довольно тяжелых условиях?
У Розы имелась хорошая подруга Светлана. Они жили всего в двух кварталах одна от другой. Светлана тоже не блистала богатством, но обладала врождённой житейской сметкой. Она быстро прикинула, что, где почём? Приняла неплохое решение и сообщила товарке: – Лучше всего, нам с тобою купить одну свиную башку на двоих. Мяса там достаточно много, а стоит гроши.
– Почему? – удивилась весьма непрактичная Роза
– В ней слишком много костей, – объяснила подруга: – так что, мало кто хочет с ними возиться.
Женщины так всё и сделали. После работы они заглянули на ближайший базар и взяли голову упитанной хрюшки. Мясник разрубил её на две равные части. Каждая дама взяла свою половину, и две подруги разошлись по домам.
Оказавшись в квартире, Роза тотчас принялась за пирожные. Ближе к одиннадцати, она поставила первую партию в печь и решила взяться за мясо. Достала из холодильника половину свиной головы и положила в мойку на маленькой кухне.
Включила горячую воду. Начала мыть дорогую покупку и вдруг увидела нечто ужасное. Выяснилось, что из широкой, чуть распахнутой пасти торчали клыки. Они оказались такими длинными, чёрными, грязными, что чистоплотная дама пришла в неописуемый ужас.
Роза взяла телефон и позвонила своей главной советчице: – Что мне делать с зубами? – взволнованно спросила она.
– С какими зубами? – искренне удивилась Светлана.
– С теми, что торчат у свиньи изо рта.
– Ничего. – спокойно сказала подруга: – Клади целиком всё в большую кастрюлю. Ставь на плиту и вари не менее, чем четыре часа. Пока мясо не начнёт отставать от костей.
– Но, это негигиенично! – возразила щепетильная женщина: – Ведь, свиньи едят всякую дрянь.
– Делай, как знаешь! – устало сказала товарка и бросила трубку.
– Нужно их выбить. – подумала Роза и принесла из кладовки большой молоток, оставшийся ей в наследство от мужа. Она положила половинку свиной головы на табурет и принялась со всего маху стучать по увесистой челюсти зверя. Однако, чёрные зубы держались так крепко, что Розе не удалось их немедленно выбить.
Через пару минут, взбеленились соседи, жившие снизу и сверху. Люди взялись колотить, чем ни попадя, по батареям и трубам. Все они громко кричали, мол, уже ночь на дворе, прекратите шуметь.
Немного подумав, Роза взяла дорогую покупку и двинулась в ванную. Дама открыла маленький шкафчик, висевший на стенке. Взяла свою зубную щётку из небольшого стаканчика. Выдавила на неё пасту из тюбика и хорошенько почистила зверю клыки.
После чего, посмотрела на предмет гигиены и поняла, что он совершенно испорчен. Роза бросила щётку в ведро для хранения мусора. Вернулась на кухню, сунула голову хрюшки в кастрюлю и поставила всё на сильный огонь. Пока покупка варилась, усталая женщина уже испекла массу пирожных. Она отключила плиту, едва дотащилась до спальни и упала в постель.
Утром она поднялась спозаранку. Вынула остывшее мясо из густого бульона и отхватила ножом от него скромный кусок. Осторожно сунула в рот. Чуть пожевала и с радостно вскрикнула: – Это действительно вкусно!
Затем, она с сильным сомнением, посмотрела на зубы свиньи. Роза увидела, что клыки стали удивительно белыми, и выпали сами собой из увесистой челюсти. Женщина тотчас успокоилась и поставила готовую еду в холодильник.
Так она и жила себе дальше. Торговала приготовленной выпечкой на ближайшем базаре, а на добытые деньги, иногда, покупала половину свиной головы. Правда, зубы она не выбивала и даже не чистила. Варила, как есть. Ну, а с течением времени, научилась делать из мяса неплохие рулеты.
Вторая работа
Пошёл третий месяц, после того, как бедная Роза нашла для себя подработку на рынке. Она была очень общительной женщиной и быстро сошлась с теми людьми, что целыми днями стояли возле лотков.
Она очень легко нашла с ними общий язык и узнала много интересных вещей. Выяснилось, что в своей прошлой жизни, основная часть продавцов были исследователями в научных лабораториях, инженерами, врачами, учителями и библиотекарями.
Ураган перемен сорвал всех с приличного места и швырнул в печь «катастройки», пылавшую адским огнём. Выпускникам институтов стало не на что жить и пришлось им хвататься за любую возможность «срубить хоть какие-то бабки».
Нужно напомнить читателям, что большая часть торговых мест на базаре принадлежала не продавцам, а другим, более значимым людям. Вся прибыль шла нанимателям, а несчастные люди пахали по десять часов каждый день за ничтожную плату.
Если честно сказать, то и владельцы холщовых палаток не очень-то шиковали тогда. Огромные деньги текли сквозь их жадные пальцы, но к загребущим рукам прилипало не так, чтобы много.
Часть всей «капусты», они отдавали хозяину рынка за аренду площади в несколько метров квадратных. Потом, откупались от самарских ментов и надзорных контор, которые крутились поблизости, словно мухи над падалью. Затем, много процентов отдавали «великой» стране, в виде огромных налогов. Ну, а львиная доля уходила местным бандитам за «крышу».
Каждый вечер, «смотрящий за точкой» обходил все прилавки. Рэкетир собирал с них приличную сумму, взятую, так сказать, с потолка, и увозил добытые «бабки» криминальной верхушке района. Оттуда «бабло» двигалось к городским паханам, а затем уплывало значительно дальше. Туда, где жил пышный «цвет» нашего «счастливого» общества.
Рынок был достаточно крупным, и туда постоянно заглядывал кто-нибудь из «больших» бандюков. Он вальяжно ходил по участку. Зорко смотрел, сколько рабочих мест расположено на его территории? Насколько богат ассортимент разных товаров, и очень ли бойко проходит продажа?
Чтобы точней оценить обороты торговли, контролёр приезжал в разное время рабочего дня. Он мог явиться, сразу после открытия, в обед или уже к позднему вечеру.
Не желая утратить профессию инженера-строителя, Роза не бросала контору, где ей платили гроши. Она поговорила с шефом отдела и выпросила у него разрешенье на то, что будет и дальше немного опаздывать. Тот чуть покричал на сотрудницу, но потом согласился.
Роза с утра сбывала пирожные, испечённые ночью, и часам к девяти, отправлялась на службу. Перед тем, как идти на работу, она часто видела такую картину.
К небольшому базару подъезжал новый джип со спецномерами, состоящими, в основном, из нулей. Как слышала бедная женщина, престижный автомобиль стоил значительно больше, чем её «хрущёвская двушка».
Увидев приметную «тачку», «местный бугор» пулей выбегал из вагончика, стоявшего возле ворот. Он подскакивал к лакированной «лайбе» и, поклонившись, открывал блестящую створку. Вставал возле неё в положение смирно и начинал есть глазами большое начальство.
Из глубины, пахнущей кожей, салона тотчас выбирались два массивных громилы. Даже в большую жару, они носили дорогие костюмы тёмного цвета. Их пиджаки
