В ответ я лишь многообещающе улыбнулась.
* * *
Когда мы вышли в один из боковых коридоров, Рон попросил подождать его здесь – ему нужно было взять какую–то книгу в библиотеке.
Только он скрылся за поворотом, как я почувствовала, что кто–то схватил меня за плечи, после чего я оказалась прижатой к стенке тремя эльфами.
Один из них оказался моим недавним знакомцем, как там его? Ах да, Тир.
С откровенным злорадством он прошипел (его отец что, выбирал себе жену в террариуме?):
– Ну что, человечка, допрыгалась?
– А ты доползался? – в ответ издевательски пропела я.
– Дрянь! – он со всего размаху влепил мне пощечину. – Будешь знать, как отказывать перворожденным!
– Знаешь, старшие дети не всегда лучшие, – ответила я ему, сплюнув кровь с разбитой губы, и добавила, – А за пощечину отдельно ответишь.
– И кто же заставит меня ответить? Уж не ты ли? – расхохотался он.
Ну почему мне так везет на клинических идиотов?
Не отвечая этой жертве пьяной акушерки, я, мгновенно переключившись на седьмую скорость (замечу, что максимальная скорость у эльфов – пятая), вывернулась из жесткого захвата и одним ударом в шейные позвонки отправила его смотреть цветные сны.
Не давая очухаться его приятелям, с разворота ударила одного из них в солнечное сплетение, заставив скорчиться от боли, после чего подрубила оставшегося болезненной подсечкой.
– Убирайтесь и захватите своего маньячного дружка с собой. Впрочем, если у вас лишнее здоровье, можете остаться и мы продолжим, – посмотрев в мои «добрые» глазки, парни, все еще корчась, подхватили под белы ручки Тира и выбрали здоровье.
Когда эти подбитые герои скрылись за поворотом, я услышала ленивые аплодисменты.
Стремительно обернувшись, увидела ректора Академии, кажется, Александрия.
– Браво, – протянул он. – Справиться с тремя эльфами, пусть и подростками…
– И давно вы здесь? – настороженно спросила я.
– Ну, мне повезло успеть на ваш обмен репликами.
– Что?! И вы пальцем не шевельнули, чтобы помочь мне? – возмутилась я. – А что, если бы я не могла защититься – вы бы просто стояли и смотрели, что ли?
– Если ты не в состоянии защитить себя, значит тебе не место на спецфакультете, – холодно перебил он меня. – Впрочем, я до сих пор считаю, что тебе лучше перейти на другой факультет. На этом ты вряд ли потянешь. Ты же человек, – последнее слово вампир буквально выплюнул
– Посмотрим, – сказала я, зло смотря в его ледяные глаза.
Они еще узнают, что такое настоящий серафим!
* * *
Александрий.
Смотря вслед уходящей с только что вернувшимся оборотнем человечке, я думал, сколько еще сюрпризов может принести эта Адиалия.
Она не только спокойно смотрела мне в глаза и не отводила взгляда, но еще и осмелилась спорить со мной!
Я довольно улыбнулся. Чувствую, она действительно сможет доказать, что достойна учиться на спецфакультете. Но это еще не все – за время разговора я так и не смог ее прочитать. Это я, абсолютный–то эмпат!
А это означает, что либо она вообще ничего не чувствует (в чем, вспоминая ее злой взгляд, я сомневался), либо ее ментальная защита сильнее даже чем у Совета архимагов, которых я с некоторым усилием, но читаю.
И вот это очень любопытно… Какое все–таки наслаждение – вновь чувствовать!
* * *
Адиалия.
Раздраженно печатая шаг, я следовала за Роном, который обещал провести меня к Башне слоновой кости – в ней находились предоставленные студентам моего потока квартиры.
Он должен был отдать меня на попечение моего присматривающего – им, по словам оборотня, оказался не слишком приятный типчик. Даниэль Шас'Телан, наследник темноэльфийского престола…
По словам того же Рона, эльфик вел себя соответствующе своему титулу – то есть, был заносчивым, самоуверенным и жутко самолюбивым.
Как мне все–таки везет на «приятных» представителей рода мужского, – философски подумала я. – Сначала этот придурковатый Тир, затем ледышка–ректор, а теперь еще и присматривающий с прогрессирующей манией величия.
При воспоминании о ректоре я негодующе фыркнула. Умеют же эти кровососы портить настроение! Хотя, надо признать, я впервые увидела настолько красивого мужчину.
Кстати, неплохо было бы узнать побольше об этом горьком сухофрукте:
– Рон, а что из себя представляет ректор? – осторожно спросила я.
