дают нам большую передышку. Воинство ликует, орут со стен радостно, будто уже победили. Наивные.
К этому времени по примерным подсчётам мы прикончили уже двадцать тысяч дезорганизованных упырей, потеряв всего три десятка бойцов, и то по их собственной халатности и усталости.
И радоваться нечему. Ибо приходят первые известия об уничтожении наших колонн с провизией, идущих с Фелисии, где мы теряем уже сотни.
Твою мать!
Посылаю разбираться с путями снабжения несколько гард дуадской конницы и отряд тяжёлых конников герцога во главе с одним из лордов Галактиона. Сам не могу, на передовой без меня никак.
Затишье ещё больше нагнетает. Остатки тварей уходят из ущелья. Проходит час, другой, ни один упырь не вылез.
Вскоре ко мне на левофланговую башню прилетает почти одновременно восемь гарпий с разных направлений от Стеклянного моря и каньонов. Пернатые с шарами навыкате, заикаясь, балакают о том, что земли не видно!
Не теряя времени, ращу турбину и взмываю в воздух. Благо я уже научился хорошо маневрировать и высоко взлетать. Чувствую себя в воздухе, как рыба в воде. И больше не думаю о том, как рулить, просто действую.
Все восемь птичек взмывают за мной.
Несёмся на высоте метров в двести. Километров пятнадцать над плато в сторону Стеклянного моря минуем, внизу лишь жалкие горстки да тонкие ручейки из упырей, которые слоняются по округе без дела. Такое ощущение складывается, что их нечто вдруг дезориентировало, сломав рецепторы. Или сказало, чтоб притормозили.
Ну а дальше начинается…
Поначалу решил, что гарпии сбрендили, сказав, что земли не видно. Причём одновременно все. Оказалось, пернатые имели в виду, что под толпами новых вампиров земли не видно!
Твою дивизию, приехали.
Похоже, то, что к нам все эти дни бежало — всего лишь обращённые никому не нужные голодранцы, у которых и оружия — то не было. А сейчас надвигается войско, от вида которого дух перехватывает.
Но я лечу нагло вперёд с ватером в лицо под рокот двигателя, шум работающих крыльев моих разведчиц и доносящийся массовый гам, нарушая воздушное пространство, дабы получше разглядеть врага нашего. И увидеть ещё больше за пыльной дымкой, которая рассеивается по мере моего продвижения.
С цинизмом и торжественностью вампиры идут ровными строевыми коробками, покрыв собой всю видимую площадь, до самого Стеклянного моря и каньонов. Разнородные массы, как заплатки на ткани или рисунок на ковре, движутся с одной скоростью, не нарушая эпичной красоты. Сотни и сотни тысяч воинов…
Десятки гард, состоящие из сухощавых монстров с длинными когтями в плащах — воины Вейзевула, колонны мощных «кошаков» с мечами, топорам и щитами, среди которых возвышаются гиганты метра под два с половиной! Здесь же и фелисы — всадники отдельными эскадронами, коробки копейщиков с лесами пик, тяжёлые конники в чёрной броне Боргула, суккубы в лёгкой броне с серповидными мечами, обычная на вид пехота, вооружённая уже чем попало. Мляяя, много лучников, которые идут отдельными батальонами!
Пролетев километра два над ордой и увидев ещё больше, смог примерно прикинуть по направлению движения, что стягиваются они к нам с береговой линии километров в сорок! Часть несметной массы шурует прямо по Стеклянному морю в сторону подъёмов. Млять, я даже не могу понять, где у них заканчиваются фланги! Это лавина.
В общем… нам пиздец.
Дымка, витающая над войсками, продолжает рассеиваться, да и глаз начинает привыкать, легче подмечая детали. Углубившись в разведке, вижу отдельную менее организованную, но не менее жуткую массу пауков, тараканов, сколопендр и кузнечиков, дисциплинированно идущих в общем темпе среди воинства. Впереди показались крупные спины жуков — навозников, и не простых, а с наездниками! Идут грузно, как динозавры. Пятнадцать штук насчитал, пока челюсть не отвисла от новых впечатлений.
Хагры на горизонте проявились вдруг, будто их защищал некий невидимый заслон. В сравнении с войсками, марширующими рядом, сразу можно оценить их габариты. Два гиганта раза в два выше и мощнее тех, каких я сжигал за милую душу, идут впритирку и на поднятых шипастых лапах держат постамент.
Подлетев метров на пятьсот, я уже могу разобрать на постаменте широкий трон и разглядеть очертания человекоподобного существа, сидящего на нём!
На том же постаменте ещё четверо стоят смирно. Вейзевул и его свита⁈
Может прибить его быстренько? Только рванул целенаправленно на предположительно главного, снизу в меня полетели огненные и ледяные шары, стрелы до кучи!
И чего ждали раньше, спрашивается. Заманивали вглубь войска под ПВО? Вот заразы. Уклоняюсь легко, на гарпий оглядываюсь. Лишь бы этих дурёх не зацепило.
— Вверх! — Кричу им.
Взмывают выше. А я рвусь к своей цели. Ну, сука.
Пускаю в него сразу два метеорита! Пошли родимые… и разбились о невидимый купол, как птичье дерьмо о стекло. Приплыли, млять.
Пока искры долетели до земли, уже всё остыло. А я ведь берёг снаряды для особого случая сейчас. Что ж! Пускаю шесть метеоритов по гардам упырей, это чтоб не расслаблялись! В плотную массу заходит хорошо! Воспламеняются знатно, но много вспышек ответных идёт синих, зелёных и даже красных. Похоже, магические заслоны срабатывают. На элитные войска покусился? Обереги у бойцов. Зажрались суки.
Слабый ущерб, ой слабый!
Метров за сто пятьдесят до моего приближения с постамента Вейзевула спрыгивают две фигуры, буквально в воздухе перекинувшись в летательных тварей! Птичьего вида в гранёной броне, у каждого по турбине синими молниями очертания подсвечиваются. Охренеть, сразу два драконида!
На меня летят. Но их опережает нечто стремительное. Будто из — за трона возникая, в меня летит пика, смахивающая на копьё Гелака, только раза в два больше!!
Замедляю время и только так успеваю уклониться от смертельной угрозы! Валю оттуда со всех ног. Можно в портале, но гарпий бросать не хочется. На нас обрушивается шквал огня. Вампирские маги хреначат, уже не стесняясь, озаряя небо вспышками.
Не успел глазом моргнуть, одну гарпию ледяной пикой прошибает, пернатая тут же срывается камнем. Похоже, сразу и убило. Следом пламя сжирает вторую, решившую меня защищать, закрыв собой. Твою мать! Кричу на оставшихся, чтоб валили, но без толку! Мечутся, видимо, хотят с драконидами драться, а те неумолимо приближаются.
