— Ты, бестолочь болотная, кто бьет козырного короля бубновой десяткой?
— Речная, — поправила её подружка. — Это у тебя память отшибло, козыри-то буби.
— Нет, крести.
— Нет, буби.
И, разозлившись, они бросили карты, схватив друг друга за волосы, покатились по мостовой.
— Ну, все, хватит. Мне надоело, — сказала болотная, отпихнув от себя речную. — Ты всегда меня обманываешь.
— Да, а кто вчера мою рыбку сожрал? А? — прогнусавила речная кикимора.
— Разве это была рыбка? Тьфу, одно название, тем более она меня так жалобно упрашивала.
— Как это? — удивилась речная кикимора.
— Съешь, говорит, ты меня, уважаемая болотная кикимора, а то подруга твоя совсем жевать не умеет, плавай потом непрожеванной в её желудке.
— Это кто не умеет? Это я не умеет? — возмутилась речная.
И они опять, сцепившись, начали тузить друг друга. Аня взяла сестру за руку и прошептала:
— Я что-то придумала! — и, надев плащ, исчезла.
Кикиморы, немного успокоившись, стояли друг против друга, вспоминая старые обиды. Они были так увлечены перебранкой, что не заметили, как возле их ног, подпрыгивая, покатилась пара горошин. Первая кикимора заводила носом.
— Слушай, я знаю, что болотные кикиморы отличаются не очень приятным запашком, но не до такой же степени. Ты что сегодня ела на обед? — последнюю фразу она прокричала с зажатым носом.
Болотная кикимора, раздув ноздри и набрав полные легкие воздуха, завопила:
— Это не мое, это не я, — и тоже прикрыла нос ладонью.
— Я здесь больше находиться не могу. Сейчас же все расскажу хозяйке.
— Я не поняла, сама напакостила, а на меня спираешь, — заорала вторая, уткнув руки в бока, но, задохнувшись, сразу зажала нос рукой. — Я первая расскажу про тебя, — и они наперегонки бросились к калитке. Но так как каждая стремилась быть первой, а двери были узкие, естественно, что они в них застряли.
— Отстань от меня, вонючка.
— У — у, скунс проклятый.
Шипели они, отворачиваясь, друг от друга. Наконец-то протолкнувшись, они повалились на землю, вскочив, задыхаясь от отвратительного запаха, бросились в замок.
— Пошли, — перед глазами Кати возникла Анина голова. Та, отшатнувшись, чуть не закричав.
— Ты больше меня так не пугай. Или снимай накидку полностью, или не показывайся вовсе, — прошипела она.
— Я им горох за шиворот насыпала, — снимая плащ, засмеялась Аня.
Выбравшись на дорогу, девочки направились к воротам.
— Да, хорошее оружие, — сказала Катя, закрывая нос ладошкой. — Даже так не спасает.
— А главное безотказное. Надо бежать за кикиморами, они приведут нас к колдунье, — потащила за собой сестру Аня.
Пройдя сквозь ворота, никем не замеченные, сестры очутились на дороге, ведущей вдоль стен и охватывающей замок со всех сторон. Недалеко от главного входа кикиморы барахтались в пыли, награждая друг друга тумаками.
— Все равно я доберусь быстрей.
— Зато я первей доложу.
Девочки огляделись, чтобы их никто не заметил, бросились за ними. Осторожно следуя за кикиморами, сестры то поднимались по каменным лестницам, то пересекали огромные залы, освещенные факелами. На их счастье в это время был обед или отдых, и все обитатели замка разошлись по своим комнатам. Когда же они теряли кикимор из виду, то запах точно указывал им путь. Наконец, девочки очутились в большом тронном зале, таком же мрачном, как и весь замок. Свет от факелов, висевших на стенах, освещал трон, стоящий в центре зала и украшенный черепами невиданных зверей. Тень, отбрасываемая троном, предавала ему еще более зловещий вид. Голоса и запах подсказали им, что надо обойти трон. За ним виднелась потайная дверь, из-за которой доносился чей-то голос.
— Ах вы, мерзкие твари. Бросили охрану замка, и пришли сюда вонять? Вон отсюда! Или я из вас сделаю рыбные палочки себе на ужин.
Перепуганные насмерть кикиморы выскочили с такой скоростью, что проскочили мимо девочек, даже не заметив их.
— Нет, я этого так не оставлю. Я накажу этих тварей, чтоб другим неповадно было. — И в дверном проеме показалась Карголга.
