Катя, пошарив за поясом, вытащила коробку с мукой и бросила ее позади себя. С земли поднялся плотный туман, окутавший преследователей.
– Успеем, – задыхаясь, выдавила из себя Катя. Сзади послышались крики и лязг оружия.
– Они дерутся! В этом тумане они дерутся друг с другом! – радостно прокричала Аня.
Когда до крепостных стен оставалось совсем немного, Катя схватила сестру за руку.
– Ворота! Они закрываются.
– Ложись. – Аня взмахнула рукой и тут же потянула сестру к земле.
Раздался взрыв, и облако пыли и мелких камней засыпали всю площадь. Ворота с грохотом рухнули на землю.
– Ш-ш-ш! – зашипела Соня и изогнулась.
– Не бойся, это попкорн, – сказала Аня, стряхивая с себя пыль.
Как только беглецы перешагнули через крепостную стену, сверху раздался крик.
– Эй, сюда, они здесь!
Девочки посмотрели наверх. Там, на двух шестах, раздуваясь от ветра, словно флаги, висели две кикиморы. Сонька, понюхав воздух, поморщившись, уткнула нос в свою пушистую шубу.
– Да-а, – протянула Аня, – еще не проветрились. Переборщила немножко, – и, улыбнувшись, она положила посреди дороги коробочку с кукурузными зернами. – Сюрпри-из! – и они дружно помчались по дороге.
Не успели беглецы добежать до дерева, когда сзади прогремел взрыв, и взрывная волна, подняв их в воздух, бросила их прямо в болото.
– Противная девчонка! Ты посмотри, что сделала с моей шубой, – вылезая из болота, простонала Сонька.
Девочки обернулись и дружно засмеялись. Сонька походила на жалкую, облезшую кошку, с которой свисали куски тины.
– Нашли над кем смеяться, на себя посмотрите, – сестры обернулись и захохотали еще громче, рассматривая друг друга.
Вся одежда, волосы, лицо было вымазано темно-серой грязью, вперемешку с тиной.
– А что это было? – едва успокоившись, спросила Катя.
– Кто-то из этой толпы, что бежала за нами, запнулся о коробочку, зерна высыпались, и произошел взрыв, – вытирая грязь со лба, ответила Аня. Они посмотрели на замок, и в том месте, где когда-то были ворота, в ярком пламени виднелась груда кирпичей. – Пойдемте быстрей! Пока они опомнятся, мы уже в волшебном лесу будем.
– Как? Как я появлюсь среди знакомых в таком виде?– ворчала Сонька, шлепая по болоту. Она помнила, что совсем недавно Карголга хотела ее сварить, зажарить, но она хотя бы не валяла её в грязи. И поэтому Аня теперь стала врагом номер один. – Ну, что ты, не могла положить чуточку меньше зерен? Одну или две, на худой конец три, – не унималась та – Ну, не всю же коробку! – вдруг закричала кошка. – Нет, это просто ужас на кого я похожа. И все из-за тебя. У-у-у! – прошипела она, пытаясь погрозить Ане лапой, но чуть снова не упала в болото.
Девочки, не обращая внимания на кошку, продолжали двигаться вперед. Они хотели побыстрей добраться до безопасного места. На сегодня приключений было вполне достаточно. Добравшись до дерева, они спустились в подземелье. И тут Сонька взбунтовалась. Она села на каменный пол и заорала.
– Нет, ни за что. Лучше убейте меня сейчас. Разорвите попкорном на мелкие кусочки, но такой грязной я никому не покажусь, – потом она, подняв голову, уже спокойно добавила. – Вы что хотите, чтобы мною пугали детей? Я никуда в таком виде не пойду, лучше умереть! – сказав это, Сонька завалилась на спину, сложила на груди лапы и приготовилась к смерти.
Девочки уставились на кошку, они не знали: плакать им или смеяться. Сегодня был трудный день, и они очень устали и хотели домой. Но и кошку им тоже было жалко. Катя, пошарив в рюкзаке, достала шприц.
– Сейчас, – как заправская медсестра, подняла шприц вверх и тихонько нажала на него. Из шприца вырвалась струйка воды. Ударившись о потолок, потоком окатила девочек с головы до ног, смыв остатки грязи.