Оборотень испуганно поежился:
– Сент–Левен вообще личность странная. Глава клана вампиров и Совета архимагов. Ныне, пожалуй, сильнейший из существующих магов. О нем самом почти ничего неизвестно, кроме того, что он редкостное чудовище. Рассказами о нем меня пугали в детстве, как и многих других детей пугают до сих пор.
– Неужели он настолько страшный? – засомневалась я. Надо же, а с виду такой красавчик. Правда, если вспомнить его ледяной взгляд…
– Ты даже представить себе не можешь, насколько. Все стараются обходить его десятой дорогой – как студенты, так и учителя, хотя он и редко остается в Академии на долгое время. Поговаривают, что даже Совет архимагов при нем как кролик перед удавом. Я слышал, что однажды он хладнокровно убил одного из членов Совета просто за то, что тот осмелился ослушаться его. Собственный клан боится его до дрожи. Все его приказы молниеносно исполняются – там не понаслышке знают, что бывает с провинившимися. Постоянной любовницы нет – слишком боятся его женщины. Еще я знаю, что среди мастеров клинка, как и среди магов, он лучший. Советую при его приближении делать то же, что и остальные – быстро искать пресловутый пятый угол.
Странно – мне он не показался таким уж монстром, каким его описывает оборотень. Да, его никак не назовешь милашкой, но чтобы чудовищем?..
Тут мы дошли до Башни, и нам пришлось прекратить разговор – нужно еще было найти моего присматривающего.
– Куда теперь? – спросила я Рона.
– В Большую гостиную. Там обычно собирается наш факультет после занятий. Думаю, там мы найдем и Даниэля.
Дождавшись моего кивка, он толкнул входные двери.
Мы прошли через холл и, свернув в один из боковых коридоров, вышли в просторную комнату. Как и говорил оборотень, сейчас здесь был, пожалуй, весь факультет. Кто–то болтал с приятелем, кто–то читал книгу, а кто–то отрабатывал новое заклинание. Молодая эльфийка наводила марафет перед зеркалом. Еще один, темный эльф, просто смотрел в окно.
Увидев нас все замерли.
– Это Адиалия Ленгро. Она теперь будет с нами учиться, – прокашлявшись, представил меня Рон.
В комнате повисла настолько плотная тишина, что было слышно летающую муху. Проследив за ее полетом до занавески и поняв, что она ничего мне, увы, уже не покажет, я неохотно перевела взгляд на студентов, которые сейчас представляли собой скульптурную композицию: «Ёльфы и вомперы в шоке».
Глава 4
Гадость не бывает бесполезной! Она, как минимум, закаляет характер, а как максимум – учит безопасно с собой обращаться…
Даниэль Шас'Телан.
Услышав слова оборотня, я поначалу подумал, что ослышался. Но судя по шокированным лицам остальных, я все понял правильно.
Но это же сущий бред!
Еще никогда на спецфакультете не было человеческих магов – слишком мало Силы им дано от рождения. Но серьезное лицо оборотня говорило, что не такой уж это и бред.
Ну нет! Учиться с человечкой, пусть и такой красавицей – увольте!
– Интересно, что ей пришлось сделать, чтобы ее приняли? – издевательски спросил я оборотня. В конце концов, общаться с человеком ниже моего достоинства.
– Всего лишь пройти экзамен, – спокойно ответила мне человечка, не дав своему дружку раскрыть рта.
– У тебя бы просто не хватило на это силенок, – презрительно бросил я ей.
– Ты хочешь проверить? – все так же спокойно спросила девчонка.
Что–то в ее тоне заставило меня поверить – проверку она пройдет. «Да и ректор не принял бы слабака», – неуверенно подумал я.
– Кстати, Диали, этот «милый» эльф, с которым ты сейчас собачишься, и есть твой проверяющий, – радостным голосом возвестил Рониан.
«Что?! Нет, ректор не мог подложить мне ТАКУЮ свинью!… Хотя о чем я? Этот как раз таки и мог», – мысленно вздохнул я, все еще отходя от шока. А потом меня прорвало:
– Я не собираюсь нянчиться с глупой человеческой куклой! – прошипел я прямо в лицо оборотню.
– Так решил ректор. Хочешь ослушаться его приказа? – невинно спросил меня он.
Да, против этого не попрешь. Я не самоубийца – а о том, что последует за неповиновение, я знал. И ведь даже на то, что я наследник, гад, не посмотрит! Так что у меня два выхода: либо стать трупиком (хоть и наверняка безумно обаятельным), либо принять надзор над этой девчонкой. А так как трупом мне становиться категорически не хотелось… Ну, она хотя бы красивая.
