Линда достала его конверт, вынула чистый лист бумаги и написала на нем обыкновенной ручкой: Веня Василек
Надпись тут же стала испаряться, лист снова стал чистым, а потом на нем проявилось две заглавный буквы ВВ.
– Теперь понятно, – Линда спрятала конверт в сумку, – ВВ, значит ВВ!
Вышли на улицу, шумное московское утро весело било в глаза. Веня зажмурился. Перед его взглядом пронеслись миллиарды обыденных картин: люди, машины, животные, города, скромные и затейливые пейзажи. По сути он увидел все, все, что можно увидеть на земле обыкновенным человеческим глазом, а в самом конце – падающий золотистый листок, кружащийся и неспешно легший на землю. Подойдя к своей машине, и распахнув для Вени дверь, Линда весело поинтересовалась:
– Ну, и как тебе у нас?
Веня все еще щурился:
– Хорошо, хорошо весьма.
– Ну, тогда поехали?!
Глава 5
Первое пристанище
Через полчаса Линда и Веня сидели на открытой веранде дорогого ресторана. Веня с аппетитом поглощал итальянскую пасту и салат, тут же закусывая все это фруктами. Перед Линдой одиноко стояла только чашечка кофе, она курила и быстро стучала в планшете iPod.
Веня, не отрываясь от еды, задал вопрос:
– Мое служение уже началось?
Линда ответила, не отрываясь от iPodа и не поднимая на Веню глаз:
– Сначала ты должен найти свое место, свой ключ. У нас тут правила….
– Правила – это хорошо, а потом?
– Потом… пппп, потом суп с котом… Потом у тебя должен появится Lumen Aureus.
– А это что?
– Свет такой золотистый внутри, свет служения…
– А сейчас у меня какой?
Линда, оторвавшись от iPod, посмотрела внимательно:
– Сейчас у тебя никакого.
– Хм, – замолкнув, Веня продолжил задумчиво жевать. После паузы он задал новый вопрос: – А у Ланы есть Lumen Aureus?
Линда все еще не отрывалась от планшета:
– Василек, ты с кем в ресторане сидишь, с Ланой или со мной?
Веня отодвинул остатки пасты:
– Я просто так спросил…
К столику подошел официант:
– Может быть, десерт? Суфле, терамису, киви – баблти?
Веня глянул оценивающе:
– Пожалуй. А мороженное есть?
Линда наконец-то захлопнула планшет:
– Оки, Василек, я тебе мороженное по дороге куплю, нам пора. Счет мне, а ему еду в доги бэг, хорошо?
– Без проблем. Официант, выхватив тарелки у Вени, испарился.
– А у Леры, у нее ведь тоже нет Lumen Aureus…
– А у нее и не должно быть, она же просто ведунья, разве ты этого всего не видишь?
Еще через полчаса Веня и Линда поднимались по потрепанной лестнице сталинского дома. Наконец, дошли. Линда, упершись коленом в дверь, обитую рваным кожзаменителем, пыталась подобрать ключ. Веня, немного отстав, с любопытством осматривался. В соседней квартире тихо приоткрылась дверь, в узком проеме показалась фигура злобной бабки в рваном халате. Веня произнес учтиво:
– Здрасте…
Линда нервно сжала связку переставших звякать ключей:
– Вера Пална? Это я, Витина невеста, помните меня? Леной меня зовут. А это Веня, братишка Витькин, приехал вот в Москву за него хлопотать. Только вот мы дверь открыть не можем…
Чуть помедлив, дверь Веры Палны все так же бесшумно закрылась.
Линда протянула увесистую связку ключей Вене:
– Может ты попробуешь?
Выбрав первый попавшийся ключ, Веня тут же открыл дверь, чем приятно поразил Линду, она даже захлопала в ладоши:
– Вау, круто! Респект!
Молча вошли в пыльную замызганную двушку:
– Ну, вот, Веня Василек, твое первое в этом мире пристанище. Скромно, уютно и недалеко от метро, лучше не придумаешь! За такие хоромы у нас тут убивают.
Веня осмотрел мебель конца семидесятых, с любопытством заглянул в туалет:
– А кто тут на самом деле живет?
– А живет здесь моряк дальнего плаванья, Виктор Леонидович Куцепенко, вооон его фотки на стене. Там, вот он с ребятами в детдоме, он детдомовский сам… На той – с друзьями по морпеху на Баренцевом море. А вооон на той, выгоревшей – на слете КСП в Карелии, а девушка в мини, которую ты так внимательно рассматриваешь – его невеста.
– Ну, а сам-то он где, Виктор Леонидович?
– Оооо, сам Виктор Леонидович, с другом своим и сослуживцем, Павлом Соловьевым находится в далекой Танзании, в городе Занзибаре, сидит он там в тюрьме. Всю их команду сняли с корабля и посадили. Наш МИД за них хлопочет, но пока без толку. А квартира пустует.