– Да, немножко получше стало,– рассмеялась Сонька и серьезно добавила.– Но все равно не пойду.
Катя молча подняла шприц, как снайпер прицелилась, пальцем указывая сначала на стену, потом плавно переводя на кошку, рассчитывая траекторию рикошета.
– Нет. Только не это! – попятилась кошка назад, но было уже поздно.
Катя изо всех сил надавила на шприц. Она, как пожарный, поливала кошку, будто старалась смыть с той всю вредность. А Сонька, распластавшись, словно шкура медведя, прибитая к стене, не могла пошевелиться от напора воды.
– Ну вот, дело сделано, теперь можешь показаться знакомым. Ты побегай немножко и высохнешь, – сказала Катя, кладя шприц на место.
– Тем более, что повод есть, – Аня показала рукой на верх.
Корни, до сих пор мирно свисавшие с потолка подземелья, ожили и словно змеи начали подбираться к ним со всех сторон, все ближе и ближе.
– Бежим!– крикнула Катя, и они пустились по туннелю. Сонька, перепугавшись, бежала впереди девчонок. А корни уже цеплялись за волосы, руки, стараясь удержать беглецов своими щупальцами. Они были повсюду, пробивались сквозь каменную кладку и вырастая с каждой секундой, тянулись к беглецам. Девочкам приходилось пробираться посреди туннеля склонившись, чтоб корни не достали их.
– Мы не прорвемся, – остановилась Аня. – Они заполнили почти весь проход.
– Ладно, – сказала Катя, усевшись на пол, доставая самое дорогое, что у нее было – жевательную резинку.
– Ну вот, нашла время жеваться, – с ехидством проворчала Сонька.– Это чтобы не расплакаться? Ну дай мне кусочек.
Катя, быстро пожевав, бросила резинку к стене. Но ничего не произошло. Резинка лежала там, куда ее бросили.
– Так. Лишь бы мне не давать, да? А если я сейчас расплачусь, что тогда будешь делать?
– Не сработало, только жвачку испортила, – огорчилась Катя, доставая свой кинжал.
Но тут один из корней случайно задел резинку, и, пытаясь выбраться, попятился назад. Вслед за ним, словно паутина, потянулись резиновые жилы, не отпуская его. Он дернулся в сторону, стараясь освободиться, задевая другие корни. А резинка, словно паук, цеплялась за новые жертвы и уже не отпускала их. И чем сильней сопротивлялись те, тем больше корней попадало в резиновые сети. Уже через несколько минут весь подземный ход был обвязан кружевами.
– Работает, – радостно танцуя, закричала Сонька. – Я сразу догадалась, когда ты вытащила жвачку. Ко мне одна такая прилепилась, так я целый день ее отгрызала. А когда еще нагреется, вот такая же чума получается,– и, повернувшись к стене, она начала корчить рожи и дразниться,– Бе-бе-бе-е.
– У меня такая же фигня была, когда я села на нее в школе, – любуясь этой картиной, сказала Катя – Ну что, пойдем, а то Кнопа заждалась.
Корни, потеряв всю свою силу, больше не шевелились, они замерли в кружевном рисунке.
– Девчонки, а все-таки здорово мы их сделали, – сказала Аня, обхватив подруг руками и озираясь по сторонам.
* * *
Когда вход в волшебный лес открылся, сразу показалась голова лошади.
– Почему так долго? Я уже стала волноваться.
Здесь по-прежнему был день. Как они соскучились по зеленой траве и синему небу! Девчонки повалились на землю, раскинув в стороны руки.
– А вы что купались? – удивилась Кнопа.
– Душ принимали, – улыбнулась Аня.
– А Соне даже «душ Шарко» перепал, – вставила Катя, поглядывая на кошку.
Та, почувствовав себя в безопасности, уже принялась за свой туалет.
– Ключ! – спохватилась Аня и прижала руку к груди, где еще совсем недавно болтался ключ от квартиры. – Я забыла ключ в замке.
– Ничего, мр-р, достанем,– сказала Сонька, не отрываясь от своего туалета. Девочки переглянулись. А кошка, вспомнив о прошедшем дне, добавила, – потом как-нибудь. И все они дружно рассмеялись.
