Читаем без скачивания Внеземной разум. Мифы и реальность - Олег Фейгин

В номере от 10 июля та же газета поместила краткое сообщение из Розуэлла о том, что фермер Уильям Брейзел, нашедший первый в истории США летающий диск и чуть было не возведенный в ранг национального героя, чувствует себя явно «не в своей тарелке». Он очень огорчен, что его диск оказался обыкновенным метеозондом ВВС США. Информационное агентство ЮПИ передало информацию о том, что руководство розуэллской авиабазы получило «серьезный нагоняй» из Вашингтона за поспешное непроверенное сообщение об обнаружении чужеродного диска.

Основываясь на опросах многочисленных свидетелей и очевидцев событий, связанных с розуэллским инцидентом, видный канадский исследователь Вальтер Бабен представляет следующий ход развития событий.

В тот день, 2 июля 1947 года, стояла ненастная погода и сумерки спустились на ранчо «Фостер Плейс» раньше обычного. Налетел ветер, небо заволокло грозовыми тучами, загрохотал гром. Владелец фермерского хозяйства Уильям Брейзел стоял посреди двора и радовался начинающемуся дождю, столь желанному в этот сухой период года. Гроза разошлась не на шутку, и в определенный момент фермеру показалось, что в небе взорвался огромный белый шар, осветив все окрестности призрачным белым светом, напоминавшим одновременную вспышку сразу нескольких молний.

Рано утром Брейзел на старом джипе объезжал отары овец. В одном месте проволочное ограждение оказалось поваленным, и фермер отправился на поиски сбежавших животных. В нескольких милях от ранчо он набрел на пустырь, усеянный обломками какого-то летательного аппарата. Поначалу Брейзел решил, что это упал метеозонд, из тех, что часто запускались с близлежащей военно-воздушной базы. В подобных зондах обычно находился ударопрочный контейнер с приборами и самописцами, который следовало сдать в ближайшее почтовое отделение, а затем ждать полагающейся награды.

Рассматривая усеявшие землю предметы, Брейзел вскоре понял, что они совсем не похожи на обычные остатки зонда. Вот, например, тонкий, как фольга, лоскут, вроде бы металлический, но почти без веса. Его можно было мять и гнуть сколько угодно – он потом все равно принимал первоначальную форму. Дальше нашелся тончайший шнур, напоминающий шелковый, но очень прочный – разорвать невозможно. На черной металлической пластине Брейзел обнаружил нечто, напоминавшее вязь восточных иероглифов. Озадаченный фермер стал выискивать среди обломков предметы с загадочными письменами. Их оказалось немало, одни бледно-розовые, другие ало-красные. Иногда письмена выстраивались столбцами, словно цифры для сложения.

Нагрузив джип самыми интересными обломками, Брейзел вернулся на ранчо. На следующий день, 4 июля, в День независимости, он зашел к своему соседу Флойду Проктору. Выслушав рассказ приятеля и повертев в руках странные пластинки с «китайскими письменами», Проктор посоветовал Брейзелу добраться до ближайшего телефона и позвонить местному шерифу. Возвращаясь домой, фермер встретил двоюродного брата Холлиса Уилсона и его коллегу из атомного центра в Аламогордо. Едва Брейзел заикнулся о находке, приятель брата оживился и стал уверять, что фермер нашел обломки летающего диска, одного из тех, что частенько появляются в небе Нью-Мексико и проявляют повышенный интерес к секретным районам, где испытывается новая техника.

Уилсон и его друг убедили Брейзела собрать побольше обломков и отвезти их на военно-воздушную базу в Розуэлл…

В понедельник 7 июля 1947 года Джесси Марселу, начальнику разведотдела 509-го авиаполка, размещавшегося на авиабазе Розуэлл, позвонил окружной шериф Джордж Уилкокс. Он рассказал, что местный фермер, некий Уильям Брейзел, привез обломки странного летательного аппарата, разбившегося у его ранчо.

Достаточно было беглого взгляда на груду этих обломков, чтобы понять: ничего подобного Марселу видеть не приходилось. Он повертел в руках лист поразительно легкого металла, упругого и гибкого. Пощупал похожий на пергамент лоскут, пестрящий розовыми и алыми значками, которые могли быть буквами, цифрами или символами. Обломки были настолько необычные, что Марсел решил немедленно обо всем доложить командиру авиаполка Уильяму Бланчарду.

Командир авиабазы, подробно осмотрев странные фрагменты, тут же направил Марсела на ранчо «Фостер Плейс» за оставшимися обломками, дав ему в сопровождающие сотрудника контрразведки Кавитта. Обследовав пастбище, летчики выяснили, что обломками усыпана многометровая полоса. Похоже, взрыв произошел в воздухе, и неизвестный летательный аппарат, растеряв часть оснастки, спикировал где-то за далекими холмами на горизонте.

Марсел и контрразведчик с энтузиазмом принялись собирать необычные предметы очень странного вида, среди них встречались пластинки из легчайшего материала, но твердые и крепкие, как бериллиевая бронза. Были там также переливающиеся всеми цветами радуги обрывки ткани, похожие на восковой пергамент и невероятно прочные на разрыв. Некоторые фрагменты тонкой, как папиросная бумага, металлической фольги с алюминиевым блеском покрывали иероглифические письмена.

