Через несколько секунд до меня дотекло, что уточнять придется именно у темного, уж больно подозрительно ректор и декан косились в его сторону.
— Что-то не то сказал? — Я повернулся к Мурке, ожидая объяснений.
— Долгое время, — голос темного прозвучал на удивление певуче, хоть и басисто, — слово «дроу» считалось в этом мире нарицательным. Сейчас в отношении моего народа это одно из самых худших оскорблений.
— Почему? — спросил я, и не потому что такой дурак, что с первого раза не понимаю, как подумали все присутствующие, а потому, что уже сейчас решил примерить шкурку доморощенного психолога. Как там говорится — назвался груздем, полезай в кузовок?
— Я объяснил, — терпеливо обронил эльф.
— Я понял. Просто неужели они все, — окинув взглядом ректора и декана, подчеркнуто задержал глаза на светлом эльфе, — считают тебя таким тупым, что думают: из-за такой глупейшей оплошности сможешь прямо тут меня на части разорвать?
Может, прозвучало излишне грубо, но эльф неожиданно улыбнулся. Совсем немного приподняв уголки губ:
— У меня подозрение, что именно так они и считают.
— Тогда зачем ты здесь работаешь?
Он пожал плечами:
— Я выполняю договор моего народа со светлыми.
— Андрей, — вмешался в наш диалог ректор: — Я рад, что ты готов приступить к работе прямо сейчас, но давай все же закончим с кругом твоих обязанностей, а потом ты сможешь пообщаться с обоими командорами. Теперь присматривать за тобой станет их обязанностью, и, прошу тебя, не стоит на это обижаться.
— Обижаться? Из-за чего? — искренне удивился я, а потом понял: — А! Вы думаете, мне покажется унизительным тот факт, что вы отрядили для меня целых две няньки. Так вот, спешу вас разочаровать, я не воин и не крутой мужик с одной извилиной, прекрасно понимаю, что со своей нулевой, по вашим меркам, боевой подготовкой одному мне тут так просто не выжить. Поэтому могу лишь сказать спасибо за заботу. И мы наконец закончим с формальностями?
Ректор одобрительно усмехнулся. Прокомментировал:
— Чем больше с тобой общаюсь, тем больше убеждаюсь, что ты нам подходишь. Беда в том, что не хочу обнадеживать себя раньше времени.
— Да, это совсем нежелательно, — причмокнув, поддержал директора розовый фей, как я прозвал про себя декана. Правда, потом уже, много позже, мне объяснили, что не фей он никакой, а тролль, но в этот момент никому из них и в голову не пришло поставить меня в известность.
— Ладно. Не стращайте меня раньше времени. Так что там с детками из класса, — я заглянул в бумаги. — «Колокольчик»? — Похоже, у них тут вместо цифр и букв в качестве обозначений того или иного класса использовались названия цветов. Любопытно. Сразу вспомнилась присказка про дурдом «Солнышко» — отряд «Лучик».
— Я ведь сказал тебе посмотреть на их фамилии, — мягко напомнил ректор.
— Посмотрел, — а что, пусть знает, что я быстро читаю. Правда, то, что буквы их языка благодаря переводчику будут казаться мне нашей привычной кириллицей, стало для меня, честно признаюсь, открытием. — Трое темных и трое светлых плюс четверо не пойми кого. Вы это хотели мне показать?
— Три человека и один оборотень, — идентифицировал четверых оставшихся учеников декан. Тяжело, картинно вздохнул, заломил руки и, снова причмокнув губами, сказал: — Они постоянно конфликтуют. Причем, если в других классах студентам хватает такта не делать это открыто, то «колокольчиков» приходится разнимать силами коммандос.
— Это те бравые ребята, которыми командоры командуют? — уточнил я на всякий случай.
— Да, — подтвердил ректор.
— Хорошо, а от меня вы чего ждете?
— Для начала позволь мне объяснить, почему, отчаявшись найти подходящего человека, я выбрал именно тебя, не имеющего специального образования, — начал ректор, но я, свинья такая, его перебил. Просто уже устал бродить вокруг да около, а ждать, когда он закончит свои пространные объяснения и перейдет к делу, совсем не хотелось.
— Простите, но я думаю, что это очевидно, — дождался его вопросительного взгляда и быстро пояснил: — Специалисты с дипломами по психологии не справились, вы их обратно отослали. Поэтому решили рискнуть и пригласили не-специалиста. Отсюда странности в самом приглашении. Этот ваш вечерний звонок, Барсик на пороге чуть ли не с цветами, разрешение жить в собственной квартире и без зазрения совести пользоваться доступом в Интернет. Я прав?
— В общих чертах. — Карл кивнул и тепло мне улыбнулся. — Можно вопрос? — Из его глаз лучились любопытство и скрытый за ним смех. Я понял, о чем он меня спросит. — Барсик? — Тихо сказал ректор. И тогда вмешался красноволосый командор:
— Да, Барсик. Он сказал, что это обращение к старшему и более уважаемому, чем он сам, человеку.
— Так и есть, — помедлив, обронил ректор.
Наверное, нужно было промолчать, но мне вдруг стало стыдно, что такой уважаемый человек, как Ви’Хольм, вынужден лгать из-за меня подчиненному. Я фыркнул и сказал все так, как есть.
— Просто приспособил твое второе имя под привычную слуху кличку. У нас Барсиками котов или собак называют. Домашних зверюшек, — пояснил на всякий случай.
— Ты… — начал светлый эльф, и по тому, как у него загорелись глаза, я понял: меня сейчас будут убивать. Поэтому для меня стало, мягко говоря, шоком, когда в наш разговор вмешался темный эльф. Отлепился от стены и подошел вплотную к стулу с высокой, мягкой спинкой, на котором я сидел перед столом ректора. Темный командор склонился к моему плечу и вкрадчиво полюбопытствовал:
— Мое имя тебя тоже наталкивает на подобные ассоциации?
— Мурка, — да, наверное, было глупо это говорить, особенно когда рядом с шеей продемонстрировали столь внушительный оскал, но я решил, что если работать на авторитет, то с самого начала. Слыть лжецом и парнем робкого десятка не хотелось.
— И это? — подтолкнул меня к разъяснениям темный эльф все тем же тоном.
— Так называют кошек.
Я скосил глаза на светлого. В глазах у того полыхнуло торжество. И я, кажется, начал понимать, какие отношения связывают двух командоров. Если в своем соперничестве один из них готов опуститься до радости из-за того, что ему досталась более «благородная» кличка, я считаю, это показатель. И снова темный эльф меня удивил.
— Кот да кошка, чем не пара? — произнес он и распрямился.
Мне было неудобно. Мурка стоял прямо у меня за спиной, но я был убежден, что в этот момент он встретился взглядом со светлым. Что уж в его глазах увидел Барсик, не знаю, но по тому, как побелели от ярости его скулы, я понял, что дело запахло жареным. И не придумал ничего лучше, как брякнуть:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
