Ознакомившись с планом Ермолова, император Александр отдал распоряжение: «Покорять горские народы постепенно, но настоятельно, занимать лишь то, что удержать за собою можно, не распространять иначе, как став твердую ногою и обеспечив занятое пространство от покушений неприязненных».
Ермолов в старости
На Кавказе Ермолов сразу же наметил план действий, которого затем неуклонно придерживался. Учитывая фанатизм горских племен, их враждебное отношение к русским, новый главнокомандующий решил, что установить мирные отношения при существующих условиях совершенно невозможно. Надо было заставить горцев уважать Россию. А сделать это можно было только силой. Ермолов, провозгласив принцип «Ни один набег не должен остаться безнаказанным», составил план действий, включавший в себя оборудование баз и плацдармов, постройку дорог, просек, возведение укреплений и, наконец, колонизацию края казаками, создание таким образом прослоек между враждебными России народами.
Бюст в Пятигорске
В 1818 г. началось покорение Чечни и Дагестана. Была построена крепость Грозный, в 1819 г. в Дагестане появилась крепость Внезапная. Основанием в 1821 г. крепости Бурной был закончен треугольник опорных пунктов. В 1822 г. началось усмирение Кабарды, а в 1832–1824 гг. жестоко подавлена смута в Абхазии. Но дни Ермолова на Кавказе были сочтены. Интриги, которые велись против своенравного генерала в Петербурге, принесли свои плоды. Последний представитель и продолжатель традиций екатерининских орлов после смерти Александра I пришелся не ко двору в России николаевского времени. Летом 1826 г. Николай I послал на Кавказ своего ставленника Паскевича — официально в помощь Ермолову, на самом же деле для его замены.
После Кавказа
После отставки, состоявшейся в 1827 г., Ермолов жил в Орле и селе Лукьянчиково Орловской губернии, каждый год приезжая в Москву, а в 1830 г. он купил имение Осоргино в 26 км к западу от Москвы. В 1831 г. император Николай I пожелал вновь видеть Ермолова на государственной службе. С 1831 по 1839 гг. он являлся членом Государственного совета, подолгу живя в Петербурге, а в 1839 г. присутствовал на торжествах по случаю открытия памятника батарее Раевского на Бородинском поле. С 1839 г. жил зимой в Москве в доме на Пречистенском бульваре, а 1851 г. переехал в новый дом, купленный им неподалеку на улице Пречистенка.
В своих московских домах Ермолов собрал богатейшую библиотеку, насчитывавшую более 9 тыс. томов, сам переплетал книги и написал руководство по переплетному делу. Был постоянным посетителем любительских музыкальных спектаклей и спектаклей Малого театра, особенно ценил игру П. М. Садовского. Незаурядный интерес Ермолов проявлял и к живописи, был в числе первых посетителей выставки работ воспитанников Московской художественной школы, в том числе В. Г. Перова, И. М. Прянишникова, А. К. Саврасова. В круг общения Ермолова входили не только его бывшие сослуживцы М. С. Воронцов, Н. Н. Муравьев, А. И. Чернышев, но и великий князь Александр Николаевич, декабристы С. Г. Волконский, М. Ф. Орлов, М. А. Фонвизин, И. Д. Якушкин, писатели и историки П. И. Бартенев, М. Ю. Лермонтов, М. П. Погодин, Л. Н. Толстой. В 1853 г. Ермолов был избран почетным членом Московского университета «в уважение отличных заслуг на пользу Отечества». В 1855 г. к столетию университета передал в его библиотеку за символическую плату свыше 8 тыс. книг (собрание Ермолова составляет отдельный фонд Научной библиотеки МГУ). В том же году был начальником Московского ополчения. Ермолов пользовался огромной популярностью и уважением у москвичей.
Памятник в Пятигорске открыт в честь 230-летия А. Ермолова
Прощание с умершим Ермоловым в 1861 г. продолжалось в течение двух дней. Гроб с его телом от церкви Спаса на Божедомке до Серпуховской заставы сопровождала процессия жителей Москвы и военных, в том числе гренадеров Несвижского полка. Похоронен в Орле. Именем Ермолова названа улица в районе Бородинской панорамы, его имя выбито на опорном крыльце барабана здания этого музея, на памятной доске одного из обелисков Бородинского моста через Москву-реку. Оно трижды увековечено также на мемориальных досках Георгиевского зала Большого Кремлевского дворца.
