Образцы закладываются всё детство и подтверждаются всю жизнь. То, о чём я поведала выше, это только один их вид - защитные образцы. Чтоб понять, в сколь высокой степени человеческое поведение, реакции и чувства подвержены влиянию образцов, вернёмся снова к нашему ребёночку.
Вне зависимости от того, что он вынес из утробы, ребёночек родился и видит мир. Сначала видит кое-как - перевёрнуто и расплывчато, теряет ориентацию и учится по-новому узнавать своих среди чужих, но уже без “космических чувствований”. Младенец, как щенок, брошенный в воду - кругом опасная стихия, и теперь ему неплохо бы иметь плот. Плота у него, само собой, нет, и он вынужден снова встраивать в свое подсознание образцы, чтобы как-то обрести точку опоры и сориентироваться в бурном потоке жизни вне маминого живота.
Для начала ребёнку нужно понять, кто он такой и какого роду-племени будет, и как с этим пониманием жить дальше. Когда родители из шевелящихся пятен превращаются в нечто конкретное, младенец своим животным, безусловнорефлекторным чувствованием ощущает - вот они, эти два человека, они большие, а я маленький. Они выросли, выжили, а значит их поведение безусловно годно для выживания. Значит, я могу взять его за образец.
Вот так и создаётся программка. Образцы, срисованные с отца и матери, не будут, конечно, прямыми ролями, но они пройдут канвой по всей жизни, выражаясь в похожих жестах, образе мыслей, стандартных словечках и поступочках. Эти образцы сыграют роль при выборе партнёра, при воспитании собственных детей, в дружбе и сотрудничестве с другими людьми.
Позже к этим образцам присоединятся образчики, списанные с наиболее значимых родственников и знакомых, но будут они проявляться в меньшей мере и меньше влиять на разные жизненные выборы. Предлагаю этим образцам присвоить название “родительские”. Родительские образцы тоже бывают дефективными, обычно это случается, когда отец или мать “ни с этим миром, ни с собою не в ладу”, то бишь, далеки от общепринятости и морали - пьют, гуляют, дерутся, бьют ребёнка, эмоционально холодны (хотя это-то как раз общепринято) и тому подобное. В таком случае ребёнок, подрастая, будет вынужден корректировать “нестандарт” в родительском образце.
Если с родительским образцом всё нормально, то есть ребёнок остаётся в ладу с собой и не чувствует дискомфорта при взаимодействии с родителями (и с другими близкими, хотя обычно это не столь же значимо), то он сохраняет родительские образцы и ориентируется на них всю жизнь, в том числе оставляет за собой мамины и папины манеры и привычки, мысли и стереотипы. Ребенок ощущает их как нечто само собой разумеющееся и не вызывающее внутреннего сопротивления. Как говорила мне одна весьма знающая женщина: «В тебе сто процентов отца и сто процентов матери». Не отвертишься.
Если же сама идея похожести на родителей вызывает у человека отвращение, то это значит, что родительские образцы человека не устраивают и вызывают дискомфорт. Точнее, дискомфорт этот появился ещё в детстве, когда ребёнок начал думать, чувствовать и смотреть вокруг. Вероятно, что он подсознательно оценил свою семью относительно других, более здоровых, как худшую, а родителей как тех, на кого не надо бы быть похожим. И вот ребёнок выстраивает новый образец -идеальный.
Мы все имеем идеальные образцы, но у ребёнка с “нормальными” родителями он спокойно уживётся с родительским, а у ребёнка из семьи, им самим оцениваемой как “плохая”, идеальный образец будет вытеснять родительский, а последний будет отчаянно бороться за жизнь. И человек всю свою жизнь будет иметь серьёзный внутренний конфликт, вне зависимости от того, осознаёт он это или нет.
Если вы внимательно посмотрите на то, как вы строите отношения со своим супругом или партнером, то убедитесь, что в них проявлен и родительский, и идеальный образец. Родительские образцы видны обычно в ссорах и сложных моментах, когда один партнер не устраивает другого. Обвиняя в чем-либо мужа, который на самом-то деле выбран по образу и подобию отца, жена обычно перечисляет те же недостатки, которые были у ее отца.
Это не те качества, которые она сама, взрослая женщина, видит в отце, а те, что перечисляла во время ссор с отцом ее мать. В такие моменты и отпечатывалось в еще незамусоренной головке девочки: мужчина невнимательный, не помогает по дому, не занимается детьми... И нечего удивляться, что муж у нее оказался именно такой. Ведь именно такого, чтоб соответствовал ее родительскому образцу, она так долго искала.
