Июльское солнце светило ослепительно ярко, но Ребекку, шедшую к стоянке, словно окружила тень. Быть может, эту иллюзию создавало затемненное стекло в окне кабинета?
И все же Джейка пробрала дрожь. То ли ему чудится, то ли впрямь заработало шестое чувство, отточенное годами полицейской службы?
Ребекка уселась в серебристый «вольво» и уехала, а Джейк вернулся за рабочий стол. Плюхнувшись в кресло, он еще раз просмотрел записи по делу Ребекки Паттерсон, затем отложил их и глубоко задумался.
Шесть лет работы в городской полиции и пять лет частной детективной практики окончательно избавили его от остатков иллюзий, с которыми не сумела справиться сумасбродная юность.
Спору нет, Ребекка Паттерсон хороша собой, но это не имеет совершенно никакого значения. Джейк предпочитал других женщин — напористых и уверенных в себе. Женщин, которые ни в чем не нуждаются и не твердят о разбитом сердце, когда приходит время каждому идти своей дорогой. А сердце Ребекки Паттерсон уже безнадежно разбито.
Определенно, Джейка Торнтона не влечет к этой женщине. И совсем не этим вызвано его странное, необъяснимое желание расцепить эти напряженные, побелевшие пальцы, разгладить морщинки на высоком лбу, разыскать для Ребекки Паттерсон любящих родителей, сделать так, чтобы все было хорошо…
Может, это полная луна ударила ему в голову?
Джейк опять собрал листки с записями, взвесил их на ладони, словно прикидывал, насколько весомы эти скудные сведения.
А не разумнее ли передать это дело кому-нибудь из помощников? У него сейчас и так дел по горло…
Тем не менее Джейк даже не потянулся к телефону.
Ребекке бы это не понравилось. Она не захотела даже излагать свои проблемы секретарше, а уж делиться ими с кем попало…
Придется Джейку заняться ее делом самому. Точно так же, как он занимался сотнями других дел. Вот именно! Всего лишь новое дело. А Ребекка Паттерсон — всего лишь новая клиентка.
Но однако недоброе чувство терзало Джейка Торнтона, навязчиво твердя, что Ребекке Паттерсон не стоило бы так усердно разыскивать свою мать.
Глава 2
9 августа 1969 года,
Эджуотер, штат Техас
Мэри Джордан подняла крышку электрической сковороды и длинной вилкой потыкала жаркое.
Почти готово. К тому времени, когда Бен вернется домой и наскоро примет душ, жаркое как раз поспеет.
Мэри опустила крышку и, прислонясь к кухонному столу, как следует хлебнула из стакана, где плескался чай со льдом. Лед, правда, уже почти растаял, ну да все равно — влага. Большой чердачный кондиционер разгонял прохладный воздух по всему дому, и все равно жара стояла невыносимая. Струи воздуха, обтекавшие Мэри, были жаркими и влажными.
Женщина приподняла повыше копну тяжелых светлых волос и на миг задумалась — не стянуть ли их на затылке, как обычно, в конский хвост? Но ведь Бену больше нравится, когда она ходит с распущенными волосами…
Мэри затаенно улыбнулась.
Бену нравятся ее волосы… А ей нравится Бен. Нет, не так — она любит Бена. Миновал уже год, а она все блаженствует при мысли, что Бен принадлежит ей, что он вернулся из Вьетнама — пускай израненный, но живой — и не забыл ее, Мэри, захотел жениться на ней и создать семью…
За кухонным окном пронзительно крикнула голубая сойка — и этот звук, такой привычный, напомнил Мэри о тех счастливых летних днях, когда она была совсем девочкой, когда отец был еще жив, а мама… еще не заблудилась в иллюзорном, бредовом мире. Мама так и не сумела перенести смерть отца и скоро, слишком скоро последовала за ним.
Но все это в прошлом и уже никогда, никогда не вернется. Теперь Мэри снова обрела счастье. У нее есть любящий муж… и дом. Пускай маленький, но свой собственный, купленный в рассрочку. И двор у них большой, так что можно будет потом сделать к нему пристройку, а во дворе все равно будет просторно — там поместятся и качели, и домики на деревьях… Короче, будет где поиграть ребятишкам. Дети — вот что нужно было Мэри и Бену для полного счастья. Много, много детей. А судя по тому, как бурно проходят их супружеские ночи, это событие уже не за горами.
Мэри распахнула холодильник, вынула пару кубиков льда и бросила их в нагревшийся чай. Потом достала третий кубик, откинула голову и, закрыв глаза, провела кусочком льда вдоль шеи. Ледяная струйка щекотно поползла по груди, холодя разгоряченную кожу.
Какое счастье, что сейчас модно носить шорты и коротенькие маечки!
У задней двери постучали… Мэри подскочила от испуга.
На пороге кухни стоял полицейский.
— Чарльз? Что ты здесь делаешь?
Мэри бросила кусочек льда в мойку — все равно она больше не нуждается в его помощи. Озноб охватил ее с такой силой, что на липкой от жары коже появились пупырышки.
Не дожидаясь приглашения, напарник и лучший друг ее мужа шагнул в кухню.
— Где Бен? — спросила Мэри, ужаленная страхом — страхом, который хорошо знаком всякой жене полицейского. — О, Господи! Он не…
Чарльз покачал головой.
— С Беном все в порядке. Он в участке, зашился с бумажной работой, вот и попросил, чтобы я заглянул к тебе.
Волна безмерного облегчения нахлынула на Мэри.
— Слава Богу! — воскликнула она и улыбнулась, едва удержавшись от соблазна глупо захихикать.
Чарльз тоже улыбнулся, но улыбка вышла маслянистой, какой-то липкой. Мэри торопливо отвела взгляд, приподняла крышку сковородки и вновь потыкала вилкой жаркое, хотя в этом не было особой нужды. В присутствии Чарльза ей всегда становилось не по себе, порой даже страшно.
— А почему Бен не позвонил сам? — спросила она.
Чарльз ничего не ответил.
Усилием воли Мэри заставила себя снова повернуться к нему.
Светлые, почти прозрачные глаза Чарльза оглядели ее с головы до ног… И женщина остро пожалела, что на ней сейчас только маечка и вытертые до белизны шорты. Знай она, что появится Чарльз, — обрядилась бы в дождевик, несмотря на жару.
Бен говорил, что это все выдумки, что Чарльз уважает ее и любит, как сестру. Он всегда раздражался, когда Мэри робко намекала на свою антипатию к Чарльзу, человеку, который спас ему жизнь во Вьетнаме, а сейчас стал его напарником. Да ни один нормальный мужчина, шутливо говорил Бен, не удержится от соблазна поглазеть на его славную женушку… Но в его шутливом тоне ясно читалось, что Мэри в своих подозрениях чудовищно не права.
Чарльз пожал плечами.
— Бен знает, что я по дороге домой как раз прохожу мимо вашего дома. Я и сказал ему, что с радостью загляну к тебе и передам от него привет.
— Ну… тогда спасибо. — Мэри вынудила себя подойти ближе к Чарльзу и протянула руку к кухонной двери, давая понять, что готова закрыть ее за незваным гостем. Пускай кондиционер и дальше выбивается из сил, пытаясь развеять духоту, а Мэри, изнывая от жары, будет радоваться тому, что Чарльз останется снаружи.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
