К моему удивлению, мое место оказалось рядом с Ларенцом, который явно был мне не рад. Он окинул меня пренебрежительным взглядом, и демонстративно отвернулся. Я кивнула все присутствующим, натянула на лицо приветливую улыбку и присела за стол, стараясь не смотреть на своего соседа. Кузен был, как всегда, омерзителен до скрежета зубов.
Арио кивнул и невестки, быстро поднявшись из-за стола, принесли горячее — большой котелок отварного картофеля и запеченного гуся.
Семья дяди по понятным причинам была одной из самой зажиточной в нашем клане, и что уж сказать, сегодня на столе стояли разносолы и деликатесы, многие из которых я видела впервые.
Ужин прошел, как обычно. Мама тихо о чем-то беседовала с бабушкой, Арио то и дело посматривал на сыновей и их жен, а Лоренц противно пыхтел рядом, уплетая мясо, забрызгивая жиром свою рубашку и скатерть вокруг. Он был похож на поросенка, грязного и очень невоспитанного.
Чтобы не портить себе аппетит, я решила не обращать на него внимания, и просто наслаждалась ужином, уплетая вкусное запеченное гусиное мясо и горячую картошку вприкуску с маринованными хрустящими огурчиками, красными небольшими помидорами и свежей ароматной зеленью. Мне очень понравились тушеные овощи, совершенно незнакомые по вкусу. Баклажаны из страны эльфов, так назвал их Арио, а еще запомнился необычный фрукт — оранжевый, круглый и очень сочный. Никогда ничего подобного не ела.
Но вот ужин подошел к концу, и дядя пригласил всех в большую комнату, которую использовали как гостиную. Каждому вручили по кружке с ароматным травяным чаем и куском маминого пирога. Только она умела его печь. Тоненькое тесто было сладким и воздушным, а ягодная начинка напоминала мармелад, заветную мечту каждого сладкоежки.
— Вы, наверно, задаётесь вопросом, почему я сегодня собрал вас? — неожиданно произнес Арио, заставив всех замереть.
Многие закивали, а я же просто отвела взгляд в сторону. Сердце почему-то тревожно дрогнуло. Появилось непонятное ощущение неминуемой надвигающейся беды.
— Как все знают, совсем недавно в Ларенце проснулись силы четырех стихий и именно он возглавит наш клан, после того как я уйду на покой. Но негоже правителю быть холостым. Я долго думал, кто же подойдет на роль супруги клана и остановил свой выбор на замечательной девушке.
Подняла глаза на Арио, наши взгляды встретились, и я внезапно все поняла… Но сжав ладони в кулаки, еще боялась поверить в свою догадку.
— Я решил, что женой Ларенца станет Розалия. Объясню почему. Они росли вместе и прекрасно знают друг друга, Роззи одна из сильнейших ведьм нашего клана и будет достойной спутницей моему сыну, а еще именно при ней прошла инициация. Значит, своей силой, Ларенц уже неосознанно выбрал ее.
Я вскочила на ноги, уронив кружку на пол. Не обращая внимания на разбитую посуду и разлитый чай, вскрикнула:
— Я не согласна! Я против!
— А это не тебе решать, — осадил меня Арио. — Каролина, что скажешь?
Я замерла, искренне надеясь, что мама заступится за меня и не позволит сосватать этому противному Ларенцу. Но к моему удивлению, она, бросив в мою сторону виноватый взгляд, тихо произнесла:
— Думаю, ты прав.
— Мама, ты не можешь, — покачала я головой, — так со мной поступить. Я не люблю его. Мама?!
— Любовь в браке непозволительная роскошь, — кузен гаденько улыбнулся. — Обещаю, я буду тебе хорошим мужем.
Стало так горько и обидно. Я не ожидала такого предательства от матери. Ведь она прекрасно знала, что я терпеть не могу кузена, а теперь сама отдает меня в его руки. Прикрыв рот ладонью, сдерживая рвущиеся рыдания, бросилась прочь.
— Розалия! Розалия! — раздался мне вслед крик мамы, но я бежала вперед, заливаясь горькими слезами. Ноги сами привели меня в лес. Упав на изумрудную траву, которая сейчас в свете закатного солнца приобрела кровавый оттенок, я горько оплакивала свою судьбу.
