Читаем без скачивания Сказаниада - Петр Ингвин

полном вооружении – с копьями в руках, при мечах и с притороченными к седлам луками. На остроконечных шлемах и щитах красовался тот же крылатый змей.

– Люди великого государства! – громко зачитывал посланец дракона. – Слушайте и не говорите, что не слышали, и передайте тем, кто работает или болеет.

В толпе Данила заметил жену. Сейчас, перед расставанием, Лада в вышитом сарафане и платке показалась такой щемяще родной и необходимой…

Без нее будет трудно. Но с ней – невозможно.

– В славном городе Гевале, – разносился четкий голос глашатая, – объявляется ратный сбор всех, кто готов отстоять честь родного дракона от заморских посягательств…

На подъехавшего Данилу недовольно обернулись. Он развернул коня. Дальше можно не слушать, главное понятно. Губы сами собой растянулись в улыбке. Скоро будет война, а война – это возможность заработать как праведными путями, жертвуя собой ради отчизны и командиров, так и не очень праведными. Последнее проще, ощутимее и безопаснее.

Как же вовремя все происходит. Понадобилось бежать – вот тебе цель и направление. Все же, боги на стороне Данилы. Нужно сделать им подношение. Только заранее продумать, что просить. С ними ведь как? Не так сказал – и мучайся до конца жизни с тем, что получил по собственной глупости. В таких случаях говорят «заслужил». Странное слово. Про одного скажут – и понимаешь, что жил человек честно, порядочно, слова своего не нарушал, то есть действительно заслужил. А про другого скажут «заслужил» – и скривятся с брезгливым презрением, и всем понятно, что имелось в виду.

Данила кинул поводья на покосившийся плетень и, не снимая сапог, вошел в дом. В нос ударил запах свежих щей. И когда Лада все успевает? Сокровище, а не баба, была бы чужая – цены бы ей не было. Темная коса толщиной в руку, милый взгляд, нежные щеки… В общем, все у Лады ладное: и лицо, и фигура, и характер. А за годы совместной жизни стала хуже редьки. Не понимает, что если душа просит стопочку – нельзя поперек лезть, только хуже будет.

С порога донеслось:

– Данила, пожалел бы коня, весь в мыле.

Лада прибежала, едва увидела вернувшегося Данилу.

– С Улькой беда. – Он осмотрелся неожиданно новым взглядом: все вокруг стало чужим, даже сделанное своими руками. – Прохожий мужик сказал. Срочно лекарство нужно. Тащи все ценное, что осталось.

– Так ведь ничего не осталось. Что же делать-то, Данилушка?

Дура, как все бабы. Данила отпихнул ее, чтобы не путалась под ногами, сорвал со стола скатерть и стал кидать туда все, что можно продать: посуду, тряпки, восковые свечи…

На первое время хватит, а у солдат все за казенный счет. А после победы …

– Может, у Гаврилы занять? – Лада глядела на него потерянным взглядом, как ребенок, который узнал, что добрых волшебников не существует.

За Ульку Лада и себя продала бы. И Данила продал бы, да кто ж здесь ее купит? А с собой не потащишь, в пути она обо всем догадается, и вместо войны попадет Данила на виселицу.

– Некогда. – Он обнял жену и неловко ткнулся губами в прохладный лоб.

– Будто прощаешься. – Лада что-то почувствовала. – Данилушка, ты что-то недоговариваешь. Все очень плохо?

– Я все улажу и вернусь. Жди.

Глава 3. Заморский принц

Властительница помыслов. Отрада для глаз. Соловей зачерствевшей души. Какими только эпитетами ни награждал Борис Елену, когда от случайного прикосновения в груди пели птицы и сердце сжималось, будто на него конь наступил.

Ничто не предвещало событий, перевернувших мир с ног на голову. Или наоборот – с головы на ноги? Для Бориса очевидным было второе. Раньше он не знал зачем живет, за жизнь принимал громкие слова о величии, а приказы отца ставил выше собственного счастья. Все изменилось. Зрелая красота Елены потрясла его, изменила мировоззрение. Он считал женщин пустышками, что годились лишь для отдыха после битвы. С Еленой расставаться не хотелось. Она вспенила мозг, в глазах плясали красные пятна, в животе играла свирель.

Отдать дракону? Елену?!

Дракон приказал Борису взять двух гридней и отправиться за новой девушкой: «Найти и привести самую лучшую на свете». К заданию прилагалось дополнение, где вводились не менее расплывчатые определения «прекрасная» и «особенная». Как сочетать последние два взаимоисключающих понятия, Борис не знал. Красота везде одинакова, красота – это когда каждая часть тела совершенна и разница только в росте, цвете волос и прическе. А слово «особенная» подразумевало отличие от всех прочих. С какого конца начать: собрать прекрасных и выбрать ту, что выделяется больше других, или искать красивую среди особенных? Здравый смысл подсказывал, что это будут разные женщины. Наличие двух кандидатур перечеркивало первую часть требования: привести «самую лучшую». Но главное – вторая его часть, «лучшую». Как определить «лучшесть»? Лучшую – в каком смысле?! Ничего себе распоряженьице.

Слух про новеньких, поселившихся на чертовом болоте, принес сельский житель. Сам же вызвался отвести. Девушка, говорил, просто чудо. Умница и красавица, каких свет не видывал. «Девушка-цветок». А еще селянин намекал на ее божественное происхождение.

Понятно, помощь оплачивается, и если посланцы дракона не возьмут чужую – могут забрать свою, потому местные и лезут из кожи, чтобы угодить. И рожа у добровольного проводника уж больно разбойничья. Как бы в западню не завел.

Все время держались начеку, друг друга прикрывали, проводника от себя не отпускали. Болота миновали с трудом. Несколько раз кто-то падал с тропы, вытаскивали общими усилиями. А проводник чувствовал себя как рыба в воде. Еще и напевал в пути, а голос у него – заслушаешься, даже забываешь, куда и зачем идешь.

Борис не верил, что рассказ местного жителя окажется правдой. Не ожидал увидеть такую красоту. Собственно, вовсе не красота поразила. А что тогда? Бездонные глаза – мечущиеся в отчаянии и все равно звавшие к любви, потому что не умели быть другими? Правильная фигура, где все на своем месте и просится в руки? Чеканный профиль, что подошел бы богине? Может быть, она и есть богиня? Боги стараются не вмешиваться в дела людей, но «стараются» не значит, что не вмешиваются. И полукровки периодически появлялись. Борис лично не встречал, но слухи на этот счет ходили упорные.

Как только болота закончились, проводник заставил всех укрыться в яме за кустами:

– Девицу охраняет страшный оборотень. Обычно он ничем не отличается от человека, но едва решит, что ему или опекаемой девице что-то угрожает, все меняется: он обращается в чудовище, и все живое вокруг погибает. Даже цветы вянут. Девица-краса тоже страдает от