Однако Ветцель приходит к выводу, что такое число слишком занижено. В связи с этим министерство Розенберга повысило его до 46–51 миллиона человек. Десятки миллионов людей, согнанных со своих земель, намечалось поселить в Западной Сибири, на Северном Кавказе, в Южной Америке.
По вопросу об обращении с русским населением восточное министерство разъясняло, что «речь идет не только о разгроме государства с центром в Москве… Дело заключается скорее всего в том, чтобы разгромить русских как народ, разобщить их». Для этого предусматривалось «разделение территории, населяемой русскими, на различные политические районы с собственными органами управления, чтобы обеспечить в каждом из них обособленное национальное развитие» (См.: Нюрнбергский процесс над главными немецкими военными преступниками. Сборник материалов. В 3-х т. М., 1966, т. 3, с. 143.). Далее определялось, что на территории России необходимо уничтожить интеллигенцию, как носителя культуры народа, его научных и технических знаний, низвести культуру народа до самого низкого уровня, резко снизить численность населения, искусственно сокращать рождаемость и не вести борьбы со смертностью детей, осуществить не менее бесчеловечные мероприятия в области здравоохранения, налоговой политики, в вопросах заработной платы и социальных мер. Цель этой политики характеризовалась так: «…важно ослабить русский народ в такой степени, чтобы он был не в состоянии помешать нам установить немецкое господство в Европе» (Нюрнбергский процесс. В 3-х т., т. 3, с. 146.).
В плане «Ост» предусматривалось, что в перспективе необходимо «или полное уничтожение русского народа, или онемечивание той его части, которая имеет явные признаки нордической расы». Гитлер говорил: «Мы обязаны истреблять население — это входит в нашу миссию охраны германского населения… Я имею право уничтожать людей низшей расы, которые размножаются, как черви».
По генеральному плану «Ост» предусматривалось онемечить около половины чехов, а остальных постепенно удалить с территории бывшей Чехословакии. «Следует подумать о том, — говорилось в документах, — чтобы переселить этих чехов в Сибирь, где они растворятся среди сибиряков и тем самым будут способствовать дальнейшему отдалению сибиряков от русского народа…» (Нюрнбергский процесс. В 3-х т., т. 3, с. 146.).
Еще более ужасная участь ожидала в фашистской Европе Польшу. После захвата ее гитлеровскими войсками большая часть польской территории была включена в состав фашистской Германии. Было создано генерал-губернаторство во главе с гитлеровским сатрапом и палачом Гансом Франком, облеченным неограниченной властью. Эта «власть» ему была вручена 12 октября, а за девять дней до этого, 3 октября 1939 года, Франк заявил, что отныне «Польша должна рассматриваться как колония, поляки будут рабами великой Германской мировой империи» (Нюрнбергский процесс. В 7-ми т. М., 1961, т. 7, с. 456.).
Причем если в период войны поляки должны были служить гитлеровцам дешевыми рабами, то после войны в случае победы фашистской Германии польский народ ожидала полная ликвидация.
На совещании руководителей германского сельского хозяйства 12 января 1944 года Франк цинично говорил: «…если бы мы выиграли войну, тогда, по моему мнению, поляков и украинцев и все то, что околачивается вокруг, можно превратить в фарш».
Здесь я сошлюсь на документ редчайшего цинизма и вероломства — дневник Ганса Франка, обнаруженный в мае 1945 года в его доме в Баварии. Дневник составляет 36 томов и содержит протоколы заседаний Управления генерал-губернаторства, собраний организации национал-социалистской партии этого Управления, а также личные записи самого генерал-губернатора с 1939 по 1945 год. На допросе у следователя в Нюрнберге Франк заявил, что «это документ исторического значения», а на вопрос: «Являются ли истинными все утверждения, содержащиеся в дневнике?» — ответил: «Это полностью соответствует тому, что мне известно».
19 января 1940 года Франк на заседании руководителей отделов так называемого «правительства» генерал-губернаторства с неприкрытой откровенностью сказал: «15 сентября 1939 г. мне было дано приказание принять на себя управление завоеванными восточными областями. При этом я получил особое задание рассматривать это приобретение как военную зону, как военную добычу, безоговорочно выкачать оттуда все, превратить ее в хозяйственном, социальном, культурном и политическом отношении в груду развалин».
