как его смогли обнаружить на пляже в Эль Пуэрто, где он получил ранение в ногу. Поэтому, смартфон, очищенный от «шпиона», я вернул одесситу, посоветовав почаще «разевать варежку» и обмывать каждую встречу с однокашниками, тогда удача еще не раз ему «улыбнется».
— Пьянству — бой! — Иванчук по достоинству оценил мой сарказм, подводя итог всему сказанному.
— Вот и ладненько, будучи в трезвом уме и при светлой памяти — займи пост у амбразуры, а ребята пусть идут отдыхать, — мне не нравилось, что подростки толкутся возле окон. Кто мешает бандитам открыть огонь из джунглей, где их трудно разглядеть.
— Саныч, а ты как думаешь, в этом подземелье есть еще что-нибудь кроме тех долларов? — спросил меня Иванчук, не отрываясь от амбразуры, — я хорошо изучил тему и точно знаю, что золото было вывезено из страны еще до окончания боевых действий. А раз вывезли за границу, значит оно должно быть где-то спрятано. Полтавский не просто так указал координаты этого подземелья. В интернете об этом острове очень мало информации, я только установил, что он принадлежит частному лицу, но никаких упоминаний о самом владельце.
— Да, я тоже пытался разобраться, кому он принадлежит, но «обломился», вся информация заканчивается на том, что он был приобретен новым хозяином в конце войны, — подтвердил я, — как-то интересно сведения «зачистили» в западном сегменте интернета. Видимо, это кому-то было нужно. А вообще, я думаю, чтобы ответить на твой вопрос, надо просто полностью обыскать подземелье.
— Михалыч, не пора ли нам посмотреть, что у нас там? — указал я на люк, который недавно освободили от растяжек, — Серхио и Мигель присмотрят за окрестностями, а мы с тобой продолжим осмотр. Надо ведь Сергею дать конкретный ответ на его вопрос, — подмигнул я Иванчуку.
Что-то мне подсказывало, что нам предстоит еще многое узнать о нашем временном пристанище. Приподняв вдвоем тяжелый металлический люк, закрепили его в открытом положении и спустились вниз. Перед нами снова открылась лестница, отлитая, как и все в подземелье, из бетона. Осторожно шагая по ступеням, мы убедились, что она вела, довольно-таки, глубоко вниз. Судя по количеству ступеней, мы спустились уже на уровень спального помещения, когда перед нами появилась металлическая дверь, похожая на входную, с таким же маховиком и рукояткой. Собровец, который шел первым, остановился и поднял руку.
— Подожди Саныч, я проверю на мины.
— Хорошо, — я снова доверился профессионализму моего компаньона.
— Ну что, крутим? — осмотрев дверь, Липский взялся за рукоятку, — маховик безопасен, растяжек нет.
— Давай Михалыч, — сказать по честному, мне уже до чертиков надоели все эти двери, замки, «сюрпризы», надо было заканчивать исследование бункера.
Когда Липский закончил вращать маховик, дверь чуть подалась в нашу сторону буквально на полсантиметра, механизм оказался щедро смазан. Собровец, не торопясь, проверил проем на наличие «неприятностей», ничего не обнаружил и потянул дверь на себя. Мне показалось, что я почувствовал легкое дуновение ветерка. «Черт. Это что, выход наружу? — в моем сознании такой вариант не укладывался, — по идее, выход должен быть еще ниже». Но за дверью оказалось большое подземное помещение прямоугольной формы с высокими потолками. В комнате было темно, но наши фонари, вырывали из темноты бетонные стены, пол и потолок. Возле дальней стены виднелись деревянные ящики, очень похожие на оружейные.
— Тс-с-с, — Липский обернулся ко мне, прижав палец к губам и показал на открытую вентиляционную решетку и лестницу под ней.
Прислоненная к стене металлическая лестница, наводила на мысль, что в канале вентиляции может кто-то находиться. Учитывая, что дверь открылась без малейшего скрипа, а сами мы еще не успели нашуметь, даже, если кто-то и прятался в вентиляционном канале, то нас он услышать не мог. Мы прислушались, действительно, в вентиляции было слышно скрежетание по металлу и чье-то сопение, потом раздался громкий щелчок и вздох облегчения. Ждать дальнейшего развития ситуации мы не стали. Находясь под прикрытием бронированной двери, мы направили свое оружие на вентиляцию, и я приказал неизвестному выползать из канала, выбросив оружие.
Глава 20
Снова продолжаю рассказ от своего имени.
От неожиданности я выронил монтировку и, схватившись за край вентиляции, резко бросил свое тело вперед, в нишу, которая открылась передо мной за решеткой. У меня перехватило дыхание. «Как бандиты смогли проникнуть в бункер? — эта мысль лихорадочно промелькнула в голове, — надо как-то предупредить наших». Я оказался на полу в небольшом коридоре, который шел перпендикулярно вентиляционному каналу. Пригибаясь, я побежал по коридору, заворачивающемуся влево. Каждую секунду ожидая выстрелов вслед, сжимался от ужаса, но стрельбы не было, только в ушах громко раздавалось буханье сердца подобно раскатам грома. За поворотом посветлело. Этот свет показался мне выходом из ловушки и спасением от всех проблем. Добежав до освещенного участка и увидев провал в стене, бросился туда. Думать о том, что может быть за ним, времени уже не оставалось, и я покатился вниз со скоростью колобка, убегающего от медведя.
Единственное, что успел сделать — это сгруппироваться, как учил меня Липский во время наших с ним тренировок. Собровец, кроме обучения точности стрельбы по тарелочкам, давал мне уроки рукопашного боя. И первое, чему он научил — правильно падать и перекатываться после падения. И вот, такой весь сгруппированный, я качусь вниз по крутому склону. Перед глазами у меня поочередно мелькает голубое небо, зеленая трава и серый песок. Продолжалось мое падение недолго, может пару минут. Но за это время успел ободрать оба уха, локти и колени. Мой тактический «прикид» с катастрофической скоростью превратился в живописный наряд БОМЖа, а вестибулярный аппарат дал серьезный сбой.
— Стоять! — в бок уперся чей-то ботинок, — ты кто, чумазый?
Уткнувшись лицом в траву, я не видел говорившего, но голос был знакомый и говорил он по русски. Кое-как оторвавшись от мягкого газона, я поднял лицо и увидел перед собой Мерзкого. Вот уж кого мне совсем не хотелось бы сейчас видеть.
— Ты кто? — повторил Мерзкий, — откуда катишься? Подожди… — он нагнулся и приподнял мое лицо пальцами за подбородок. — слышь чо, ты Максим… нет, Макар…
— Марк. Я — Марк, — смысла скрываться не было, Мерзкий меня уже узнал, — я здесь случайно…
— Слышь чо, а я английская королева и приехал сюда посмотреть Марлезонский балет, часть вторую, нах… — бандит криво усмехнулся, не отпуская моего лица, — так вот, кто нам дорогу перешел. Ты с кем здесь, с дедом?
— Один, — ничего умного в голову не пришло, я ведь не предполагал, что могу встретиться вот так лицом к лицу с бандитами, — мы в Никарагуа собирались на охоту, —
