и по какой причине. И если окажется, что просто подбирается ко мне через тебя, радуйся, что это произошло сейчас, пока еще не затянуло с головой.
К моему большому — и приятному! — удивлению, оказалось, что Ковалев вовсе не безнадежен. Во всяком случае, то, что ступил, сообразил без посторонней помощи. И звонил Ленке точно не для того, чтобы выйти на меня. Я пообещала помочь, но при условии, что они друг друга выслушают и постараются понять. Лена в это время сидела в машине, мотая сопли на кулак, и он поскакал к ней козликом. Дело было в пятницу, у меня впереди оставалось как минимум три дня, чтобы продумать стратегию и тактику.
Судя по всему, Дарьялову Кирилл меня не сдал. Еще — не сдал. А вполне так мог — и умыл бы руки. Почему — вопрос открытый. Может, из-за Ленки, может, из общего гуманизма. Или просто не успел. И я надеялась, что не сдаст. Во-первых, я помирила их с Леной. Во-вторых, я могла дать то, что ему было необходимо: яйца Минина в остром соусе. В-третьих, у меня остались все данные по «Мини-строю» полугодовой давности. Просмотрев взятые из открытых источников показатели за последние месяцы, я увидела несколько слабых и опасных мест, которые помогла бы ликвидировать.
В общем, выходные получились рабочими. Очень плотно рабочими. Ради этого пришлось пожертвовать финальным свиданием с Виктором, он обиделся, и расстались мы прохладно. Но мне было не до того, я впахивала, как проклятая, и в понедельник поехала к Кириллу в офис не с пустыми руками.
— Не волнуйся, Ира, Дарьялов о тебе не знает, — успокоил он. — И не узнает. Во всяком случае, от меня. Я сказал, что он получит Макса, а с консультантом разберусь сам. Поэтому и искал. О тебе даже не думал. Но у меня очень шустрый паренек работает, компьютерный гений. Вычислил тебя за пару часов. Вот тогда-то я Лене и намекнул…
— Кир, насчет Лены, надеюсь, проехали, — перебила я и достала ноут. — Давай к делу. Минин у меня как на ладошке. Сам ты с ним вряд ли что-то сделаешь, а вот Дарьялов с его возможностями — запросто. Все, что нужно ему передать, я скину на флешку. Но сначала ты должен сам со всем этим разобраться. Я тебе буду рассказывать и показывать. Если что-то непонятно — спрашивай.
Он пытался оформить мою консультацию договором, но от денег я отказалась. И вовсе не потому, что чувствовала какую-то свою вину. Обратись ко мне полгода назад Кирилл, и кисло было бы уже Минину. Просто работа, ничего личного. Но вот то, что Ковалев меня не выдал… Я всегда платила долги. С процентами.
Как я узнала позже, Дарьялова моя флешка вполне удовлетворила.
— Не знаю, Ира, — сказал Кирилл, — даже если он и не станет руки пачкать, все равно Макс либо сядет в чешскую тюрьму лет на много, либо будет бегать, как заяц, по всей Европе и пугаться собственной тени. Причем без гроша в кармане.
— Обо мне больше не спрашивал? — осторожно поинтересовалась я.
— Спрашивал. Сказал, что все-таки полезно было бы с тобой пообщаться. Ну, не с тобой, конечно, а с консультантом. Но я напирал на то, что консультант ни ухом ни рылом в его делах с Максом. Мол, я точно знаю.
— Спасибо, — я выдохнула с облегчением. — А теперь давай твоими делами займемся. Боюсь, некоторые скользкие моменты ты не просек. Я знаю, потому что сама их прятала, и очень хорошо. Ну а теперь помогу ликвидировать. И подскажу, на что надо обратить внимание, чтобы в будущем не наступать на те же грабли.
Совместную работу мы закончили быстро. Я занялась другими делами, но оказалось, что рано обрадовалась. Дарьялов был из тех, кто всегда получал желаемое. Не мытьем, так катаньем. А желаемым для него на тот момент был человек, который умудрился так хитро развести его.
4
Трудно сказать, как все сложилось бы, не будь у Кирилла проблем с дочкой. Их с Леной дети были ровесниками, обоим по восемь. Отец Тима слился, узнав о беременности, Ксюшу Кир отобрал у бывшей жены после развода. Конечно, это само по себе создавало для них трудности, но с Ксю и без того хватало гемора. Точнее, не с ней, а с ее отбитой на голову мамашей. Кирилл когда-то женился по залету, и брак этот развалился раньше, чем родился ребенок. Пока папаша вкалывал, чтобы обеспечить семью, его женушка вела развеселую жизнь. Впрочем, это значительно облегчило задачу, когда дело дошло до суда, определившего порядок общения ребенка с матерью: два выходных в месяц и две недели летом.
Подробностей я, разумеется, не знала, только то, что рассказывала Лена, но Ксю эти встречи терпеть не могла. В первую очередь потому, что мамаша пыталась настроить ее против отца, вываливая каждый раз кучу гадостей. В универе у меня был небольшой роман с однокурсником Олегом. Ничего серьезного не сложилось, он в итоге женился на девчонке с филфака, а я вышла замуж за Валеру, учившегося курсом старше. Но приятельские отношения мы поддерживали до сих пор. Олег считался одним из лучших юристов-практиков по семейным делам, в первую очередь по детским, и я дала Кириллу его координаты.
Тогда у них встреча не состоялась, потому что Ксю с матерью и ее новым мужем улетела в Испанию. А после возвращения все как раз и закрутилось — когда она пожаловалась Кириллу, что Гриша лапал ее за попу и разгуливал при ней по дому в трусах. Того, разумеется, бомбануло так, что только каким-то чудом обошлось без непоправимых глупостей. С большим трудом удалось донести до него, что, оторвав Грише яйца, он наверняка присел бы в тюрьму, а Ксю пришлось бы жить… ну да, с мамашей.
Вот тут как раз и пригодился Олег. Цинично-спокойный, внешне смахивающий на студента-ботаника, он живо пригасил пожар и заставил Кира рассуждать здраво.
— Поймите, Кирилл Андреевич, хватал за попу, ходил в трусах… К сожалению, это только слова. Счастье, что больше ничего не было. Но слова, поверьте на слово, расценят лишь как попытку оговорить отчима. Он, разумеется, будет все отрицать, ваша бывшая жена — тоже. И все это
