Ну, да вот так они нас, тёмных, бояться. Можно брать голыми руками — никто и не пискнет. Впрочем, не удивляйтесь. На границах светлых и чёрных земель всегда царит такая унылая серость.
За этими размышлениями я не заметил, как наш отряд выехал далеко за пределы маленького Риенса и остановился у первой развилки — той самой границы, такой же скучной и серой. Точнее вся граница состояла из покосившейся таблички на длинном шесте, что мол, вот с этой лиги начинается Чёрная Империя. Пришлось отвлечься от размышлений и повернуться к недотёпам, которые все это время странно молчали.
— Итак, господа. Теперь вам предстоит решить, какой путь более желателен. Вариант первый: очень быстро и опасно. Вариант второй: долго, сравнительно легко, опасности, только если совсем непредвиденные. — Я смотрел на светлых в ожидании их решения.
— А нет золотой середины? — мрачно спросил маг.
Я изобразил глубокую умственную деятельность.
— Боюсь, что нет, — наконец-таки выдал. Хотя на самом деле соврал. Ну, вот такие мы, тёмные, нехорошие существа.
— Тогда нельзя ли конкретней? — Кажется, рыцарь был готов порвать меня на о-о-очень маленькие кусочки.
— Итак, вариант первый. Мы доезжаем до ближайшего крупного поселения, желательно городского типа, где есть стража. И вслух, причём очень громко, начинаем рассказывать, что мы хотим сделать с Тёмным Князем. Причём с красочными подробностями, эпитетами и метафорами. Можно даже сиятельную леди попросить сочинить какую-нибудь слезливую балладу про его заблудшую душу, которую вы с удовольствием отправите на справедливый суд… И исполняйте получившиеся на каждом повороте.
Эльфийка не удостоила меня даже взглядом. Остальные светлые начали потихоньку вытягивать из ножен оружие. Ага, ага, напугали ёжика задними карманами брюк… но всё-таки я поспешил закончить свою мысль.
— Так вот, поскольку в крупных городах самосуд запрещён, то нас вежливо скрутят и отправят прямиком в столицу к вашей жертве. А там уже сами знаете, что делать. — «Интересно, они в рифму ответят?» — Не мешайся, милая.
Я посмотрел на недотёп, ожидая их реакции, и практически тут же поспешно добавил:
— Ну, сами посудите, поскольку мы будем считаться пленниками его темнейшества, то нас никто не посмеет тронуть. И доставят в Цитадель с комфортом: и пропитание обеспечат, и путь займет вдвое меньше времени. Плюс, если вы хорошо изобразите психов, то, возможно, удастся спрятать какой-нибудь кинжал для убийства.
— Послушай внимательно, тёмный, — голос рыцаря больше походил на змеиное шипение. — Мы приняли твоё предложение только из-за того, что других вариантов не было, но вовсе не потому, что у нас переклинило мозги. Тебе не удастся заманить нас в ловушку, и учти: если попробуешь нам помешать, умрёшь первым. Тебе ясно?
— Естественно, — я пожал плечами, — значит, общий путь займёт несколько недель, вместо пары дней. И, кстати, не спешите собирать здешние ягоды и коренья, даже те, что вам хорошо известны. Идёт?
Светлые мрачно кивнули.
— Тогда нам направо.
«Ну, да, ты же у нас романтик, налево не ходишь…»
* * *
Граница потрясла воображение рыцаря. Алир ожидал чего угодно: от высоких защитных стен, которые неусыпно охраняют от набегов кровожадной нечисти лучшие воины, до выжженной полосы, за которой начинается черная пустыня, в пейзаж которой изредка вносят разнообразие белеющие костяки. Но то, что он увидел, оказалось худшим из вариантов, предугадать который не смог никто. Та же лента дороги, те же придорожные пыльные кусты, мелькающий где-то впереди лес. Яркое утреннее безоблачное небо. Ничего не изменилось. Тот же воздух, та же земля. Но почему? Такого не может быть! Это же тёмные проклятые земли… им рассказывали, что светлым тут даже дышать становиться труднее. Архиепископ рассказывал, пред тем как дать благословение. Так почему же кажется, что они по-прежнему на Светлых Землях? Почему никто не охраняет покой мирных жителей от тварей Тёмного Князя?!
Это неправильно… Рыцарь чувствовал, что образ чего-то страшного даёт первые трещины. И — о, ужас! Интуиция подсказывала ему, что первые, но не последние.
Алир непонимающе посмотрел на спину что-то мурлыкающего себе под нос тёмного, который ехал впереди на монстре, пытающемся косить под коня и ласково именуемым Алмазиком. Стоит ли говорить, что рыцарь и тёмных представлял себе совсем-совсем по-другому?
Посмотрев на лица остальных светлых, Алир понял, что все разделяют его недоумение. Только гному, похоже, было совершенно всё равно. Он как ненавидел тёмных, так и продолжал это делать с большим удовольствием, и все странности паренька, что стал их проводником, считал очередным уродством этого племени.
Алиру самому было непонятно поведение мальчишки. Он вёл себя то как глупый маленький ребёнок, то лет на семнадцать, собственно настолько он с натяжкой и выглядел, а иногда во взгляде абсолютно чёрных глаз проскальзывало нечто такое, что рыцарю начинало казаться, будто тёмный старше их всех, вместе взятых, что, конечно же, было невозможным.
А ещё рыцарю совершенно не понравился ответ паренька. Он слишком быстро сказал, что золотой середины нет. Соврал, и при этом так посмотрел на рыцаря, что Алир понял — тёмный хотел им показать, что соврал. Всё равно ведь они ничего не смогут с этим сделать.
Может, лучше было убить его? Ну, или просто отказаться от столь сомнительных услуг. А то заведёт он их в западню…
Сами подумайте. Он знал, что им надо в Чёрные Земли и что проводников нет. Приехал в город только вечером и сразу в трактир — это можно было понять по дорожной пыли на его одежде и коню, которого мальчишка не расседлал. И не просто в трактир отдохнуть, а именно к ним, к светлым наниматься. Подозрительно…
Алир внимательно прислушался к себе — природная интуиция молчала. Нет, не так. Её молчание было выжидательным и ей нравился тёмный. А интуиции рыцарь привык доверять. За все года она ни разу не подводила его, наоборот, помогала выкарабкиваться из таких передряг, что Алир не рискнул бы ей не верить. Если какие-то проблемы и возникнут, они будут вполне решаемы. А мальчишка, судя по поведению, и впрямь хорошо знает Чёрные земли. Может, он и Цитадель знает? Вдруг он там бывал?!
— Леди, — он подъехал поближе к эльфийке.
Несмотря на то, что она представилась обычным именем и отнеслась к команде вполне дружелюбно, холодный высокомерный взгляд отталкивал не хуже её нечеловеческой красоты. Вот и сейчас она замерла в седле, отстранённо смотря куда-то вдаль, не обременяя себя тем, чтобы разглядывать открывающиеся пейзажи. Надо сказать, красивые пейзажи. Но эльфийке они были так же интересны, как сломанное колесо, валявшееся на обочине.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
