Тогда это бы прозвучало совершенно по-дурному, в стиле деревенского дурачка. «Делаю это с помощью ци»? Местные не имели понятия, что такое ци. «Выбираю подходящий камень»? Это было бы чистой правдой — но скучной и оскоплённой, не передающей и тысячной доли всей полноты картины.
Фенг действительно пробовал камни на вкус. Он не кусал их, не лизал, не глотал и не грыз. Он сидел на каменной отмели посреди реки, на куче округлых обточенных водой камней, выбирал каждый из них, окутывал своей ци и постигал его внутреннюю суть. И кто знает, почему попытка прощупать камень ци из ладони вызывала именно вкусовые ощущения?
— Эй, Фенг! Чем ты там занимаешься? — раздалось с берега. — Выбираешь, ха-ха, оружие против водного духа?
Он закатил глаза. Ну вот, стоило пойти на реку, как тут же начала собираться вездесущая детвора. Он-то думал, что на этот раз никто не придёт — зрелище ныряющего Фенга всем давно приелось, утратило новизну, так что на созерцание его смерти в пасти речного хозяина народу являлось всё меньше и меньше.
— Иди в задницу! — находчиво ответил Фенг.
— Ну и сиди там, дурак! — обиделся Бокин и действительно пошёл прочь.
Фенг ухмыльнулся. Поединок разумов, говорите? Нужно выбирать подходящее оружие!
Один из камней, который он ухватил ладонью, показался отличающимся от других. Фенг закрыл глаза и сосредоточился на на нём ещё сильнее. Камень имел очень плотную структуру и словно состоял из множества волнистых, перемешанных между собой слоёв, он вызывал ощущение прочности и надёжности. Фенгу и раньше попадались подобные камни, только либо гораздо меньше, чем ему надо, либо неподходящей формы.
Ухмылка Фенга стала ещё шире, превратившись в довольную улыбку. Похоже, это то, что надо! Он оглянулся — скорее по привычке, а не из необходимости, ведь зрение и ощущение ци показывало всё живое вокруг. Никого рядом не было — Бокин удалился достаточно далеко, а у остальных сидящий на груде холодных камней деревенский дурачок интереса не вызывал.
Поэтому он потянулся к ци и выпустил её сквозь пальцы.
— У меня есть ци. И этого действительно достаточно.
До сих пор он не мог привыкнуть к тому, как легко и податливо подчиняется собственная ци, какой сильной и одновременно гибкой она стала. Из зажатого в руке камня посыпалась струйка песка, причём, чем дальше, тем быстрее и быстрее. Прошло лишь несколько мгновений, как в центре очень тяжёлого и невероятно твёрдого камня возникло круглое идеальное отверстие с блестящими гладкими стенками. Фенг поднял заранее заготовленную палку и сунул в отверстие. Палка оказалась слишком тонкой и зашла в отверстие слишком глубоко. Можно было, конечно, поискать более толстую палку. Или запихнуть вовнутрь бамбуковых щепок, чтобы расклинить палку и крепко закрепить внутри камня. Ну а можно — просто примотать верёвкой. Фенг выбрал четвёртый вариант.
Камень, в который он направил ци, словно подёрнулся волной и немного сжался, плотно охватывая палку и намертво зажимая её внутри. Фенг посмотрел на получившийся инструмент и довольно улыбнулся. Тот походил даже не на молот, а на тяжёлое кайло, как на иллюстрации в одном из прочитанных свитков.
Фенг взмахнул им и изо всех человеческих, без использования ци, сил, ударил по скальному выступу. Брызнула каменная крошка, больно ударяя по голым ногам, а в том месте, куда пришёлся удар, образовалась заметная выемка. Фенг внимательно осмотрел кайло и удовлетворённо отметил, что выбранный с помощью ци камень оказался очень прочным и подходящим для создания самых крепких инструментов.
— Мастер Йи, вы только подождите, скоро у вас появится новый подмастерье!
Ведь как гласила мудрость, изречённая когда-то великим мыслителем Ханем Нао: «Кисть может разить больнее, чем Звёздная Сталь». А ещё больнее может разить хорошая тяжёлая каменная кирка!
Глава 13, в которой герой познаёт силу слов, недостатки славы и пользу грибов
Если делать что-то странное один раз, тогда на зрелище сбежится вся деревня. Если пять — зеваки обязательно найдутся, но их окажется значительно меньше. Десять — даже самым нетерпеливым станет скучно, они найдут себе занятие повеселее, чем отрывать задницу от работы, игры, от ещё чего-нибудь нужного или интересного.
Со своими ежедневными ныряниями Фенг давно перестал быть достопримечательностью, а превратился в нечто обыденное, типа заката и восхода солнца. Дождь льёт, Йи куёт, солнце светит, Фенг бегает и ныряет, холодный горный ветер дует, а старик Яо плетёт свои корзины — всё привычно и размеренно, как заведено богами с незапамятных времён.
Фенг старался не разочаровывать, предоставив деревенским себя в качестве образца обыденности и постоянства. Поэтому, как только сошёл лёд, он направился на реку, чтобы наловить свежей рыбы, ну а заодно проверить новый гарпун, наконечник которого он сделал из того же камня, что и кайло.
Минувшая зима, несмотря на выворачивающую челюсть скуку, прошла очень плодотворно. Фенг наконец-то открыл третий даньтянь, а потом самоотверженно трудился, чтобы вернуться к былому уровню силы. Как оказалось, затея с опустошением всей ци и с новым сбором её до упора, до кровавых пятен из глаз, оказалась плодотворной выше всяких ожиданий, пусть он сам себе стал напоминать Мо Вэя по прозвищу «Чёрный обрыв» — злодея из кристаллов, который использовал метод культивации ци, требующий регулярного причинения себе боли. Только, в отличии от Мо Вэя, болью Фенг ни капли не наслаждался!
Зато теперь Фенг получил возможность поочерёдно тренировать каждый из даньтяней, до упора утрамбовывая ци в два из них, пока третий отдыхает и восстанавливается. Фенг не знал, то ли он привыкает, то ли сходит с ума, то ли открыл какой-то особый секрет тренировок, но со временем боль притупилась и практически ушла, превратившись в почти приятное тянущее ощущение хорошо сделанной работы.
Хань Нао в достаточной мере пересмотрел кристаллов и перечитал свитков, чтобы знать, что существует двенадцать уровней культивации, имеющих три степени мастерства, низкую, среднюю и высокую. И что для перехода с уровень на уровень требуется не только преодолеть бутылочное горлышко, но и пережить Небесное Воздаяние — поток смертельных молний, которые Небеса слали тому, кто решался сделать им вызов.
Но сколько Фенг ни старался, он не только не мог ощутить это самое горлышко, ему не только не пришлось пробивать невидимый барьер, так и гром с молниями он видел только во время грозы. И это значило только одно — требовалось многократно увеличить усилия. Ведь, по словам отца, учитель был сильнее Бао Сяо, а ведь тот достиг предпоследней стадии Трансформации Души. Это значило, что учитель находится, как и положено грандмастеру,
