Это позволило Маргусу и Олафу поднять весь обоз на пригорок к скальной расселине и соорудить там нечто подобное баррикаде из тюков и повозок. За эту баррикаду затем отступил и Питер, когда Маркус поддержал его лук своим арбалетом.
— Не выстоим мы против них долго — с тоской сказал Маркус, после того как Питер улегся рядом с ним на тюки — и они это понимают, а потому не спешат. Позиция у нас хорошая, высотку держим, но их много, а нас мало. Рано или поздно мы устанем, болты кончатся, стрел тоже не очень много. Одна надежда на патруль, должен же он появиться на дороге.
— Я посплю до ночи — сказал студент — ночью подежурю. Днем вы и без меня все видите, а ночью, я все же получше разгляжу, да и стреляю из лука быстрее и точнее, чем вы из своих арбалетов. Но если сейчас не отдохну, боюсь, сморит меня сон ночью, устал за эти дни и в ночь спали мало. И еще кто-нибудь мне в пару на ночь ложитесь, они все равно не пойдут штурмовать сейчас. Выждут, пока устанем, у них тоже нервы-то не канаты, умирать от болта или стрелы не хотят.
Дежурить с Питером вызвался Маркус. Они улеглись в глубине повозки, строго наказав не будить их до темноты, если только не начнется настоящий штурм высотки. Старшим, естественно, остался Олаф. Он без дела не сидел, насобирал еще болтов по тюкам, оказывается запас их был не такой маленький как казалось Маркусу. Нашлись даже несколько Гиномских наконечников, которые применяются против доспехов, но только для болтов. И у Питера нашлась настоящая магически заряженная стрела, но ее решили поберечь. Да и Питеру она досталась случайно, и он точно не знал, чем она заряжена. Скорее всего, только поляну и осветит.
До ночи штурмовать их, так и не решились. Видно не хотелось им рисковать даже в малейшей степени. Да и нужды в том не было, бандитов около двух десятков, против пятерых обозников, к тому же одна их них женщина. Деваться им некуда, даже если товар бросить, на ногах от конных далеко не убежать. А их лошади, простые тяжеловозы, не быстрые, да и пугаются всего. Куда там против боевых коней бандитов.
Маркус так и не сомкнул глаз до своего дежурства, но ничего, до рассвета выдержит, ему же только стрелы подавать, да прикрывать стрелка, а днем выспится. А что будет, когда бандиты поймут, что стрелы у них скоро кончатся, думать не хотелось.
Питер же, напротив, спал как младенец, он потом объяснил Маркусу, что умение засыпать, часть его магических способностей целителя, как и ночное зрение, на которое он очень надеялся, напросившись дежурить в ночь.
Когда стемнело, Олаф разбудил Питера, передал стрелы, болты, арбалеты и пошел спать, наказав, чтобы будили, как только заметят опасность. Молодоженов он уложил пораньше.
Питер молча вслушивался в темноту и, после долгой паузы, сказал.
— Четверо на посту, в той стороне у костра — он показал рукой — остальные спать легли метров за тридцать дальше от нас. Нападать вроде не собираются, я потом еще раз попробую посмотреть магическим зрением, когда проснусь окончательно.
Поели молча, разложились на своем посту, приготовили стрелы и арбалет. Маркус хотел еще что-то спросить, но не успел.
— Тихо! — шепотом сказал Питер и сам надолго замер, прислушиваясь
— По–моему, там кто-то еще есть и он нам помогает — наконец прервал он паузу.
— Их осталось в живых двенадцать человек, а раньше я насчитывал девятнадцать. Кто-то их убивает, да так ловко, что остальные не догадываются. Но я, не могу понять кто это, и еще чувствую притаившегося зверя. По–моему, большая кошка, вроде рыси.
— Может это рысь и убивает?
— Нет не кошка — отмахнулся студент — мне кажется, что все же это рысь. Она притаилась и очень злая, а убивает кто-то другой. Уже осталось всего десять, шестеро спят, а четверо в дозоре. Убивает оно только спящих, одним ударом сразу намертво. Те и звука не издают.
— Как бы оно потом за нас не принялось — обеспокоился Маркус — откуда этот союзник-то взялся. Не стало бы хуже. С этими хоть понятно как биться, а с этой новой напастью не знаю, что и делать.
— Только дозорные остались — обрадовался студент — оно их не трогает, наверно боится, что со всеми сразу не справится, а поодиночке тут нельзя, заметят, что кто-то из них упал.
— А как ты узнаешь, кто жив, а кто мертв, не видно же спит ли, или уже помер — полюбопытствовал Маркус.
— Я же на целителя учусь, отличить ауру живого человека от мертвого на первом курсе учат. Это же первое дело у нас, мы по ауре диагнозы ставим — пояснил студент.
— А вот ауры нашего союзника понять не могу, я вообще-то вижу ее, но не понимаю. Вроде обычная девочка лет двенадцати, но не девочка же с ними расправляется.
— К нам приближается. Рысь тоже тихонько за ней к нам двинулась — встревожился студент и на всякий случай приготовил свой лук.
Маркус, по–прежнему ничего не слышал и не видел, но тоже приготовил свой меч. Студент же проявлял все большее беспокойство, он чувствовал, что таинственный обладатель непонятной ауры совсем близко, сразу за их импровизированной баррикадой из перевернутой повозки.
И тут оба услышали тихий девичий голос.
— Эй, не стреляйте в меня и Киса, мы свои.
— А твой Кис нас не съест? — Так же тихонько спросил студент.
— Нет, он ручной совсем, но помочь может, если я попрошу. Я сейчас к вам переберусь — пообещала девочка — а Киса оставлю пока снаружи, раз вы его боитесь.
Раздался еле слышный шорох, и в укрытие под повозкой проползла девочка. Вблизи ее уже хорошо можно было рассмотреть в предрассветном полумраке. На вид ей действительно было всего лет двенадцать, может чуть больше. Совсем тоненькая, но женская фигура уже просматривалась. Огромные глаза на красивом лице, казались чуть удивленными.
— Это ты одна их всех перебила? — недоверчиво спросил студент.
— Да — просто ответила девочка и не очень понятно продолжила, — но оставшихся не могу, хорошие камни у меня кончились, а они сидят в шлемах и латах, и Кис уже хочет помочь.
— Ничего не понял — потряс головой Маркус — какие камни?
— Я набрала камни, как раз такие что, если в голову попасть то… — она замялась, не желая произносить слово «убить$1 — ну понимаете, с одного удара…
— Ты что их всех камнями перебила?
— Да, дождалась ночи. Они на ночь шлемы свои снимают и если камнем попасть в голову, то можно совсем без звука… — девочка, по–прежнему, не хотела произносить неприятные ей слова — нужно только точно силу угадать.
— А Кис уже помочь хочет, он чувствует, что они плохие и хочет меня защитить от них. Не понимает глупый, что мне они ничего не сделают, а ему с ними не справится.
— А тебе почему не сделают ничего? — по прежнему ничего не понимая спросил Маркус, — ты кто вообще и почему на них охотишься?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
