Идём дальше — гном. И больше даже говорить нечего. Все эти коротышки на одно заросшее бородой лицо. Единственное, что можно сделать, так это определить, к какому клану относится тот или иной гном по заточке его топора. Хотя ребята они нормальные, и даже с чувством юмора. Спрятанным где-то очень глубоко.
Ещё есть маг. Естественно самоучка, которому, скорее всего, в путешествие дали старенькую книжку заклинаний. Наверное, специально поймали, чтобы привязать к этой команде. И он теперь точно никуда не денется, зубами глотку перегрызет любому, но миссию выполнит. Такой рыжий-рыжий парень с физиономией, полностью усыпанной веснушками, и глубокими серыми глазами.
Монашек — серая ряса, печальные зелёные глаза. Вообще отдельная песня. Вот дождусь я святой воды в кружке с чаем или креста под подушкой, тогда и скука сразу же пройдёт. Не то чтобы для меня это опасно, но неприятно всё-таки будет.
А вот девушка, сидевшая в самом дальнем углу, заставила меня крепко задуматься (это, видимо, её Элли обозвал оруженосцем). Она была практически полностью скрыта тенью, и я не успел её рассмотреть, зато хорошо понял, что она кто угодно, но только не воин или маг. Тогда встаёт вопрос: зачем? Что она тут забыла?
Плюс, насколько я помню, в команде должен быть ещё эльф. Вот с ним надо будет вести себя осторожнее. Они знают намного больше, чем нужно, и слишком умные. Хотя последние несколько столетий весьма возгордились своей перворожденностью, и стали абсолютно невнимательны к тем, кто не является одним из них. Хотя воины из них отменные, да и магия у них специфичная. Так что от эльфа мне придётся держаться подальше и разговаривать с ним односложными фразами, лишёнными каких-либо глубоко скрытых смыслов.
Весёлый крестьянин за ногу! Пардон, от эльфийки. Я с удивлением смотрел на спускающуюся по лестнице представительницу светлого племени перворожденных. На лице чуть брезгливое выражение, кривящее идеальные губки надменной улыбкой. Ледяное чувство превосходства в светлых глазах с ромбовидным зрачком. Гордая осанка и плавная походка. И все это притом, что сама эльфийка выглядела на шестнадцать человеческих лет. Если переводить это на возраст её расы, то на самом деле леди было не больше четырёх веков. Идеально уложенные белые волосы и аккуратная, словно только что из магической прачечной одежда, хотя ночь на подобном постоялом дворе должна была оставить хоть одну складочку или пятнышко. В этом все эльфы. Они даже в тюремной клетке умудряются выглядеть величественно и прекрасно. А меня в их присутствии все время тянет смеяться. Знали бы господа светлые эльфы, что они появились позже тёмных и их придумал я (в смысле слямзил идею из других миров и чуть подкорректировал). Это уже они сами с какого-то перепуга решили, что их создателем является сам Светлый Князь. Ну… блажен тот, кто верует… Эльфийка, тем временем, пристально осмотрела меня и повернулась к подошедшему Алиру.
— Это и есть тот тёмный, которого ты нанял? — тихий еле слышный мелодичный голос. Кто-то готов многое отдать, чтобы услышать какую-нибудь песню в исполнении эльфа. Хотя на самом деле я просто перемудрил с голосовыми связками. И у эльфов они из-за этого стали слишком уязвимыми и тонкими, чуть громче нужного крикнуть — и всё. Остаток вечности ходишь немым. Как говорится, за всё надо платить.
— Угу, только я сам нанялся, — брякнул я, опередив рыцаря, за чьей спиной столпились остальные члены команды и смотрели на меня очень-очень подозрительно. Мне оставалось только улыбнуться, кивнуть скривившейся от такого непочтения эльфийке и бодреньким шагом направиться к двери. Светлые, переглянувшись, направились следом. Видимо, из-за меня они забыли про завтрак. Ну да… опять во всём виноват я.
Сонные жители окрестных неказистых домов, неохотно начинавшие заниматься повседневной работой, с недоумением косились на такую странную компанию. Я, сидя на своей коняшке по кличке Алмаз (такая здоровенная чёрная зверюга), смотрел, как мои спутники выводят из конюшни своих лошадей и взбираются в сёдла. Последним оказался гном, которого на его приземистую кобылу пришлось поднимать магией. Цирк, признаться, ещё тот. Похоже, маг что-то перемудрил с определением траектории, и Ибор совершил наикрасивейший, но короткий полёт до ближайшей лужи. Ох! Как же он ругался! Хотя под те фразы, что он произносил, это определение катастрофически не подходит. Пару особо изящных оборотов я даже взял на заметку. Вторая попытка прошла более удачно, и гном всё-таки устроился на лошади. Кажется, теперь сборы закончены. Я спокойненько продолжил разглядывать серый утренний пейзаж. Но не тут-то было, все с чего-то уставились на меня.
— Чего? — Что это они на меня смотрят, как на праздничный торт?
— Мы собираемся ехать или как? Ты же проводник, — как очень тяжело душевнобольному разъяснил мне рыцарь
— О! Конечно собираемся, только как там насчёт моего аванса? — Я состроил взгляд ангела. У Элли научился!
Алир, презрительно скривившись, кинул мне небольшой мешочек с монетами. Пересчитывать их я не стал нарочно, пусть видят, как я им доверяю. «А я нет! Пересчитывай, давай». Только придирчиво взвесил на ладони и просканировал жадным взглядом, чтобы не вызвать у светлых подозрений, что деньги мне неинтересны. Проверю содержимое на первом привале, и если что не так, потом припомню… «Ну, ладно, только сразу!» И в кого ты такая вредная? «Догадайся».
Увы, недотёпы не обратили должного внимания на этот жест. Или просто постарались скрыть это самое внимание. А жаль… Какие-то неправильные светлые. Нормальные подданные Светлого Князя должны отмечать каждый маломальский хороший поступок даже закоренелого маньяка с садистскими наклонностями. Слуги Света обязаны пытаться спасти каждую заблудшую душу, пусть даже она не хочет спасаться. А эти и не собираются пробудить самые светлые стороны моей несуществующей души. Н-да, кажется, мир стремительно летит в тартарары. Хотя чего от него остается ждать, если сам Тёмный Князь нанялся проводником у светлых, которые замышляют его убийство, а он только и рад помочь, причём ещё и притворяется обычным тёмным? Я уж думал, что ничему не смогу удивиться.
Мы миновали трухлявые покосившиеся ворота на выезде из города. Два сонных стражника проводили нас мутными взглядами людей мечтающих опохмелиться и вернулись к созерцанию большой лужи, которая приветствовала путников прямо на дороге, радуя своими размерами и глубиной.
Ну, да вот так они нас, тёмных, бояться. Можно брать голыми руками — никто и не пискнет. Впрочем, не удивляйтесь. На границах светлых и чёрных земель всегда царит такая унылая серость.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
