— С радостью сделаю, господин, — ответил Генос, берясь за рукоять секиры.
Однако стоило ему потянуть за рукоять, чтобы исполнить приказ, как глаза пугала вновь налились чёрной пеленой, зловещая аура вернулась и люди отшатнулись. Потянувшись к секире, пугало выдернуло её из головы и зло сощурилось. Выпрямившись, оно повернуло голову на сто восемьдесят градусов и посмотрело на Геноса. Тот побледнел и затрясся, словно припадочный или одержимый, а барон в ужасе уставился на рваную дыру, из которой торчала солома.
— Так вы хотите забрать у меня жизнь? — скорее констатировал, нежели спрашивал монстр, вставая из-за стола и перехватывая секиру. Затем пугало вытащило из-за пояса серп и, внезапно развернув корпус, пошло на человека. — Я хочу знать — почему?
— Ты — монстр!
— Монстр? — Аах улыбнулся. — Тогда я поступлю с вами, как монстр…
Раздались выстрелы. Бандиты разом начали стрелять в пугало, выбивая из его тела стебли сена. И когда грохот выстрелов затих, когда осыпающаяся солома осела на пол, пугало продолжало стоять. Но вот его взгляд… он изменился, став очень-очень злым.
— Я снесу тебе голову! — истерично прокричал человек, бросившись в атаку. Обнажив клинок, он отвел им в сторону выставленную вперёд секиру и попытался ударить плечом, но ничего не вышло. Разжав пальцы, пугало бросило двуручное оружие и тут же с невероятной для человека скоростью аккуратно ушло в сторону и лёгким взмахом отрезало голову своему обидчику.
— А по-моему, без головы здесь ты, — улыбнулось пугало, смотря в мертвые глаза бандита.
С притоком новой жизненной силы пугало почувствовало насыщение и повеселело.
Тем временем остальные члены шайки наконец осознали произошедшее.
— Убить! — выкрикнул приказ барон.
Но не все последовали приказу. Кто-то из бандитов бросился бежать, кто-то попытался сражаться. Но пугало оказалось быстрее, сильнее и искусней. Уходя от ударов, оно подгадывало момент и наносило один единственный удар, оставляя красивые, идеально ровные порезы на коже людей и постепенно заливая помещение кровью. Барон первый сбросил оцепенение и, здраво расценив увиденное, попытался сбежать, но его опередила парочка трусов. Как ни велик был страх барона, он ещё не утратил способность думать. Как только на улице раздались предсмертные крики и ржание лошадей, он тут же развернулся и бросился обратно, но не в комнату, а в конюшню. Там, спрятавшись в сене, он надеялся переждать ночь. Ведь всем известно, что с рассветом чудовища слабеют и становятся уязвимее.
Как только бой стих, пугало осмотрелось. Двое живых в конюшне, двое на втором этаже и… всё. Мимолётно удивившись тому, что сбежавшие бандиты мертвы, пугало задумалось, но решило отложить этот вопрос «на потом» и поднялось по лестнице наверх. Толкнув дверь, за которой чувствовалась жизнь, оно вошло в комнату и осмотрелось. Один человек прятался за большой кроватью, а второй — за отворённой им дверью.
— Прячемся? — усмехнулся Аах, растягивая губы в подобие улыбки и обнажая клыки.
«Тук, тук, тук», — постучало оно в дверь, но человек не отозвался.
— А я тебя нашёл! — радостно провозгласило пугало, заглянув за дверь.
Человек вежливости не оценил. С воплем, полным отчаяния, он попытался пронзить пугало кинжалом, но ходящий ходуном клинок прошел мимо цели. Свистнул в воздухе серп — и бандит схватился за горло в тщетной попытке остановить бьющую струёй кровь.
Не обращая внимания на хрипы стучащего ногами об пол человека, пугало пошло к следующей жертве. За кроватью оказалась молодая девушка. Она заметно отличалась от тех, кого пугало только что убивало. Во-первых, у неё не было оружия. Во-вторых, она не пыталась нападать или убегать. В-третьих, она выглядела иначе: на её теле были синяки, ссадины и отсутствовала одежда. Подумав, что она может быть не связана с этими людьми, пугало поинтересовалось:
— Кто ты?
