Ты что, ревнуешь?
Что делать дальше, было непонятно. Она стояла у трапа, постаравшись напустить на себя вид равнодушный и независимый, но с каждой минутой ее желание сбежать или влепить Максиму пощечину нарастало. Как мог он бросить ее стоять тут одну? Его так раздосадовали ее вопросы о матери? Или то, что она имела глупость его пожалеть?
– Hello! I’m Clarissa. How was your flight?[10] – Кларисса оказалась первой, кто счел нужным подойти к ней. Она протянула руку и пожала Арине робко шевельнувшуюся в направлении к ней ладонь. Само радушие и дружелюбие. И помимо воли Арина ответила на эту улыбку своей – жалкой и вымученной.
– Я… извините, я не говорю по-английски, – пролепетала Арина.
– You must be Irena[11], – Арина впервые услышала свое имя в этом странном англоязычном исполнении. Белокурая Хельга предпочитала никак не называть свою подопечную, пока ту массировали, стригли и эпилировали. Кларисса, напротив, демонстрировала искренний интерес и радость от встречи.
– Да. Yes, – кивнула Арина, и Кларисса немедленно взяла ее в оборот. Несмотря на то что Арина не понимала ни слова из того, что Кларисса ей говорит, та продолжала делать это с невозмутимым и царственным видом. Она схватила Арину под руку и потащила куда-то в сторону здания аэропорта. Но выяснилось, что они идут не туда, а к припаркованному неподалеку угольно-черному блестящему «Роллс-Ройсу», возле которого «парился» в форменной одежде шофер.
– James! – кивнула ему Кларисса, и тот бросился открывать двери и рассаживать драгоценных пассажиров по салону. Арина в очередной раз испытала приступ глупой и необъяснимой неловкости, когда водитель подал ей руку и с подчеркнутой вежливостью, весьма торжественно помог ей сесть на заднее сиденье. Арина оказалась возле окна, прямо за водительским сиденьем. Максим сел с другой стороны, а Кларисса, таким образом, оказалась прямо между ними. Она щебетала и смеялась, Максим отвечал ей что-то, и было видно, что они знакомы не первый день.
И что они – люди одного круга, тоже сразу бросалось в глаза.
– Мы отвезем тебя домой, – вот, пожалуй, единственная фраза, которую бросил ей Максим за всю дорогу. Охлажденный салон автомобиля – очередная комфортная клетка, в которой он собирался ее держать?
– Что ты имеешь в виду? Ты отвезешь меня в Кузьминки? – тихо усмехнулась Арина. Легкая гримаса неудовольствия на мгновение исказила его черты.
– Я отвезу тебя к себе домой.
– Хм, интересное предложение, но я его, пожалуй, не поспешу принять. – Как с обрыва прыгнула в холодную воду. – Я хотела бы посмотреть город.
– Нет, – коротко бросил Максим и отвернулся к окну.
– Нет? – Кларисса сидела между ними и переводила взгляд с одного на другую. Тяжело, наверное, находиться под перекрестным огнем взбешенных людей.
– И что же, ты запрешь меня?
– Если понадобится, то еще и свяжу, – и Максим жестко ей улыбнулся.
– Поживем – увидим, чем все это кончится, – не осталась в долгу Арина.
– Ты решила потеряться в городе и нарваться на какие-нибудь неприятности? – процедил сквозь зубы Максим. – Думаешь, я позволю тебе?
– What’s going on, Maxi?[12] – Кларисса вежливо улыбалась, но глаза ее сузились, взгляд, каким она смотрела на Максима, был осуждающим. Неужели же на земле есть люди, которые не падают перед ним ниц?! Арина вдруг почувствовала, что Кларисса ей нравится.
– She wants London![13] – Максим развел руками, и Арина с изумлением поняла, что спорить с Клариссой он не будет. Вот это да! Кларисса радостно улыбнулась и закивала. Она принялась тараторить что-то, и в ее речи проскальзывали смутно знакомые Арине слова – Гринвич, Ватерлоо, Даунинг-стрит и Биг-Бен.
– Отлично! Отлично! – Максим имитировал такое же радостное возбуждение, каким сияло лицо Клариссы. – Идите глазейте на всю эту вашу банальщину. Я не против, если она готова таскаться с тобой.
– А я с удовольствием потаскаюсь с ней! – подхватила Арина, и Кларисса на всякий случай улыбнулась ей и закивала. – Все равно твое общество мне наскучило.
– Вот как? – Максим стрельнул в собеседницу испепеляющим взглядом. – Что ж, великолепно! Давайте развлекаться! Кларисса покажет тебе все эти глупости, к твоим услугам зрелище толп туристов, жующих хот-доги, которые мы называем тут сэндвичами. А потом я тоже хочу приобщить тебя к Лондону. Я покажу тебе все места, где были найдены тела жертв Джека Потрошителя. Хочешь?
– А ты как думаешь? Конечно, хочу. – И Арина зловредненько засмеялась.
– Maxi! – Голос Клариссы зазвучал строго, и, к вящему удивлению Арины, тот недовольно проворчал что-то себе под нос и отвернулся к окну. Определенно, с Клариссой стоило подружиться.
Лондон оказался восхитительным и совсем не требовал перевода. Кларисса решила все за нее и за Максима, что, определенно, совсем его не порадовало. Они долго препирались в машине, после чего Максим хмуро буркнул, что все равно у него по уши дел и он не вернется до самого вечера, так что Кларисса может делать с его молодой любовницей все, что пожелает, раз уж она ей так нравится.
– Что… ты хочешь этим сказать?! – напряглась Арина, ибо сказал он все это по-русски, обращаясь непосредственно к ней. Помимо грубости тона, самый смысл фразы был двусмысленным и непонятным. Однако ответ был еще того хуже.
– Кларисса любит самые смелые эксперименты. Вот кто истинный либерал, – нежнейше улыбнулся Максим и оставил дам наедине. Он просто вышел на каком-то из светофоров, бросил по-английски последнюю фразу и скрылся за поворотом.
Кларисса – лесбиянка? Она, Арина, нравится Клариссе?
Определенно, Кларисса не знала, что сказал ей Максим. Она улыбалась и щебетала, выразительно жестикулируя. Периодически машина останавливалась, и они выходили, чтобы осмотреть то Трафальгарскую площадь, то чтобы пробежаться по магазинчикам на Оксфорд-стрит, примеряя платки и сумки. Через короткое время Арина привыкла, что Кларисса без остановки болтает, и нашла ее голос весьма музыкальным.
Какие еще связи есть между Клариссой и Максимом?
Арина смотрела на величественные своды Вестминстерского дворца – самого узнаваемого в мире здания парламента – из-за Биг-Бена, конечно. Даже Арина, по сегодняшний день никогда и нигде не бывавшая, узнала Биг-Бен с первого взгляда.
– Cheese! – воскликнула Кларисса и уже в сотый раз навела на Арину свой изящный мобильный телефон. Арина подумала: «Ну вот, теперь и у меня есть фотография на фоне этой башни. Нелька умрет от зависти». А потом вдруг представила себе Максима и его горящие глаза, когда он смотрит на нее и Клариссу в объятиях друг друга. Арина похолодела. Вдруг он хочет именно этого? Но это невозможно!
