Его брови приподнялись.
- Мне жаль.
Я изумленно уставилась на него.
- И это все?
- Джес, ты не понимаешь...
Я скрестила руки на груди.
- Ох, даже не знаю, смогла бы я понять тебя, если бы ты не говорил медленно и по слогам.
На миг взгляд Деза заблестел, а потом притупился.
- Я знаю, что ты не тупица.
- А так и не скажешь.
- Поверь мне, я не горжусь своим уходом, и я действительно не хочу сейчас об этом говорить, - он запустил руки в волосы, пропуская пряди между пальцам. - Можем мы хоть ненадолго отложить этот разговор?
Я хотела было ответить «нет», но уязвимость в его глазах заставила меня отступить. Как бы я не хотела все выяснить, я не могла причинить ему боль. Я знаю, он заслуживал это, но воспоминание о том, как он плакал на моем плече, хватаясь за меня, словно за единственный в мире спасательный якорь, все еще было свежо.
- Я скучал по тебе, Джес. Ты даже не представляешь, как сильно, - продолжил он, приблизившись ко мне, но при этом, даже не пытаясь дотронуться до меня. - Я думал о тебе каждый божий день. Все, что я хотел - так это вернуться к тебе и клану. Но больше всего к тебе. Всегда к тебе одной.
Покачав головой, я сильней обняла себя руками, словно боялось, что мое сердце может выпрыгнуть из груди и сделать что-то поистине глупое.
- Я не верю, что ты понимаешь меня. Я не могу забыть эти три года. Не могу забыть, как ты ушел после того, как отец объявил, что хочет, чтобы мы стали парой. Ты пропадал Бог знает где, а потом решил, что хочешь быть со мной? Думаешь, я буду с тобой после этого? Я не настолько отчаянная.
- Подожди, - Дез засмеялся. - Ты думаешь, я поэтому ушел? Ты сошла с ума?
Я стрельнула в него разгневанным взглядом.
- Ты не помогаешь мне понять тебя.
- Жасмин, поверь мне, я не поэтому ушел, - он шагнул вперед, а я застыла на месте не в силах шелохнуться. - Я же никогда тебе не лгал.
- Нет, - прошептала я. - Ты просто ушел.
- Мой отъезд не имеет никакого отношения к словам твоего отца. Поверь мне, - кончиками пальцев он коснулся моей щеки, но даже столь легкое прикосновение оказалось настоящим шоком для меня. - Позволь мне доказать это.
Наши взгляды встретились, и я почувствовала, как бьется мое сердце и жар его тела, несмотря на то, что он едва прикасался ко мне. Дез наклонил голову, и воздух застрял в моих легких. Поцелует ли он меня вновь? Я не могла ему этого позволить, но я также не могла отрицать прилив горько-сладкой жажды и желания чего-то, что могло с легкостью обернуться против меня и ударить в самое больное место.
Но он не поцеловал меня.
- Я нуждаюсь в тебе, и я знаю, ты испытываешь ко мне те же самые чувства. Никто из нас не в силах исправить это. Я верю в это. И я хочу тебя.
Множество раз на протяжении последних трех лет и даже ранее, когда я уже была достаточно взрослой, чтобы признать свои чувства к Дезу, я мечтала об этом моменте. Но если его слава были правдивыми, почему он покинул меня? Почему он не сказал ничего более «мне жаль»? Принять его извинения было самым легким путем и, честно говоря, именно этого жаждало моего сердце, но это было не единственным моим желанием. Я закрыла глаза.
- Я не знаю.
- Семь дней, - его нос щекотал мою щеку, а горячее дыхание обдувало мое ухо, вызывая во мне дрожь. - Дай мне семь дней, Джес. Пожалуйста.
Он не сказал, почему ушел и не исповедовался в бессмертной любви, но закравшиеся мысль посеяла во мне семя надежды. Волнение, словно цветок, распустило свои лепестки.
- Хорошо, но только при одном условии. И я не даю никаких обещаний.
Дез засмеялся, что было совершенно раздражающе, но, тем не менее, безумно сексуально. Я заморгала. Был ли ранее его смех таким? Дез прижал руку к моей щеке.
- Какое условие?
Я глубоко вздохнула, концентрируясь на своих словах, а не на ощущении прикосновения его руки.
- Есть кое-что, что бы я хотела совершить.
В его глазах вспыхнул интерес, углубивший оттенок его глаз.
- Что же?
- Далеко не то, о чем ты мог подумать, - сухо сказала я, хотя мысль об этом была заманчивой. - Я ни разу не была в других городах, а мне так хочется их посетить. Хочу поведать мир.
Его глаза сощурились, а все мое тело задрожало, когда его рука скользнула к моей шее, угрожая нанести урон всему тому, что нам удалось достичь.
- Какие города ты хочешь посетить?
- Нью-Йорк, Вашингтон, округ Колумбия. Может, Филадельфия, - торопливо перечислила я. - Хочу пройтись по торговому центру без орды мужчин, охраняющих меня; хочу научиться водить машину и чтобы рядом никого не было, кто бы зудел над ухом каждый раз, когда я переключаю передачу, - вождение не было обязательно. Конечно, у нас были крылья, и мы могли летать, но вождение... вождение было божественно человеческим. - Хочу искупаться нагишом, - на этой ноте его глаза ярко заблестели, поэтому я поспешила продолжить: - И еще хочу... хочу поохотиться на демона.
- Жасмин, это неприемлемо. Демоны не...
- Таковы мои условия, - я расправила плечи. Капелька вины уколола меня. Я использовала его в своих целях, что не очень хорошо, но с другой стороны, когда у меня вновь появится такая возможность? Как Страж я могла не так уж и много. - Соглашайся или отказывайся.
Долгое время он удерживал мой взгляд, и я уже было решила, что он откажется. Что ж, тогда я, наверное, уложу его на лопатки, благо он научил меня этому.
- И у меня есть семь дней, чтобы исполнить все твои желания?
Это не было отказом. Моя надежда возросла.
- Да, у тебя семь дней, а после... посмотрим.
Дез глубоко вздохнул, будто я попросила его со дна океана поднять Титаник, а после поцеловал меня в лоб.
- Хорошо. Я согласен.
ЧЕТВЕРТАЯ ГЛАВА
Уткнувшись в подушку, я простонала. Было ранее утро, а за окном слышалось мягкое щебетание птичек. Не знаю, почему я проснулась в такую рань.
Что-то нежное легко заскользило по моей оголенной коже. Я убрала руку, пытаясь спрятать ее под одеяло. Пелена сна начала потихонечку развеиваться, когда это вновь пробежалось по моему плечу, приподнимая тоненькую бретельку майки. Я съежилась под одеялом и, притягивая правую ногу, ударилась о какое-то неподвижное препятствие.
Завеса сна окончательно рассеялась, когда комнату наполнил глубокий смех, звучавший очень, очень близко.
Что. За. Чертовщина.
Перевернувшись на бок, я приподнялась и смахнула упавшие на лицо пряди. Пара голубых глаз окаймленных темными, слегка рыжеватыми, ресницами встретились с моими.
- Доброе утро, - протянул Дез, вальяжно развалившись на боку, словно имел полное право лежать в моей кровати.
