заклинание, давя жабу прежде, чем она задавит нас. Потому что маны уйдет как на включение сети радаров по всему Мировому Острову.
Результат меня сначала несказанно удивил, а потом вверг в уныние. Ошибка! Выходило, что Айк находится в Зальме, в харчевне рядом с ратушей, в двух шагах от гостиницы. Но этого не может быть! Я уже собрался врубить радары повторно, и не поступил так немедленно лишь по причине высокой цены попытки. Нет уж! Сперва я проверю полученные данные, пусть даже буду чувствовать себя при том по-идиотски. Заодно ноги разомну, что неплохо.
Я вышел из гостиницы, пересек наискось улицу и вошел в харчевню. Провалиться мне! Там за столом в углу сидел Айк.
Обслуга и посетители не обращали на него внимания. Хотя все горожане знали друг друга, и появление незнакомца не могло остаться незамеченным. Кем видят окружающие моего приятеля, что так равнодушны? Стоит ли обниматься с ним у всех на глазах? Айк пошутить никогда не прочь, а зальмовцы не только на редкость добродушны, но и повеселиться любят. И может случиться так, что наша встреча станет для местных дежурной хохмой на десятилетия.
— Личину можешь снять, — сказал я, подходя к столу и усаживаясь на скамью. — Я тебя представлю, отрекомендую, и все что захочешь.
— Ты так любезен! — обрадовался Айк. — Только тебя и ждал, чтобы раскрыть инкогнито. Поспрашивал у народа — сообщили, что сидишь в гостинице. Думаю: не век же будешь сидеть? Рано или поздно выйдешь.
— Как ты тут оказался?
— Да тебя же поприветствовать пришел! Дружественные духи нашептали мне, что ты неподалеку от цивилизованных земель, но покидать Гинкмар пока не намерен. А встретиться хотелось. Вот я и…
— Ничего себе, у тебя осведомленность! Да, решил задержаться, хотя меня от этого Гинкмара тошнит уже. Дела надо закончить кое-какие, дабы отправиться на восток без груза невыполненных обязательств на совести. Я их сам себе навязал, но они от того лишь крепче.
— Благоденствие Анзенкама тебе покоя не дает? Планируешь сделать из него копию Онуфрия?
— Нет, слугу Собирателя душ я хочу видеть только в Мире Теней. Гвардия Зальма меня поддержит. Есть мысль, как пробраться в замок вампира и сломать защиту изнутри. Однако по закону подлости не обошлось без непредвиденных обстоятельств…
Узнав о сидящем во мне эфемере Велиара, Айк изумленно округлил глаза:
— Тут даже не знаю, что и посоветовать. Я не боюсь, как зальмовский лекарь, — но правда не знаю. Возможно, придуманный им способ сработает, и ты сможешь подчистить сознание с выгодой для себя, прежде чем расколотая сущность осознает, что ее жрут заживо.
— Я не собираюсь делать это «прежде чем», — сказал я. — Просто буду делать. Если сущность займется самовосстановлением, тем лучше. Тем больше уникальных для смертного умений получу. Допустим, тень Велиара — это процентов десять от него самого. Не верю, что ей так легко удастся сгенерировать остальные девяносто, или хотя бы восемьдесят, семьдесят. Откуда она их возьмет? Она и судить о них будет способна лишь по наличным десяти. От которых вскоре останется девять, восемь, а потом семь процентов… Короче, коли тень проснется — открою с ней соревнование. И посмотрим, кто шустрей окажется: я по пожиранию или она по восстановлению. Я после побега из ополчения привык по лезвию ножа ходить. И не вижу, для чего мне меняться.
— Допустим, чтобы прожить подольше? — предположил Айк.
— А нахрена? Жить надо хорошо, а не дольше. Тогда и получится, что ты жил долго, потому что жизнь была насыщенной. В моем мире люди вечно не живут, а в Версуме — не живут непрерывно. Как ни берегись, придется пройти через Мир Теней, испытания и перерождение, если бессмертия не достигнешь. Я от традиционного бессмертия отказался, а что есть бессмертие трижды проклятых и насколько оно ценно — еще не понял. Думаю, весьма ценно; однако его ценность пока для меня абстрактна. Я не знаю, можно ли потерять мое бессмертие, как ты потерял обычное. Дрожать над ним как над сокровищем не научился. Так что остаюсь на прежних позициях.
— Что ж, оставайся. Не собираюсь набиваться тебе в учителя.
— А на Анзенкама со мной пойдешь?
— Отчего б не сходить. Самое малое — увижу, не потускнела ли твоя звезда удачи.
— Тогда отрывай задницу от скамейки. Познакомлю тебя со здешним начальником стражи. Он всяко-разно узнает, что в городе чужой. Так пусть узнает от меня. Городскому совету тоже следует сообщить, что у меня появился помощник.
Мы заскочили к Тодду, в ратушу, разыскали Аврелия, забрали из темницы некроманта, и вскоре уже выезжали из Зальма, как несколькими днями ранее, и почти в том же составе. Только место Джейн в отряде занял Айк.
— Не раскроет ли господин, какую работу я должен выполнить? — спросил меня Мокиах, когда остановились на первую ночевку. — Хотелось бы начать готовиться заранее…
— Там не к чему особо готовиться, — ответил я. — Дело простое. Ты призовешь призрак одного разумного из Мира Теней. На том месте, где я его убил. Я точно знаю, что у тебя получится: такие ребята, как наш будущий клиент, быстро не перерождаются. Ну вот — ты его призовешь, а потом им займусь я. Потом опять ты. Сделаешь все правильно — получишь плату и сможешь убраться куда хочешь. А не сделаешь…
Я накинул на некроманта кокон страданий. Все равно его следовало на ком-то проверить. И заодно подтвердить свое могущество. А то вдруг некрос в нем усомнился бы.
— Не-е-ет, господин! — завопил Мокиах. — Я сделаю!!!
— Что ты визжишь будто кастрируемый хряк? — поморщился я. — Это всего лишь демонстрация. Но замечательно, что кокон тебе знаком. Знай: задумаешь схитрить, схалтурить или сбежать — достану где угодно, суну в эту херовину и буду лечить от глупости целый год. А посему не дури и потрудись качественно.
Мокиах разразился клятвами в усердии, послушании — да хоть в вечной верности! Пламенными и неподдельно искренними, несмотря на нестандартные формулировки. Вот так под влиянием момента и