– А что-случилось?
– Да все, как всегда: кто-то кому-то денег не заплатил, флаг либерийским был, вот так и вышло….
– А ты, значит, его выручаешь, Виктора Леонидовича этого?
– Нет, Венечка, я его не выручаю…
– Как же ты про все это узнала?
Линда улыбнулась, тряхнув своим планшетом:
– Интернет, Василек, не зря ж мы в 21 веке живем!
– Ну, так давай, поедем туда и выручим его, заодно с Павлом и сослуживцами!
Линда, насмешливо фыркнув, вручила Вене телефон, замасленный снизу пакет с остатками ресторанной еды и коробку с мороженым:
– Давай, но только не сегодня, лады?
Глава 6
Деньги
Вечером следующего дня Линда работала в своей мастерской-ателье. У нее было отличное помещение, правда не в центре: просторная зала, разделенная длинным подиумом, куча подсобок, уютный кабинет. На подиуме царили несколько манекенов, один из которых украшало незаконченное подвенечное платье. На остальных красовались нежные наряды пастельных тонов, предназначенные для подруг невесты. Вокруг всей этой безмятежности находилось много всякой всячины, создавая некий вполне элегантный, деловой беспорядок: швейные машины, оверлоки, прожекторы для фотосъемок, стулья, огромный дорогущий кофемейкер, корзинка с белыми пирожными только что из модной кондитерской. Вдоль стен возвышались современные шкафы с рулонами ткани и холстами. Смежная зала была полностью забита кронштейнами с женской одеждой. На самом видном месте между окон висел, небрежно пришпиленный портновскими булавками, портрет-эскиз углем: тонкое лицо юноши с длинными вьющимися волосами. Линда стояла напротив свадебного манекена и курила, придирчиво разглядывая практически законченную работу. Ее помощница Ксюша, чем-то похожая на саму Линду, но выше ростом и моложе, замерев, ждала Линдиных комментариев. Молоденькая швея Лиза держала наготове огромный кофр с катушками шелковых ниток всевозможных цветов.
Наконец, Линда, склонив голову набок, изрекла: – По идее, все должно быть нежно-белым, чистым, как снег…
Лиза, достав из недр кофра катушку белых ниток, тут же поднесла к наряду.
– Ксюш, ну как тебе? – повернулась к Ксюше Линда.
Ксюша наморщила нос:
– Что-то не очень…
– Ну, если чуть холоднее тон взять, то чистым, как снег, не получится…
– Будем думать, Линда Александровна.
Телефон Линды чирикнул, не отрывая взгляда от манекена, она прижала трубку к уху.
Задрав ноги, в новых джинсах и аляповатой расстегнутой рубашке, Веня лежал на диване в квартире Куцепенко. Вокруг были разбросаны свежевыпорошенные коробки. Веня нервно поглощал пломбир и болтал по телефону с Линдой.
– Линд, это я, привет!
– Привет-привет, как дела?
– Линд, я тебе так скажу, есть конечно проблемы, но в общем все просто замечательно!
Линда повернулась к Лизе, закрыв телефон ладонью:
– Попробуй к нам спиной его повернуть.
Лиза повернула манекен, Линда снова вернулась к разговору с Веней:
– И какие проблемы?
– Тут пыли очень много, меня это просто достало, чихаю вот постоянно!
Линда, подойдя совсем близко к манекену и наклонив его в свою сторону, поинтересовалась в мобилу:
– Тебя раздражает пыль, и ты чихаешь… Что еще?
Ксюша за спиной Линды, ткнув пальцем в сторону эскиза, шепнула покрасневшей Лизе:
– Любовник… Классный мальчик!
Лиза неслышно хихикнула.
Веня, заглатывая большой кусок мороженного, продолжил:
– А еще, так вчера вечером темноооо стало! Когда темно, я почти ничего не вижу, ни в комнате, ни на улице…
Линда, прищурившись, приподняла подол платья на манекене вверх, глянула на изнаночные стежки:
– Когда темно, ты ничего не видишь, понятно, дальше!
Веня встал с дивана, с трубкой у уха смотался в кухню и вынул из холодильника еще одно мороженое:
– Мне стало как-то не по-себе, что-то, типа тревоги… Вместо мыслей туман какой-то… Я на диван завалился…
– Туманные мысли на диване, продолжай! – Линда задумчиво тронула пальцем изнаночный стежок.
– А потом как будто все куда-то провалилось, я совершенно потерял над собой контроль, ничего не помню, потом открыл глаза… и уже утро. Это нормально? – Веня покатал за щекой языком орешек из мороженого.
Линда оставила платье в покое:
– Девочки, простите, но все должно быть короче сантиметров на пять…
– Линда Александровна, как короче, почему? Мы и так не успеваем, а теперь короче! – Ксюша взволновалась не на шутку.
