Он может считать, что выиграл этот бой, но впереди еще долгая война.
ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ
— Мне так жаль, Брайар. Это я во всем виноват.
Брайар пожала руку Камерона, слушая звуки органа. Странно, что она успокаивает отца сегодня, а не наоборот.
— Не переживай, папа, — произнесла девушка с неизвестно откуда взявшейся уверенностью. — У тебя не было выбора.
— Но Брайар… — начал он.
— У нас не было выбора, — настаивала она. — По крайней мере, так нам удастся уберечь Блэксли от его грязных лап.
— Брайар…
Но слова отца заглушил свадебный марш, возвестивший, что пора идти к алтарю навстречу своей судьбе и встретиться там с нареченным. Странная дрожь пробежала по телу девушки. Когда отец вел ее по проходу, она даже не сопротивлялась.
— Объявляю вас мужем и женой.
Наверное, это сон. Просто плохой сон. В любую секунду Брайар проснется в своей постели, лучи утреннего солнца прорвутся сквозь шторы и разрушат этот кошмар. А Брайар только посмеется над своей глупостью…
— Можете поцеловать невесту.
О господи! Мозг, утомленный постоянным недосыпом, вылавливал фразы будто из ниоткуда. И это был не сон.
Не будет никакого пробуждения. Нет. Сейчас ее кошмар смотрел на нее, отнимая всякую надежду.
Глаза вдруг показались слишком большими для ее лица. Брайар была так бледна, а колени так дрожали, что казалось еще немного, и она упадет в обморок. Но девушка позволила ему обнять ее, не протестуя больше. Диабло подавил внезапный порыв утешить ее. Теперь Брайар Девенпорт — его жена. И ей придется принять свою судьбу.
Губы Диабло накрыли ее холодный рот, разжигая в девушке костер желания.
Он чувствовал, как ее тело обдало жаром, растопив лед в душе. Неожиданно поцелуй зажил собственной, отдельной жизнью. Их языки сплелись в страстном танце. Если Брайар так отвечает на простой поцелуй, то что же будет, когда они останутся наедине в супружеской спальне?
Диабло нехотя отстранился и взглянул на красавицу жену. Румянец вспыхнул на ее щеках, глаза, светящиеся от страсти, стали похожи на топазы.
Церковь заполнила органная музыка, когда Диабло шел под руку с новоиспеченной миссис Баррентес. За ними следовала толпа подружек невесты и шаферов, которых мать девушки выбрала среди многочисленных кузин и кузенов. Подруги Брайар уехали за границу, и Кэролин Девенпорт с удовольствием взяла все в свои руки.
Женщина со слезами на глазах обняла дочь и поцеловала своего нового сына.
— Если бы Нат видел тебя сейчас! — воскликнула Кэролин.
Брайар закусила губу. По крайней мере брата Бог уберег от свидетельства ее унижения. Отец поздравил молодоженов, а следом начались поздравления многочисленных родственников, друзей и коллег.
Почти все гости были со стороны невесты. Брайар удивлялась, что за волка-одиночку подкинула ей судьба?
Она взглянула на мужа. Его черты и взгляд дали ей ответ. Твердый. Бескомпромиссный. Неудивительно, что у него нет друзей. Снаружи молодых ждали журналисты.
— Улыбочку, — то и дело слышалось со всех сторон.
Брайар послушно улыбалась. Разве не этого от нее ждали? Сегодня должен быть самый счастливый день в ее жизни.
Но трудно улыбаться, когда чувствуешь, что весь твой мир рушится.
Официальный фотограф предложил сделать еще несколько снимков. Диабло встал позади жены. Брайар изо всех сил старалась не обращать внимания на волнующее теплое дыхание на своей щеке.
Диабло зарылся носом в её волосы и глубоко вдохнул.
— Ммм… — прошептал он ей на ушко, — ты вкусно пахнешь, и тебя хочется съесть.
— Я тебе не по зубам, — прошипела Брайар сквозь зубы.
— Разве это имеет значение? Ты хоть понимаешь, с каким нетерпением я жду сегодняшнюю ночь? Чтобы снять с тебя это платье и оценить, какая ты красивая без него.
И снова тело обдало жаром. Брайар сжала кулаки, пытаясь успокоиться.
— К несчастью, это чувство невзаимно.
— Когда придет время, все наши чувства станут взаимными. Я щедрый любовник, моя дорогая, ты не будешь разочарована.
Брайар издала тихий стон и попыталась вырваться из его рук, но неожиданно стало трудно дышать. Диабло притянул ее ближе, невыносимо близко к себе и своей возбужденной плоти. Сейчас их разделяла одежда, но настанет момент, когда эта преграда исчезнет.
Фотограф объявил об окончании фотосессии.
— Отпусти меня, — вырывалась Брайар. — Мы закончили.
— Нет, — возразил Диабло. — Все только начинается.
— Мы уезжаем через десять минут. Будь готова.
Брайар подпрыгнула от неожиданности. Если не голос мужа, прозвучавший вкрадчиво и соблазнительно, так взволновал ее, то его прикосновение — точно. Девушка извинилась перед гостями, с которыми беседовала, и последовала за Диабло.
— Диабло. — Подобрав юбки, Брайар проскользнула следом за мужем в дом. — Куда мы поедем? Здесь подготовлена комната. Я подумала…
Он повернулся с неожиданной улыбкой, обезоружив ее.
— Разве отменили традицию, что молодожены после свадьбы отправляются в медовый месяц?
— Нет. Но наш брак с трудом можно назвать обычным. Наш медовый месяц, похоже, окончен, еще не начавшись. Да я и не вижу смысла…
— О, еще увидишь. Это особенная ночь. Нельзя не извлечь из нее все, что только возможно. Ты не согласна?
— Я бы не сказала, что она особенная.
— А как бы ты описала ее?
Брачная ночь с Диабло? Брайар вздрогнула. Любая испугалась бы при мысли, что будет лежать рядом с ним. Он был жестким на работе, непоколебимым с ней, так почему должен быть чутким в постели? Однако Брайар никогда бы не призналась ему, что боится. Она вздернула подбородок.
— Я бы сказала, ужасная ночь.
— Тебе не нравится заниматься любовью? Я удивлен… — Он оглядел ее. — Ты просто создана для секса.
Брайар стыдливо отвернулась.
— Раз уж ты все решил, я уложу вещи и переоденусь.
Девушка поднялась на вторую ступеньку, когда Диабло нежно притянул ее обратно.
— Не нужно переодеваться. И твой чемодан собран. Я хочу, чтобы ты поехала в подвенечном платье.
— Но зачем? Я буду чувствовать себя неловко, путешествуя в свадебном наряде. Я переоденусь.
— Нет! — На этот раз Диабло грубо развернул ее к себе лицом. — Я хочу, чтобы все знали, что ты моя невеста. И что сегодня у нас первая брачная ночь. — Он заглянул в ее глаза. — А еще я хочу, чтобы все — все! — поняли, чем мы займемся позже.
— Ты болен.
— Нет. Это всего лишь гордость. Любой мужчина позавидовал бы мне. Ты — моя. И сегодня станешь моей целиком и полностью.