Девочки сразу узнали ее, хотя раньше никогда ее не видели. Это была высокая, стройная женщина лет сорока. Одета она была в черное длинное платье с большим, торчащим вверх воротником и широкими складками внизу. Лицо у нее было привлекательное, даже красивое, если бы не ее взгляд. Колючий, жесткий, от которого мурашки начинают бегать по спине, и хочется спрятаться в самом дальнем углу зала. Она держалась с таким достоинством, что, увидев ее, на ум приходило только одно слово «хозяйка». В руках у нее был деревянный посох с головой змеи. Девочки стояли, укрывшись плащом, онемевшие от страха и не смеющие пошевельнуться. Колдунья, пройдя половину зала, остановилась, обвела вокруг взглядом и, поморщившись, что-то пробормотала, ударив жезлом об пол. Легкий ветерок, взявшийся ниоткуда, облетел зал, раздувая шторы и, качнув пламя факелов, устремился в открытое окно, унося за собой противный запах. Колдунья развернулась и пошла к выходу. Когда она скрылась, девочки сбросили с себя накидку.
— Какая страшная, мне казалось, что она вот-вот нас заметит, и от этого захотелось превратиться в пылинку на этом каменном полу, — сказала Катя, вся дрожа.
— Пойдем, посмотрим. — Аня потянула сестру к открытой двери.
Это была комната, вся уставленная шкафами вдоль стен. На каждой полке стояли стеклянные банки, заполненные корешками, травами, разной жидкостью. В самом центре комнаты висел на толстой цепи большой котел, под которым горел огонь.
– Ну, где вы были? Сколько вас можно ждать?– девочки оглянулись.
В углу на железной цепи сидела Сонька, а на ошейнике у нее висел замок.
– Мне тут не нравится. Они совсем не умеют обращаться с леди,– и она, вытянув шею, задней лапой почесала ее. – Из-за этого отвратительного ошейника я даже умыться нормально не могу. Сижу, как собака, на цепи, – ворчала она, и добавила шепотом, – а еще меня грозились сварить, какой ужас. Вы только представьте: я и в супе!
Девочки бросились к кошке. Катя полезла в сумку, пытаясь найти, чем можно открыть замок.
– Ну-у, быстрее, – протянула Сонька, – у меня такое чувство, что я уже варюсь в этом котле.
– Может это подойдет? – Аня достала ключ от квартиры, висевший у нее на шее.
– Дай-ка. – Катя взяла ключ. – Не. У него форма другая. Видишь, он даже в скважину не лезет, – и она поднесла ключ к замку, показывая сестре. Но ключ вдруг стал мягким и, приняв форму отверстия, с легкостью вошел в замок. Катя, перепугавшись, отдернула руку. – Он, как желатиновый, стал, – сказала она, пытаясь стряхнуть с руки ощущение липкости ключа.
– Это у него желания исполняются. Теперь он любой замок открыть может, – прошептала Аня и повернула ключ. Тот, с легкостью провернувшись, открыл замок.
– Наконец-то, а то я думала с этим ожерельем не расстанусь до самых последних дней,– разминая шею сказала кошка, – пойдемте, чего стоять, больше спасать некого, – и Сонька, подняв хвост, направилась к выходу.
Девочки стояли и растерянно смотрели друг на друга.
– Хоть бы спасибо сказала.
– Ага, – и Катя пнула воздух, представляя, с каким наслаждением она наподдала бы этой неблагодарной заднице.
Они вышли из комнаты, еще не зная, как доберутся обратно. Сонька первая услышала шум и с криком: «бежим»__, шмыгнула за трон. Девочки, не поняв, что случилось, бросились за ней. И только они спрятались, как появилась Карголга. Пройдя мимо них, она остановилась, еще раз огляделась и так же решительно пошла дальше в комнату. Когда дверь закрылась, девочки со всех ног устремились к выходу. Уже на пороге до них донесся крик:
– Стража! Ко мне! Немедленно найти эту блохастую кошку.
Услышав это, Сонька припустила еще быстрей, обгоняя девочек, забормотала под нос:
«Если у меня и есть блохи, только от тебя».
И сразу из всех дверей стали появляться лешие, кикиморы и прочая нечисть. В руках они держали ножи, топоры, секиры. Увидев беглецов, бросились за ними.
– Мы не успеем, они нас догонят, – на ходу крикнула Аня.
Катя, пошарив за поясом, вытащила коробку с мукой и бросила ее позади себя. С земли поднялся плотный туман, окутавший преследователей.
– Успеем, – задыхаясь, выдавила из себя Катя. Сзади послышались крики и лязг оружия.
– Они дерутся! В этом тумане они дерутся друг с другом! – радостно прокричала Аня.
Когда до крепостных стен оставалось совсем немного, Катя схватила сестру за руку.
– Ворота! Они закрываются.
– Ложись. – Аня взмахнула рукой и тут же потянула сестру к земле.
