Атлантику и после короткой остановки в гавани Рио-де-Жанейро взяли курс на юг. Маневрируя среди айсбергов и крупных ледяных полей, русские мореходы открыли несколько островов, пересекли Южный полярный круг и 16 января 1820 года достигли 69°2128 ю. ш. Впереди простиралось «сплошное ледяное поле, усеянное буграми». Это был названный впоследствии именем Беллинсгаузена шельфовый ледник, покрывающий подводную окраину южного материка. 16 января – день открытия материка Антарктида.
В память об открытии Антарктиды первые советские научные антарктические станции получили названия «Мирный», «Новолазаревская», «Беллинсгаузен», «Восток».
Плавание в полярных широтах было очень опасно для парусных шлюпов. Однажды ночью полярное сияние осветило бурное море, окружавшее корабли. Мореходы увидели, что в темноте чудом не столкнулись с огромным айсбергом: «Этот случай представил нам живо всю опасность, какой мы подвергались: неведение о льдах, буря, море, изрытое глубокими ямами, величайшие подымающиеся волны, густая мрачность и таковой же снег, которые скрывали всё от глаз наших, и в это время наступила ночь; бояться было стыдно, а самый твёрдый человек внутренне повторял: „Боже, спаси!“».
«Восток» и «Мирный» двигались вдоль ледяных полей на восток, вскоре они снова приблизились к материку, но из-за сплошного льда к берегу подойти не смогли. Наступала антарктическая осень. Согласно инструкции, корабли направились в Австралию на кратковременный отдых. После ремонта в гавани Сиднея «Восток» и «Мирный» снова вышли в море. Они посетили Новую Зеландию и затем отправились в плавание по Тихому океану, открывая по пути множество ранее неизвестных островов.
В середине ноября 1821 года корабли вновь направились к берегам Антарктиды, обошли южный материк с запада. Был открыт остров Петра I, Земля Александра I, нанесены на карту новые острова, в том числе Южные Шетландские. В конце января шлюп «Восток» дал течь, и Беллинсгаузен принял решение завершить экспедицию. Суда направились на север и 24 июля вернулись в Кронштадт.
Так закончилась русская антарктическая экспедиция, она продолжалась 751 день, обогнула Антарктиду и преодолела около 90 000 км, совершив кругосветное плавание. В 1831 году вышла книга Фаддея Беллинсгаузена «Двукратные изыскания в Южном Ледовитом океане и плавание вокруг света в продолжение 1819, 1820 и 1821 гг.».
В 1826 году Беллинсгаузен возглавил флотилию в Средиземном море, участвовал в осаде и взятии крепости Варна во время русско-турецкой войны. В завершение своей морской карьеры Фаддей Фаддеевич стал военным губернатором и главным командиром Кронштадтского порта, а в 1843 году получил звание адмирала. Так детская мечта Беллинсгаузена превратилась в дело всей его жизни. Дважды совершил он кругосветное плавание: мичманом с И. Ф. Крузенштерном на корабле «Надежда» и капитаном на «Востоке».
Многие участники экспедиции участвовали в войне с Наполеоном 1812 года, поэтому некоторые открытые острова получили названия: Смоленск, Ватерлоо, Бородино.
Фёдор Петрович Гааз
«Святой доктор», открывший минеральные воды на Кавказе
1780–1853 гг.
На одном из склонов Кавказских гор в тени деревьев удобно расположилась маленькая площадка для отдыха. Дневной зной медленно спадал. На ствол поваленного дерева присел молодой доктор в светлой шляпе и что-то торопливо писал в тетради. Если бы мы могли заглянуть ему через плечо, то увидели бы бегущие строчки лёгкого почерка: «…Поразительное и великолепное зрелище гряды заснеженных гор внушает нам почтение и требует уважения к этим огромным глыбам – останкам древнего мира… Я влюбился в этот край, который, несмотря на свой дикий, пустынный и грозный вид, как-то по-особенному привлекал и очаровывал всякого путешественника».
Молодого доктора звали Фёдор Гааз, он дважды переболел лихорадкой в Москве и теперь прибыл на Кавказ в отпуск. Доктор считал, что абсолютное здоровье ему может вернуть только длительное путешествие. Поселился Фёдор неподалёку от источников минеральных вод. Он узнал, что подземные источники на Кавказе разнообразны и целебны: горячие и холодные, кислые и солёные, слабо и сильно минерализованные, они помогают людям от самых разных болезней.
Гааз решил изучить минеральные воды Кавказа, побывал на многих из них, проводил химический анализ воды, определял её температуру и газовый состав. Одного отпуска для такого исследования доктору не хватило. Он вернулся на Кавказ и на следующий год открыл минеральные воды Железноводска и Ессентуков, изучил источники Кисловодска и многие другие. Сравнивая их с известными европейскими минеральными водами, Гааз доказал, что кавказские воды лучше: их состав уникален, а польза огромна. Климат Кавказских гор доктор считал целебным.
«Надо привыкнуть с пользой употреблять каждую минуту… Избегая бесполезных трат и пустых занятий, несколько продолжить свою жизнь и сделать многое, что другие сочтут невозможным».
Специально для министра внутренних дел он изложил свои выводы в книге «Замечания о Кавказских Минеральных Водах», а потом написал еще одно сочинение – «Моё путешествие на Александровские воды». Доктор давал рекомендации, какие источники подходят для лечения той или иной болезни. Книги Гааза стали настоящим открытием минеральных вод для жителей России. Началось строительство курортов и широкое использование целебной силы источников, стало популярным ездить «на воды» не в Европу, а в Россию. А доктора Гааза император Александр I наградил за труды бриллиантовым перстнем.
Фёдор Петрович Гааз был немцем, но работал и прославился в России, в Москве, поэтому все считали его московским врачом. Он родился в семье аптекаря в Южной Германии, дед мальчика был доктором медицины. Ребёнку дали имя Фридрих Йозеф Лаврентиус, но в России, куда он приехал в 1802 году уже состоявшимся врачом-офтальмологом, имя русифицировали. Так, для удобства больных, доктор стал Фёдором Петровичем.
Гааз получил отличное образование: окончил католическую школу, Йенский университет, изучал медицину в Гёттингене и Вене. Поселившись в Москве, он освоил русский язык вдобавок к латыни, греческому и французскому и приобрёл большую медицинскую практику. Фёдор Петрович был католиком, искренне верил в Бога и жизнь строил по христианским принципам. Помимо своей основной работы, он бесплатно лечил бездомных в московских богадельнях. В 1811 году его произвели в надворные советники и стали величать «ваше высокоблагородие». Он купил в Москве дом, а в Подмосковье – имение с суконной фабрикой.
В 27 лет Фёдор уже был главным доктором московского госпиталя имени Павла I. Во время Отечественной войны 1812 года Гааз, спасая раненых русских солдат, дошёл с русскими войсками до Парижа. Он навестил своих родных в Германии и даже попробовал остаться там, но дела, начатые в Москве, не давали ему покоя, и Фёдор Петрович вернулся. Он называл Россию своим «вторым Отечеством» и считал, что именно там принесёт реальную пользу людям.
В 1827 году Фёдора Петровича назначили главным врачом московских тюремных больниц. На этой должности проявилась его самоотверженная христианская любовь ко всем обиженным и угнетённым. Он старался облегчить жизнь больных узников, никогда никому не отказывая в помощи. В Москве даже появилась поговорка: «У Гааза нет отказа».
Чиновники