Прекрасный писатель Н. С. Лесков так написал об Алексее Петровиче в специально посвященном ему биографическом очерке: «Славу его протрубили не пристрастные газеты, не реляции, которые пишутся в главных квартирах и возвещают то, что желательно оповестить главной квартире, — славу его пронесли во всю Русь на своих костылях и деревяшках герои-калеки, ходившие с Алексеем Петровичем и в огонь и в воду и после за мирным плетением лычных лаптей повещавшие «черному народу», как «с Ермоловым было и умирать красно».
Закончил же свой очерк Лесков следующими, актуально звучащими и сегодня строками: «Алексей Петрович Ермолов поистине характернейший представитель весьма замечательного и не скудно распространенного у нас типа умных, сильных, даровитых и ревностных, но по некоторым чертам «неудобных» русских людей, и разъяснение его личности в связи со всеми касательствами к нему среды, в отпор коей он принимал ту или другую позицию, должно составить вполне глубокую и благодарную задачу и для историка-биографа, и для критика. Тому-то, кто сумеет судить о Ермолове правильно и беспристрастно, предстоит завидная доля сказать многое, очень многое «старым людям на послушание, а молодым на поучение».
Вишняков Я. Б., к.и.н.,
МГИМО (У)
Александр I Благословенный
Сражения и победы
Российский император, победитель Наполеона. Александр I грациозно отклонил официальное командование русскими войсками: «Все люди честолюбивы; признаюсь откровенно, что и я не менее честолюбив… Но когда я подумаю, как мало я опытен в военном искусстве… невзирая на мое честолюбие, я готов охотно пожертвовать моею славою для блага армии». А уже после победы над Бонапартом резюмировал: «Бог ниспослал мне власть и победу для того, чтобы я доставил вселенной мир и спокойствие».
Не как полководец, а как инициатор неуклонной, неумолимой борьбы и организатор победы над крупнейшим полководцем эпохи — таким стремился войти в историю Александр I.
Старший сын цесаревича Павла Петровича (впоследствии императора Павла I) и его второй жены Марии Федоровны, вошедший в историю как Александр I Павлович Благословенный, родился 12 (23) декабря 1777 г. Воспитан в традициях европейского Просвещения, прививших ему веру в теорию общественного договора, в изначально добрую человеческую природу, в пагубность самовластия, природное равенство всех людей и благотворность общественных свобод… Все эти признаки просвещенного гуманиста прекрасно уживались в императоре с ревнивым, болезненно самолюбивым отношением к самодержавной власти и себе как ее носителю.
Будущий император получил достаточно разностороннее образование, изучал историю и словесность, географию, математику, ботанику, физику, государственные и политические науки, знал иностранные языки — французский, немецкий, английский, даже латынь. Вместе с тем в знаниях Александра остались значительные пробелы; в частности, в области военных наук ему, как и многим его предшественникам и преемникам на российском престоле, было в сильной степени присуще увлечение чисто внешней стороной военного дела.
Одного из своих внуков Екатерина II назвала Константином в честь Константина Великого, другого — Александром в честь Александра Невского. Этим выбором имен выражалась надежда, что Константин освободит Константинополь от турок, а новоявленный Александр Македонский станет государем новой империи, охватившей Европу и Азию.
Он рос при интеллектуальном дворе Екатерины Великой. Его воспитатель швейцарец Ф. Лагарп ознакомил его с принципами гуманности Руссо, военный учитель граф Н. И. Салтыков — с традициями русской аристократии, отец передал ему свое пристрастие к военному параду. Екатерина II считала своего сына Павла неспособным занять престол и планировала возвести на него внука Александра.
Александр I.1802 г.
Елизавета Алексеевна, супруга Александр I
Многими чертами своего характера Александр был обязан бабушке, которая отобрала сына у матери и определила ему жить в Царском Селе, подле себя, вдалеке от родителей, которые обретались в своих дворцах (в Павловске и Гатчине) и редко появлялись при «большом дворе». Впрочем, ребенок, как это видно из всех отзывов о нем, был мальчиком ласковым и нежным, так что возиться с ним для царственной бабушки было огромным удовольствием.
