разбросаны всевозможные модели роботов. Вот только если присмотреться к ним внимательнее, то становилось понятно: у каждой модельки есть дефект. Все они лежали вокруг выцветшей фотографии, на которой женщина бережно держала на руках младенца.
Му Энь достал из кучи мусора коммуникационный браслет в виде Улыбающегося кота и попытался вызвать друзей, но ответа не было.
– Да что же это такое! – Воскликнул Бестолковый Котенок, хлопнул себя по лбу и завопил: – Я забыл попросить у Огненного зверя автограф!
Он с досадой отбросил браслет, подпер щеку рукой и начал вспоминать разговор с кумиром. Парень мечтал, что однажды сможет управлять супер-роботом в реальном мире, прямо как Огненный зверь. И станет супергероем, которым все восхищаются! Героем, который может спасти всю планету! Нет, всю Вселенную! Вот только сейчас он будто в ловушке в этом маленьком чердаке, похожем на клетку для мышей.
«Да уж… Будущий робот-герой…» – тяжело вздохнул Му Энь.
Он и не подозревал, что его вот-вот настигнут новые неприятности. Снизу донесся раздраженный голос дедушки:
– Му Энь! Ах ты паршивец! Я ведь знаю, что ты тайно учишься управлять роботом! Ты хоть закончил домашнее задание на зимние каникулы? Только и знаешь, как в игрушки играть! А ну, быстро спускайся!
– Да иду я! – крикнул в ответ парень, а про себя пробубнил: – Ну сколько раз повторять: я не в игрушки играю, а тренируюсь!
Му Энь вынул из кармана штанов шурупы, перепрыгнул груду одежды, разбросанной по полу, и нажал кнопку запуска проекционной панели на стене.
На чердаке зазвучала громкая рок-музыка, из шкафа выскочила вешалка с двумя старыми мотоциклетными куртками, ящики письменного стола задвигались, а жалюзи начали то открываться, то закрываться, как сумасшедшие. Парень торопливо нажал кнопку паузы.
– Да чтоб вас! Дурацкие чипы десятилетней давности! – Он два раза ударил кулаком по панели. Со скрипом ящики, вешалки, стол и даже каркас кровати сложились и сжались, а затем наконец скрылись в стенах и полу. В комнате остался только жестяной ящик с моделями роботов и фотографией.
Через некоторое время рок-музыка перестала грохотать, а под лампой в виде пропеллера появилась небольшая голограмма – трансляция выступления музыкальной группы «Дикие ребята».
Из пола медленно поднялась раковина, а потолок и стены постепенно исчезли. За пару минут тускло освещенный маленький чердак превратился в светлую комнату со стеклянными стенами.
Му Энь умывался и пританцовывал под динамичную музыку. Он двигался в ритм и, когда музыка закончилась, замахал руками, подражая басисту, исполняющему соло на гитаре, и не обращая внимания на белую зубную пасту, летящую во все стороны. Наконец он вымыл лицо и пригладил мокрыми ладонями челку от лба до затылка. Затем парень надел любимую куртку и стал любоваться отражением в зеркале.
Взглянув на куртку, где красовалась нашивка с портретом Огненного зверя, Бестолковый Котенок показал большой палец:
– Красавчик!
– Паршивец! – донесся яростный крик дедушки. – А ну, спускайся немедленно! У тебя есть пять секунд. Я начинаю считать! Пять, четыре…
– Да что опять?! Мне уже двенадцать, а ты все еще запугиваешь меня обратным отсчетом. – Му Энь закатил глаза и отсалютовал фотографии на железном шкафчике. – Мама, я ухожу! Хорошего тебя дня!
– Три, два…
– Да иду я! – Парень торопливо натянул носок с дыркой. Второй куда-то запропастился, но искать его времени уже не было
Пока дедушка продолжал отсчитывать, Му Энь открыл маленький потайной люк в центре комнаты и ловко соскользнул по гладкому железному шесту в гостиную на первом этаже.
В этой комнате был такой же беспорядок, как и на чердаке.
Му Энь осторожно обходил странные изобретения и незаконченных роботов. Он уже собирался поздороваться с дедушкой, но заметил на столе электронное послание, оставленное механическим голубем-посыльным. Парень почувствовал себя виноватым и тихонечко повернулся, надеясь сбежать.
– Куда это ты собрался? Иди сюда, садись! – Му Цзыкэ указал на стул возле жестяного обеденного стола.
Бестолковый Котенок с опаской сел напротив дедушки. Они были похожи характером и темпераментом, а вот внешностью различались. В молодости Му Цзыкэ был высоким и статным, а Му Энь – невысокий и худой. Словно тощий бродячий кот. У него были мягкие волосы, такие же, как у матери. А вот цвет как у отца – иссиня-черный. Темно-карие глаза горели ярко, будто звезды. На загривке у Му Эня было родимое пятно в форме полумесяца. Парень всегда считал, что это опознавательный знак, который оставила мама. Ведь так она сможет узнать его. Но дедушка в это не верил.
Дед и внук были довольно упрямы, как два быка, и часто расходились во мнениях. В «Небесном павильоне антиквариата» нередко можно было услышать их жаркие споры о роботах:
– Не езди на этом роботе! А не то ноги себе переломаешь!
Как только маленький Му Энь научился понимать слова, эту фразу он слышал от дедушки постоянно.
Му Цзыкэ часто начинал спор на пустом месте. Но если Му Энь не слушался, в ход шел старый добрый педагогический аргумент – железная трость, которой дедушка сурово грозил. Подобное длилось много лет.
– Сколько раз я говорил, хватит бессмысленно тратить трафик! Особенно на виртуальное обучение пилотированию! – ругал внука Му Цзыкэ.
– Почему городские ребята могут тренироваться, а я нет? – с раздражением пробормотал Бестолковый Котенок. – В будущем мне нужно будет управлять роботом, чтобы повидать весь мир.
– Паршивец! Ты живешь в моем доме, ешь мою еду и, значит, должен меня слушаться! – ругался дедушка, тряся железной тростью, и вдруг сердито зарычал: – Пока я здесь, даже не надейся покинуть город Металлолома! А не то получишь у меня!
Парень равнодушно хмыкнул.
Ссору в гостиной прервал шум, донесшийся с кухни: вжик-вжик. Робот-домработница Алигадо, одетая в фартук с сердечками, вышла с двумя мисками и поставила их перед дедушкой и парнем.
Му Энь и Му Цзыкэ в предвкушении наклонились и с любопытством стали разглядывать содержимое мисок: они оказались наполнены каким-то мутным желатиноподобным концентратом, а сверху, наподобие латте-арта, темно-желтым цветом были нарисованы сердечки. Лица дедушки и внука тут же посерели.
– Дедушка, ты снова обновил программу Алигадо? Тебе не кажется, что из-за этого она готовит все более странную еду?
Алигадо – робот-домработница, которая заботилась о Му Эне, была примерно того же возраста, что и сам дом.
Парень отхлебнул немного «супа» из миски, и его лицо в мгновение перекосилось.
– Ужас! Это хуже пойла для свиней!
Дедушка поднял голову, и от его крика в ушах Му Эня зазвенело.
– Паршивый мальчишка, еще возмущаешься? Ты когда-нибудь ел корм для свиней? Уже забыл, что позавчера учудил со своей дурной компашкой? «Молочную пушку» свою забыл? Весь город на уши поставил! И знаешь что? На тебя пришли жаловаться более сорока человек! Алигадо кланялась весь день,