На столь простой вопрос девушка лишь сильнее прижала в колени, уткнувшись в них лицом. Ничего не понимая, Аах задумчиво пробормотал:
— Странно. Ты не похожа на них. Ты другая. Ты ведь не с ними?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Не… нет… — тихонько шепнула девушка.
— Ты желаешь мне зла?
В ответ подозрительный человек лишь покачал головой. Задумавшись над странным и столь разительным поведением людей, Аах поинтересовался:
— А почему ты плачешь?
Ответа не последовало. Пугало просто не знало, что делать с этим неправильным человеком! Сидит на полу, забившись в угол, говорить не хочет, драться не хочет, обзываться не хочет. Но тут Аах решил, что он понял, чего человек хочет.
— Возможно, ты хочешь денег?
Это настолько поразило девушку, что она осмелилась посмотреть на пугало и даже почти перестала дрожать. Во всяком случае не так явно. Впрочем, стоило ей увидеть монстра, как её вновь затрясло. Она уже смирилась с тем, что сейчас её точно убьют, но страшный тип с мешком на голове не спешил махать своим серпом.
— Н-нет, — пролепетала она, отказываясь, да и, не пытаясь что-либо понимать.
Для пугала же это стало еще большим потрясением. Человек, который не хочет денег!
«Точно неправильный человек», — кивнул своим мыслям Аах и решил сменить тему:
— А почему ты без одежды?
— Они… Они её забрали, — выдавила девушка.
Её душил страх, но одновременно с этим хотелось кричать и смеяться, сорваться в истерику или сойти с ума, но всё тот же страх не давал сделать этого.
— А у меня они хотели забрать жизнь, — пожаловался Аах. — Наверное, одежду тоже. А тебе не холодно? — спросил он, отстраняясь и рассматривая комнату.
Ответа не последовало. Стоило пугалу отдалиться, как девушка лишилась последних сил. Всё, на что её хватило — тихо плакать. Даже не подвывать, а беззвучно плакать. Пугало нахмурилось. Его лицо стало озадаченным и выражало крайнее удивление. Он не понимал, почему этот человек плачет.
«Возможно… возможно, ей холодно? Или я сказал что-то не так?» — Аах задумался. Мысленно прокрутил свои слова. Но проанализировав сказанное, он пришёл к выводу, что ничего обидного вроде не говорил. Подойдя к кровати, он снял одеяло и укрыл им плачущего человека.
Девушка вздрогнула и подняла взгляд. Пугало засмотрелось на собственное отражение в широко распахнутых глазах. Глазах, в которых читалось неверие в происходящее. Потом оно обратило внимание на лицо человека и даже попыталось разобраться в эмоциях. Ничего не разобрав, на всякий случай он решил пояснить:
— Я подумал, что ты замёрзла и поэтому плачешь.
Девушка ничего не ответила, только схватила края одеяла и закуталась в него поплотнее, словно в кокон. От дальнейшего разговора Ааха отвлекло ржание лошадей. Он выглянул в окно и увидел нечто новое. Существо, похожее и на него, и на людей, но не живое. Или почти живое. Заинтересовавшись новым объектом, Аах на прощание обратился к девушке:
— Не стоит лежать на полу. Я слышал, что люди могут простыть. Я не знаю, что это, но знаю, что это плохо, — с этими словами он аккуратно обхватил девушку за одеяло и переложил на кровать.
Более не проронив ни слова, он направился к двери.
— П-постой! — окликнула девушка человека из соломы.
Удивившись, Аах обернулся.
— К-как… Как т-тебя з-зовут?
— Аах, — ответило пугало и, немного подумав, добавило: — Пока, плачущая незнакомка.
Махнув рукой, пугало вышло из комнаты. Спускаясь вниз по лестнице, он не отказал себе в удовольствии провести рукой по гладкому камню перил и вышел во двор. Во дворе подле коня стоял всадник. Правда, странный, без головы. Пугало с интересом осмотрело гостя. Высокие черные сапоги, простые, но явно добротные. Обычная дорожная одежда, какой пользуются возничие или кучера, а на поясе потёртые ножны без изысков, из которых выглядывает простая рукоять меча, оплетённая чёрной полоской кожи.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Здравствуй, дитя полей, — заговорил всадник, поглаживая коня по шее.
— Здравствуйте. А вы кто? — поинтересовался Аах, деловито наклонив голову.
— Можешь звать меня Всадником без головы.