А вот еще одна запись — от 12 сентября 1940 года:
«…Поляки должны видеть границу, дальше которой не может идти их развитие. На мои исчерпывающие вопросы фюрер повторно ответил, что установленные нами ограничения должны оставаться в силе… Ни один поляк не должен иметь возможность получить в государственных учебных заведениях высшее образование…
Эта область призвана быть резервуаром рабочей силы в широком смысле этого слова. Мы имеем здесь только гигантский рабочий лагерь; все, что означает власть и самостоятельность, должно быть в немецких руках».
Еще более бесчеловечны записи Франка в дневнике по вопросу о судьбе еврейского населения оккупированных стран. Читаем запись за тот же день:
«…Мы должны уничтожать евреев, где бы мы ни находили их, и во всех случаях, когда это возможно, для того, чтобы сохранить империю как таковую».
Франк не был оригиналом в своих бредовых идеях истребления людей. В директиве рейхсфюрера CС Гиммлера прямо ставилась задача: «Способствовать тому, чтобы Восток заселяли люди только немецкой, германской крови…» И они «способствовали», упорно, методично, без капли не то чтобы жалости, а хотя бы элементарного расчета (ведь кому-то надо производить необходимое для мечтающих заселить восточные земли арийцев).
Так упивались бессмысленным истреблением гунны, орды Чингисхана. Но они были кочевники. Они не пытались осваивать захваченные территории. Фашисты же стремились не просто к опустошению, но и к колонизации пространства па Востоке. Тем не менее вот какой приказ отдал 16 сентября 1941 года Кейтель о беспощадном подавлении освободительного движения в оккупированных странах и расстрелах заложников: «Следует иметь в виду, что человеческая жизнь в соответствующих странах в большинстве случаев не имеет никакой цены и что устрашающего действия можно добиться лишь с помощью исключительно жестоких мер… Способы казней должны еще увеличивать степень устрашающего действия».
Для такого действия на оккупированные территории посылаются 12 полицейских батальонов. В числе 12 был и 3-й батальон 15-го полицейского полка. «Журнал боевых действий» этого батальона был захвачен в январе 1943 года на Воронежском фронте частями Советской Армии. Мне довелось познакомиться с ним, и вот как там изображалась «цивилизаторская» миссия фашистских палачей. В деревне Борисовке с 22 по 26 сентября 1942 года расстреляно 97 женщин и 23 ребенка. В деревне Борки расстреляно 372 женщины и 130 детей. 9 октября 1942 года сожжены деревни Антоново, Зелены Буды, Лазовецы-Зо-бота, Лазовецы-Нины, Лазовецы-Гора и Короставка, расстреляно 22 женщины и 41 ребенок. 13 ноября 1942 года в Пожжевине были расстреляны 9 женщин и 6 детей.
Убийцы систематически отчитывались и перед начальством. В отчете о состоянии и деятельности 11-й роты 15-го полицейского полка с 5 по 11 октября 1942 года значится: 6 октября 1942 года расстреляны 30 женщин и 49 детей; 7 октября 1942 года расстреляны 6 женщин и 8 детей; 9 октября 1942 года расстреляны 16 женщин и 14 детей и т. д.
Всего же за два с половиной месяца — с 6 сентября по 24 ноября 1942 года этим полком было уничтожено 44 837 мирных граждан. И это только на одном, небольшом участке советской территории, захваченной фашистами.
Помню, когда с наступавшими советскими войсками мне как офицеру-политработнику доводилось участвовать в освобождении городов и сел, отбитых у врага, то прежде всего бросались в глаза масштабы разрушений, учиненных гитлеровцами, полное обезлюдение этих некогда густонаселенных районов нашей земли. То, что создавалось веками русским, украинским, белорусским и другими народами СССР, было не просто взорвано, сожжено, загажено, но с какой-то методичной озверелостью вырвано буквально с корнем, затоптано до основания, расчищено с тщательностью. Уничтожались даже фундаменты, леса, вывозили в Германию слой плодородной почвы. Кажется, была бы у фашистов соответствующая техника, они бы и реки наши засыпали. Особо сильному опустошению было подвергнуто сердце России — центральное Нечерноземье. Десятки тысяч населенных пунктов, некогда украшавших эти прекрасные места и восхищавших не одно поколение русских писателей, были навсегда стерты с географической карты. Известно, что гитлеровцы намеревались сровнять с землей Ленинград и пропахать очищенную от развалин территорию плугом. Такая же участь ожидала другие города и села, на месте которых предполагалось создать чистенькие фольварки колонизаторов — представителей «высшей» арийской расы. Только Советская Армия помешала фашистам осуществить до конца свои планы, направленные против всего того, что дорого человеку. И я горжусь тем, что в самые трудные годы войны был ее солдатом.