Загрузив самые интересные фрагменты в обе машины, летчики отправились на базу. Многое пришлось оставить на пастбище. Позже туда отправят солдат, и те старательно прочешут местность, подберут каждый обломок.

Вернувшись с диковинным грузом в расположение своей части, Марсел и Кавитт с удивлением узнали: весь мир уже оповещен, что на пустынном плато штата Нью-Мексико американские ВВС подобрали потерпевшую аварию летающую тарелку. В участок шерифа, на авиабазу, в редакцию местной газеты со всех концов звонили репортеры, пытаясь выяснить подробности. А все началось с сообщения пресс-службы авиабазы; удивляет поспешность, с которой оно было сделано, и уверенность, с которой говорилось о находке целого летающего диска, хотя фермер и летчики нашли лишь куски неизвестно чего.

8 июля обломки неведомого аппарата были отправлены в штаб авиационного соединения, а по радио выступил генерал Роджер Рейми с опровержением сообщения об обнаружении летающего диска. По словам генерала, на пастбище был подобран всего-навсего метеозонд. С метеостанции в штаб срочно доставили офицера Ирвинга Ньютона, и тот с чистой совестью подтвердил репортерам, что им предъявлен (после подмены) метеозонд. Правда, и здесь не обошлось без накладки. В заготовленном для прессы сообщении говорилось, что это метеозонд ML-306, однако репортерам показали зонд иного назначения и вида – АN/АМТ-4, в отличие от первого не имевший покрытий из блестящего тонкого металла и фольги, которой вроде бы было много среди обломков, подобранных на пастбище Брейзела. Отчет о пресс-конференции генерала Рейми появился в газетах 9 июля, а накануне, 8 июля в Розуэлле с заявлением перед репортерами выступил сам Уильям Брейзел.

В какой-то момент фермера сумел завлечь к себе владелец розуэллской радиостанции Уолтер Уитмор. Он стал передавать интервью с Брейзелом по сети местных радиостанций, но канал не работал. Тогда Уитмор переключился на канал своей станции. Едва он успел закончить вводную часть, как в студии раздался звонок из Вашингтонской федеральной комиссии по радиосвязи. От Уитмора потребовали немедленно прервать передачу по соображениям национальной безопасности. Сильно напуганный, Уитмор тут же так и сделал.

Несмотря на кажущуюся необычность, в этой истории все достаточно правдоподобно. Дело в том, что еще в 1939 году вскоре после скандальной радиопостановки Уэллса Федеральное агентство по радиовещанию приняло несколько указов, категорически запрещающих распространять информацию о каких-либо пришельцах и их космических кораблях. Этот запрет срабатывал несколько раз во время ажиотажа вокруг нашествия НЛО и, несомненно, принес большую пользу, предотвратив панику среди обывателей.

Итак, 8 июля Уильям Брейзел, подготовленный и натасканный, был явлен журналистам. Тщательно подбирая слова, он рассказал, как обнаружил на своем пастбище обломки метеозонда. Высказав перед собравшимися журналистами заранее подготовленный текст, Брейзел, в нарушение сценария, все-таки позволил себе заметить, что это был не совсем обычный метеозонд.

В эпизоде с интервью, который в некоторых уфологических сказаниях вырастает в многостраничную повесть, чувствуется некая недосказанность, надуманность и явная литературная обработка в духе исторического эпизода «А все-таки она вертится!». Сам факт интервью почти никто не отрицает, но вот о том, что оно было насыщено правдивой информацией и фермер посмеялся над лихорадочно ищущими сенсацию журналистами, не говорится. Между тем в местной газете можно легко найти рассказ Брейзела, где он настойчиво твердит об очень необычном зонде новой конструкции…

Между тем мы коснулись только одной стороны легенды о розуэллском инциденте. Вторая ее часть начинается ранним утром 3 июля 1947 года, когда инженер Федеральной службы мелиорации Прейди Л. Барнет приступил к рекогносцировке местности на пустынной равнине Сан-Агустин, близ города Магдалина, штат Нью-Мексико. Оглядывая ландшафт в теодолит, Барнет заметил тускло светящийся довольно крупный предмет где-то на километровом расстоянии. Наведя бинокль, он увидел серебристый диск, врезавшийся одним краем в каменистую осыпь. Не теряя времени, мелиоратор ринулся к странному объекту, подойдя к которому встретился с уже осматривающими место аварии археологами, проводившими раскопки древних индейских поселений.

На земле лежал огромный диск из серебристого, похожего на нержавеющую сталь металла. Врезавшись в песок, диск надломился, рассекся по шву. Поодаль в различных позах застыли два странных тела. Ростом они были с крупных макак, из блестящих комбинезонов торчали безволосые головы с маленькими глазами, вывернутыми губами и плоскими носами. Тут послышался рев мотора и подъехал военный грузовик в сопровождении нескольких джипов. Свидетелей собрали возле одной из машин, где майор с невыразительным лицом провел с ними инструктаж. Прежде всего он переписал их личные данные, а потом строго предупредил о необходимости хранить в глубокой тайне все увиденное.