Работа ради общего блага, которую ты должен выполнить, если желаешь сохранить очко целым. Выполнишь хорошо — я тебе даже заплачу. По полной рыночной стоимости, не сомневайся. А откажешься — мы таки займемся противодействием Злу. Вплоть до твоего удаления из благопристойного Срединного Пространства.
— Заплатишь ты! Ага! Так я и поверил!
— Подойди поближе, чтобы видеть мой профиль. И глянь репутацию. Я всегда плачу, коли обещаю.
— Кончай дурить, Мокиах! — угрожающе сказал Аврелий, утомленный нежеланием некроса послушно сдаться. — Мы гораздо сильнее. У нас целый отряд! Есть патрульные псы. И еще лекарь, который быстро поставит на ноги любого пострадавшего. Но ты прекрасно знаешь, что я и один с тобой справлюсь. Мы это уже проверяли до катастрофы. Не заставляй меня возиться с тобой и после. А не то я могу разозлиться и временно вернусь к прежней профессии. Вигилант у меня в сердце просится в дело!
В замке что-то зашуршало. Что-то упало на пол. Некромант нервничал.
— Ладно! — зло крикнул он. — Я пойду с вами. Но сперва мне надо закончить эксперимент. Он не из тех, которые можно прервать. Или ждите снаружи, или проходите в лабораторию. Снимаю ловушки… Аврелий, старый ты пердун! Да поглотит тебя Мрак! Подсчитай, во что они мне обошлись. Я ведь собирался прожить в замке долго! Как хотите, а я требую включить затраты на ловушки в стоимость этой вашей гребаной работы!
Мы переглянулись. Идти внутрь или остаться? Остаться безопаснее, однако в одиночестве некрос мог передумать и что-нибудь выкинуть. Например, попробовать уйти в лес порталом, хоть это и проблематичное для него умение, а телепортация в Гинкмаре вообще затруднена по множеству причин. Мы с Аврелием дополнительно блокировали ее в замке и вокруг, но абсолютных гарантий ни на что не существует…
— Пошли, Иван! — тихо сказал Аврелий. — По крайней мере Мокиах окажется в поле нашего зрения. Не представляю, как он мог бы с нами совладать. И позволь напомнить: вязать его буду я. Сукин сын хитер, очень хитер. И очень мстителен. Навесит еще на тебя что-нибудь поганое из своего арсенала… Уже все закончится, и мы его отпустим, — а оно сработает и будет портить тебе существование долгие годы. А то и в Мир Теней отправит… — Следопыт суеверно коснулся ладонью рта, чтоб не накликать беду, и добавил, повысив голос: — Псов берем с собой. Остальным оставаться здесь, рассредоточиться по двору и ждать.
Глава 3
Несмотря на хаотичную планировку, — а может, именно благодаря ей, — замок Вертса был великолепно приспособлен к обороне. Многие внешние бойницы в процессе модернизаций стали внутренними и стерегли как просторные залы, так и тесные коридоры, в которых двоим не разойтись. Обычные и решетчатые двери задержали бы целую орду нападающих. В пустотах под полами, скрытые хитрыми люками, поджидали незваных гостей выложенные камнем ловчие ямы с длинными штырями на дне. Дыры-убийцы в потолках с угрозой глядели на ступени уходящих вверх и вниз узких лестниц.
Через пару минут осторожных странствий мы оказались в кабинете барона — большой комнате с рассохшейся, покосившейся мебелью. На полках шкафов под залежами пыли угадывались остатки изъеденных жучками книг и истлевших свитков. На стене за письменным столом висел декоративный щит с мерзкой харей, равной которой по отвратительности мне видеть не доводилось.
— А вот и сам Вертс, — сказал Аврелий. — Любил покойничек свои изображения.
— Святые великомученики! — опешил я. — Кем же были его предки?
— В роду кого только ни попадалось! И гноллы, и орки, и полугоблины, и чистые гоблины… Вертсы словно соревновались друг с другом в оригинальности, когда доходило до выбора супруга или супруги. И так тянулось веками, пока терпение богов не лопнуло, и они не наказали всю фамилию ослаблением чадородия. Последний хозяин замка вовсе не имел детей. Не считая тех, что уворовывал у соседей и собственных крестьян для опытов и просто издевательств.
Под щитом с харей разинула пасть двустворчатая дверь. Лестница за ней вела под землю.
— Лаборатория там? — спросил я.
— А где ей быть, — дернул плечом Аврелий. — Не в зале же для приемов.
— Ты неплохо ориентируешься здесь…
— Побывал однажды по приказу Тодда. Мы разыскивали пропавшего брата Варми, и Вертс был настолько любезен, что впустил нас без пререканий. Но, как выяснилось, младшего Варми похитил не он.
— Видимо, потому и впустил так охотно.
Маг направился к двери. Псы озабоченно заскулили: нам за тобой идти или вперед? Аврелий посмотрел на них, собираясь отдать команду, и тут мне внезапно опять стало дурно. Как при взгляде на знак на границе баронских земель, только не так сильно. Перед глазами поплыли неясные, но однозначно угрожающие картины.
— Стой! — прошептал я, хватаясь за стол. — Внизу западня. Мокиаха уже нет в лаборатории.
— С чего ты взял? — спросил маг, тоже понижая голос до предела слышимости. — Он говорил с нами оттуда.
— Говорил, говорил! А потом слинял. Ты думаешь, у такого парня, как барон, не было потайного хода за стену замка на случай, если ему прищемят хвост?
— Понятно, был! И не один, а целых три. Так я их все нащупал и перекрыл заклятьями.
— А они у тебя непробиваемые для чего угодно? Сам мне втирал об уникальности некромантов! Мокиах мог лишь начать разговор из лабы, — а потом оставил там какую-нибудь вещательную херь, и дальше трепался уже на бегу.
Аврелий засопел, подумал ровно секунду — и понял, что я прав.
— На улицу! — крикнул он. — Похоже, не только лаборатория — весь замок западня!
Псы рванули к выходу. Мы помчались следом, а под землей уже что-то рявкало, фыркало, плотоядно урчало. Я вышибал захлопывающиеся перед носом двери дубиной. Аврелий сперва блокировал коридоры за нами заклами, но вскоре бросил. Тут столько разных переходов, что тварь из подземелья все равно найдет себе лазейку.
Выбравшись наружу, мы вскочили в седла и
