не будет в Столице, а сам он окажется директором какого-нибудь рудника на самой отдаленной планете, с запретом отлучаться оттуда, пожизненно.
— Ты так думаешь? — еще больше расстроилась Анна.
— Только так будет. И потом, представь себе, являешься ты к Генри и говоришь, Генри я твоя навсегда, и пришла к тебе навеки поселиться! Что ты думаешь он скажет?
Анна, надувшись, молчала.
— Правильно, он спросит, девушка, а Вы кто? — смеясь, сказала Анастасия.
— И, что теперь? — обиженно спросила Анна.
— А теперь поговорим серьезно, — и Анастасия села радом с Анной и обнала ее, — в любви нельзя торопить события и суетиться под..., ну, про это, я тебе потом расскажу. Настройся на долгую и серьезную работу. Слишком вы оба разные, и сделать, для вашего сближения, придется очень много. У тебя был план. Рассказывай. Я внимательно тебя слушаю.
— Хорошо, — Анна вытерла слезы, и открыла тетрадку, — План рассчитан на два года. Потому, что Генри еще два года до совершеннолетия, когда он сможет официально жениться, и мне два года учиться в Дипломатической Академии. Через два года он будет на втором курсе, а я смогу поступить в Академию Аналитики на второй курс, как уже закончившая другую Академию. Я узнавала у них в Ректорате. Я поступлю туда инкогнито, чтобы его не пугать, с титулом баронессы. Попрошу ректора распределить нас в одну группу. Ну, а там, я уже его не упущу.
— Это как-то очень обще, — заметила Анастасия, — два года большой срок. Ты уверена, что он не найдет себе там девушек?
— Конечно, найдет и это хорошо, — спокойно ответила Анна, — я взрослая и все понимаю.
— Что ты понимаешь, моя взрослая сестричка? — с улыбкой спросила Анастасия.
— Все. Первое, у Генри будет несколько жен.
— Что? — Анастасия не скрывала удивления, — и ты так спокойно об этом говоришь?
— Настенька, с таким темпераментом как у него, ему придется менять жен каждый год, если жена будет одна. Он их или до смерти замучает ночью, или они сами сбегут от него днем. Поэтому, с этим нужно смириться.
— И ты готова на это?
— Мне то, с моими особенностями, вообще возникать не стоит, а только радоваться.
— Ты стала очень мудрой сестренка, — и Анастасия поцеловала ее в макушку.
— Поэтому, если он за эти два года перебесится с аристократками и дворянками, это будет хорошо. Пусть поймет, что большинство из них стервы и змеюки подколодные, — продолжала Анна, — а потом он встретит меня, милую, добрую, теплую, умную, знающую про горное дело девушку, которая любит его бескорыстно всей душой.
— Ого, да ты Анечка, все продумала очень тщательно, молодец, - похвалила ее Анастасия, — и, что эти два года ты даже не попытаешься с ним познакомиться? Так и будешь любить его на расстоянии? Выдержишь? Видя как он зажигает с другими девушками?
— Знаешь, Настя, — твердо сказала Анна, — я хочу с ним прожить всю свою жизнь, и если для этого нужно будет потерпеть два года, я это сделаю, как бы мне не было трудно.
— Ты стала совсем взрослой, но я буду скучать по той наивной Анечке, — снова обняла подружку Анастасия.
Глава 3
В большом просторном кабинете Ректора Имперской Академии Аналитики с высокими стрельчатыми окнами, сидели несколько человек. Сам Ректор, Магистр Горной Гильдии, Генри Валент, Главный Адвокат Горной Гильдии мэтр Сильвер, и Его Императорское Высочество Генерал Мартин Торн, шеф Службы Имперской Безопасности при полном параде.
— Господин Ректор, — начал разговор Адвокат, — хочу напомнить Вам, что согласно Имперскому декрету об учреждении Вашей Академии, Горная Гильдия имеет право посылать одного курсанта к Вам для обучения с периодичностью раз в пять лет.
— Это совершенно правильно, Мэтр, — подтвердил Ректор.
— Отлично, тогда позволю себе снова напомнить Вам, что уже восемьдесят лет, наша Гильдия не использовала это право.
— Вы же знаете, Мэтр, с чем это было связано.
— Тем не менее, мы хотим и просим Вас предоставить положенное нам право на одно место в этом году. В качестве кандидата мы предлагаем нашего Прим-Мастера Горной Гильдии, кавалера Орденов за заслуги перед Империей четвертой, третьей, и второй степени Генри Валента.
— Как я понимаю, он не имеет дворянского титула?
— Да, он плебей, но весьма заслуженный и достойный. К тому же сирота.
— Мэтр, поймите меня правильно, — Ректор вздохнул, — я бы хотел гарантий того, чтобы те трагедии больше не повторились.
— Позвольте, о чем идет разговор? — Генерал удивленно посмотрел на Ректора и Адвоката, — о каких трагедиях идет речь, о чем я не знаю? И, кстати, почему? Я ведь и сам закончил нашу Академию.
— Дело крайне деликатное и щекотливое. Хорошо, я расскажу, пусть и Ваш кандидат послушает тоже, — Ректор вздохнул и продолжил, — Раньше у нас учились плебеи, причем не только парни, но и девушки. Прием был весьма ограничен и не превышал одного человека в год. Это правило было установлено после Великого мятежа шестьсот лет назад.
Сто лет назад на первый курс была зачислена очередная плебейка из богатого и уважаемого рода. Она прошла конкурс, который тогда составил более двух тысяч кандидатов на это место. На свою беду, она была не только очень умна, но и очень красива. И естественно это не прошло мимо парней аристократов ее курса. Завязался роман между ней и Имперским принцем. Сначала, когда они встречались тайно, это не вызывало никаких проблем. А потом она забеременела. Принц повел себя крайне недостойно, заявил, что это не его ребенок, и предложил ей сделать аборт и расстаться. Она отказалась, сказав, что родит ребенка и воспитает его сама, и ничего от Принца не требует. Но он не хотел иметь бастарда на стороне, пригласил девушку к себе якобы для прощания, напоил ее снотворным, после чего ее увезли в больницу и сделали аборт. После аборта и развившихся осложнений, она уже не могла больше иметь детей.
— Подлец, — процедил сквозь зубы Генри.
— Не буду спорить, — Ректор снова вздохнул, — не выдержав такого предательства, девушка отравилась. Спасти ее не удалось. Скандал замяли, но вышел циркуляр о запрете принимать незамужних девушек плебеек в Академию. С тех пор больше желающих, лиц