Я ненавидела Ларенца и супружескую жизнь с ним даже представить не могла, но по законам нашего клана именно родители решали судьбы своих детей. Мама свое слово сказала, а значит, мне придется подчиниться ее воле. Я не знаю, сколько времени провела на своей полянке, но в темном небе поднялась яркая луна, огромная и светлая. Ее спутницами были звезды — большие и маленькие, сияющие и бледные. Понимая, что меня будут искать, тяжело поднялась и, чувствуя полное опустошение, медленно побрела домой.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Мама при моем появлении поднялась с кресла и шагнула ко мне:
— Розалия!
Но я даже, не посмотрев на нее, медленно побрела в свою комнату. Я всегда считала, маму подругой, доверяла ей свои тайны, и она прекрасно знала, как я мечтала о большой любви, как у нее и у папы. В свое время мама даже пообещала, что примет мой выбор и никогда не будет навязывать мне супруга, и вот… Она предала меня, отдала в руки чудовищу, мерзкому, жестокому и самолюбивому, и вряд ли моя жизнь с Ларенцом будет счастливой. Повесив платье в шкаф, натянула ночную сорочку и спряталась под одеялом.
— Розалия! — дверь тихонько скрипнула. Раздались шаги, а затем моя постель прогнулась под весом, а я почувствовала мамину руку на своем плече. — Доченька, поговори со мной.
Я молчала. Обида рвала душу на части, оставляя болезненные кровоточащие раны.
— Милая, ты еще очень юная и не понимаешь всего. Но я не могла поступить по-другому. Главному ведьмаку не отказывают. Решение Арио не оспаривают, ведь ему нет равных по силе. Я знаю, как ты относишься к Ларенцу, но он будущий правитель, а значит ты станешь правительницей, у тебя всегда будет дом полная чаша, а дети твои никогда и ни в чем не будут нуждаться. Я понимаю, ты этого не ожидала, но пройдет время, и ты согласишься, что не все так плохо. Бабушка Брунгильда настояла на том, чтобы церемония связывания судеб произошла не раньше, чем ты станешь совершеннолетней, а значит у тебя впереди еще несколько лет, чтобы смириться с произошедшим, и может быть тогда, ты сможешь посмотреть на Ларенца другими глазами.
Я молча плакала, глотая слезы.
Какое-то время мама посидела, а потом поднявшись, тяжело вздохнула:
— Я очень люблю тебя, моя милая. Прости, но по-другому поступить я не могла. Отдыхай девочка, отдыхай. Завтра снова будет день, и он принесет с собой только хорошее.
Мама ушла, а я подумала о том, что никогда уже в моей жизни ничего хорошего не будет.
Глава 4
Прошло несколько лет
— Розалия! Розалия! — услышала я звонкий голос подруги, который эхом разлетался по лесу, тем самым бесцеремонно нарушая мое уединение и блаженную тишину вокруг. — Рози, ну ты где? Я же знаю, что ты здесь. Розалия!
Прекрасно зная Марику и ее настойчивость, и понимая, что она не отстанет, приняла сидячее положение и, вытряхнув из волос запутавшиеся травинки, неохотно отозвалась:
— Я здесь!
Марика была дочерью наших соседей. Мы никогда близко не общались, даже не знаю почему. Наверно, я не нуждалась в подругах, ведь моя жизнь и так была насыщена событиями. А потом все в один миг кардинально изменилось. После того, как Арио и мама договорились о нашем с Ларенцом браке, меня перестали нагружать работой и, более того, дядя наложил запретную печать на мою магию. Он мотивировал это тем, что мне теперь необходимо беречь свою силу, ведь я могу перегореть после того, как Ларенц при инициации задел меня своей энергией четырех стихий.
Именно тогда мы и сблизились с Марикой, и неожиданно для меня подружились. Мы делились секретами друг с другом, и стали ближе, чем сестры. Однажды даже решили, что после достижения совершеннолетия проведем магический обряд, основанный на обмене кровью, который нас породнит. Но пока мы хранили наш секрет в строжайшей тайне, потому что точно знали — ни ее родителям, ни моей маме эта задумка явно не понравится.
— Рози ты где? — Марика позвала меня откуда-то из-за кустов.
— Да здесь я, здесь.
Через несколько мгновений подружка вылетела из-за зарослей лесной малины на мою любимую полянку и шлепнулась в траву рядом со мной.
