это искусство даётся не всем. Распорядитель чёртов.

К тому времени, когда вокруг стало совсем темно, он уже перебрал и не был в состоянии это осознать. Он стал собираться. Оделся, нашёл ключи от машины, надел кепку и вышел на улицу. Было мокро, но дождь утих. Он сел в машину, завёл мотор и повернул голову к соседке. Она, как всегда, смотрела вперёд, освещённая слабым светом панели. Он поправил её растрёпанные волосы и выехал на дорогу. Вокруг была абсолютная темнота. Почти как тогда. И дождь был. Но тогда он сидел тихий и робкий. Он давил на газ. Две линии из отражателей на столбиках по обеим сторонам дороги всё время старались обогнать его. Им это не удавалось, но и пропустить вперед они тоже не желали. Упрямые. Вдруг обе, как по команде, стремительно ушли влево.

Они попали в болотистое озерко. Он не сразу разглядел это сквозь мокрое от дождя стекло. Дождь барабанил по крыше. Ещё один дождливый день. Он попытался включить дворники, машина не отзывалась. Потом он вспомнил, что произошло. Он стал осматриваться по сторонам и тогда обратил внимание на свою соседку. На наклон её головы. Чёрт! Он подвинулся поближе, осмотрел голову, взялся за неё двумя руками и попробовал выправить. Руки встретили сопротивление, он прекратил попытки.

Он приоткрыл дверь. Вода. Неглубоко. До берега метров пятьдесят. Он видел столбики дороги и колею на мокрой земле. Машина не заводилась. Болела голова. Он закатал штанины брюк и нерешительно вступил в холодную воду. Передок и крыша машины были сильно помяты. Как он не забыл пристегнуться? Он с трудом открыл изогнутый капот. Батарея на месте, он потрогал контакты. Или села, или вода в движке. Кто знает. Он закрыл капот. Алиса не смотрела на него, она отвернула голову вправо. За дело в этот раз. Он вспомнил, куда ехал.

Забыл, что у дорог иногда бывают повороты. Идиот. Он не узнавал окрестности. В какую сторону? Вперёд. Он нащупал большую шишку на лбу. Кажется, без крови. Повезло. Как они не перевернулись? Или перевернулись, крыша помятая. Повезло. Он снял кроссовки, выжал носки, опустил штанины и встал. Вперёд.

Он посмотрел на машину. На тёмный силуэт на переднем сиденье. Оставить одну? Она кукла, ничего с ней не случится. Потом заберу. Вытащить на берег, на всякий случай? Машину может засосать. Болото какое-то. Он стал опять закатывать штанины вверх.

Добравшись до машины, он открыл пассажирскую дверь, отстегнул ремни, вытащил куклу и положил себе на плечо. Почему их делают такими тяжёлыми? Болела голова. Он выбрал относительно сухое место на обочине и поставил куклу, оперев о неразрушенную секцию дорожной загородки. Накрыть бы чем-нибудь. Испортится под дождиком. Голая кукла выглядела совершенно нелепо на обочине просёлочной дороги в дождливый весенний день. Струи воды стекали по формам.

Он вернулся к машине, проверить, есть ли что-нибудь в багажнике. Ничего. После некоторых колебаний он снял с себя куртку и надел на куклу. Так лучше. Тебе идёт. Он сел на дорогу и громко рассмеялся. Как хорошо. А дождик совсем не холодный. Почти летний. Не растаем.