Однако в ее муже будут и качества из идеального образца - это именно то, что она в нем особенно любит, чем гордится. Подобных качеств могло и не быть в ее отце.
Бывает и так, что отец девочки идеализировался в семье (на самом деле он мог и не быть таким уж распрекрасным), а муж ну никак не дотягивает до отца-идеала. Даже если он сам по себе человек и хороший, и, возможно, объективно поинтереснее других мужчин, женщина будет считать недостатками те его качества, которые не дотягивают до отцовских (не настоящих, о которых она, скорее всего, представления-то не имеет, а тех, что превозносились матерью). Ее муж всегда недостаточно богат, недостаточно умен, недостаточно уделяет времени семье...
У мужей, естественно, свои образцы, и они непременно связаны, прямо или косвенно, с теми образцами, которые имеются у их жен. Проще говоря, обычно сходятся мужчина и женщина из похожих семей. А будут они ругаться или нет, зависит от того, насколько оба партнера принимают ситуации, сложившиеся в родительских семьях, насколько они внутри себя готовы повторять их в своей семье. О есть сильно ли расхождение родительского образца и идеального.
Если родительские образцы человека приемлемы для него самого, он (она) будет стремиться создать семью, подобную родительской, и именно потому, что родительская семья была достаточно благополучной и жизнеспособной.
Впрочем, мы все автоматически создаём семьи, отталкиваясь от образца родительской семьи, но если образец был субъективно плох, то человек либо будет иметь непреходящий внутренний конфликт, либо раз за разом разводиться и пытаться найти партнершу, подходящую под идеальный образец, либо включит волевой компонент и перестроит наконец эту программу. Это не так трудно, как может показаться на первый взгляд...
Напоследок расскажу о “ситуативных” образцах, которые по значимости и влиянию на жизнь человека занимают, возможно, последнее место (каждый в отдельности, разумеется), зато по вредности и болезненности уж точно жнут лавры победителя. К этим образцам в частности относятся упомянутые в начале книги “орущая родительница” и “виноватая девочка”.
Каждый из нас родом из детства и попадал в ситуацию, когда он делал что-то явно неправильное и родители, как говорится, спускали на него собак. Если ощущения, чувства ребёнка в такой ситуации были за гранью индивидуально нормальной болезненности, то собственный образ (вместе с этими чувствами) и образ вызвавшего эти чувства родителя заложатся как образцы. И потом, оказываясь в подобных обстоятельствах, причём как в качестве ребёнка, так и в качестве взрослого, человек будет реализовывать эту программу-образец, так же действуя и испытывая те же чувства, что и в момент создания образца. То есть как в первый раз.
Ситуации, подобные тем, в которых заложились наиболее значимые образцы, человек может привлекать к себе с завидной регулярностью до тех пор, пока не изменит сам образец.
Феномен ситуативного образца по сей день удивителен для меня. Во-первых, он закладывается совсем по другому принципу, чем все остальные. Во-вторых, у ребёнка всегда создаются два или более образца - стороны, участвующие в ситуации. В-третьих, позитивные образцы либо не создаются вовсе, либо выражены слабее и легко затираются со временем. Позитивные образцы чаще всего встречаются среди идеальных и родительских. Вероятнее всего, ситуативные образцы - это психологическая реакция человека на сильный стресс. А в детстве, когда все происходит в первый раз, слабых стрессов практически не бывает - все сильные.
Сами по себе образцы не являются плохими или хорошими, вредными или полезными. Если у человека ни один образец не является столь болезненным, чтобы вносить в его жизнь сильный и регулярный дискомфорт, то он имеет все шансы прожить жизнь гармонично и счастливо, и ему не будет так уж трудно найти свой путь.
Однако практически у каждого из нас есть по нескольку “больных” образцов. Я также называю их “битыми программами”. Почему именно так?
Я исхожу из предпосылки, что наш мозг является биологическим компьютером, а наша связь с тонким миром - это выход в интернет, откуда мы можем получать информацию в неограниченных количествах. Это, конечно, аллегория, но удивительно близкая к истине. Давайте вспомним, как работает компьютерная программа. Программа имеет алгоритм, который всегда выглядит подобным образом - если “да”, то выполнить какое-либо действие или определённую подпрограммку, если “нет”, то сделать что-либо другое или ничего не делать, оставаясь в основной программе. Примерно как на рисунке.
