мочой.
Холодный воздух ворвался внутрь, снег закружился у ног Виггинса.
Лиам присел за стенкой шкафа для одежды, М4 поднят и прижат к плечу, готовый к бою.
Бишоп проскользнул через кухню в гараж. Ему предстояло выйти через боковую дверь и обойти их с фланга, пока никто не догадался, что он там.
Квинн присела на корточки с противоположной стороны от входной двери, вне поля зрения. Она держала «Беретту», которую он ей дал, и целилась в Виггинса.
Лиам проинструктировал Квинн не вмешиваться, если в этом нет крайней необходимости. Одна только угроза ее пистолета Виггинсу позволяла держать в узде такого слабого, плаксивого человека, как он.
Послушается ли она — это уже другой вопрос.
— Что вам нужно? — Голос Виггинса прозвучал высоко и визгливо.
Лиам напрягся. Если Виггинс выдаст их, то ему конец.
— Я Лютер, — назвался человек. — Я здесь, чтобы поговорить с Лиамом Коулманом.
— Его здесь нет, — заикаясь, произнес Виггинс. — Я один. Совершенно один.
— Я единственный, кто в курсе. Я дежурил, когда увидел, как ваши люди пробрались внутрь. Я не доложил об этом. Я не стрелял в вас. Поверь мне, ты бы знал. Я не промахиваюсь.
— Вы явно не слушаете. Здесь никого нет. Я понятия не имею, о чем вы говорите. Я просто сидел за приятным ужином, пока меня так грубо не прервали.
— У меня есть важная информация для тебя, Лиам, — настойчиво продолжал Лютер. — У тебя нет причин доверять мне, но у меня нет необходимости приходить сюда без веских мотивов. Это я подвергаю себя риску, и ты это знаешь. Мы можем быть полезны друг другу.
Лиам тихо выругался. Он стремительно вышел из-за стены. Не сводя глаз с Лютера, он ударил Виггинса по ногам.
Виггинс упал, как мешок с картошкой. Приземлившись на задницу, он издал изумленный визг, как поросенок.
Виггинс больше не загораживал обзор. Лиам сделал два быстрых шага вперед, его ребра заныли в знак протеста. И направил М4 в лоб Лютеру, прямо между глаз.
— Зайди внутрь. Сейчас же.
Лютер выглядел ошеломленным. Его руки инстинктивно потянулись к оружию. Он был вооружен M4, пистолетом и боевым ножом. Карабин висел на перевязи.
— Не очень хорошая идея, — заметил Лиам. — Держи руки так, чтобы я их видел.
Лютер поднял руки вверх.
— Я один.
В пятнадцати футах позади Лютера справа Бишоп вышел из тени гаража. Он стоял лицом к улице, расхаживая взад-вперед, ища кого-нибудь еще, скрытого в темноте. Снежные хлопья срывались с черного неба, заслоняя видимость.
Это могла быть засада или уловка. Если так, то решение не самое умное. У превосходящих сил ополчения хватало и более простых способов уничтожить несколько вражеских целей.
Тем не менее, Лиам оставался настороже. Каждый его нерв был напряжен, все чувства приведены в состояние повышенной готовности. Он взмахнул стволом М4.
— Вперед.
Лютер двинулся. Он поспешил в дом, размазывая снег. Топнул ботинками по входному коврику. Квинн закрыла дверь, и Лиам провел ополченца в гостиную, где обыскал его и конфисковал оружие.
Шторы были задернуты. Никто не мог заглянуть внутрь. Бишоп оставался на страже. Из окон гаража он хорошо видел улицу и двор.
Виггинс украдкой двинулся в сторону кухни, пытаясь сбежать через заднюю дверь.
Квинн подняла свою «Берретту».
— Э-э-э. Даже не думай об этом.
Лиам вытащил пару стяжек из своей нагрудной сумки и бросил их Квинн.
— Свяжи его.
— С удовольствием, Росомаха. — Квинн помахала стяжками перед Виггинсом. — Пора надеть поводок.
— Я сделал то, что вы просили! — захныкал Виггинс. — Почему я…
— Ты проверяешь мое терпение? Потому что я ненавижу тесты. Обычно я их проваливаю.
С болезненным вздохом он протянул свои запястья. Квинн застегнула руки Виггинса за спиной и толкнула его на кухонный стул, чтобы не мешал.
Лиам не сводил глаз с их гостя.
— Выкладывай. Соврешь хоть раз, и я гарантирую, что ты отсюда не выйдешь.
Лютер кивнул, выражение его лица было серьезным.
— Саттеру надоело играть в игры. До сих пор ваш суперинтендант держала его в узде, но теперь это уже не так. Я не знаю, отдает ли она приказы или он решил перестать их выполнять. Он хочет, чтобы вы все умерли. Его не волнует побочный ущерб. Его не волнует, что весь город сгорит.
— Мы это уже поняли. — Голос Квинн оставался хриплым от вдыхания дыма. — Попробуй еще раз, Эйнштейн.
— Они собираются атаковать на рассвете. Сегодня был просто предупредительный выстрел, попытка выманить вас легким путем. Это не сработало. Теперь они придут с оружием наперевес и убьют любого, кто встанет у них на пути.
Лютер посмотрел на Лиама.
— У нас есть приказ убить тебя и Бишопа. Но не только вас. Дейва Фарриса, Аннет Кинг, Майкла Дункана и его сына. Молли Денг. Коринну Маршалл и ее сына Джонаса. Всех, кто подозревается в пособничестве бунтовщикам или поддержке антивластной пропаганды. Саттер объявил, что ополченцы полностью берут на себя охрану правопорядка. Труитт уже мертв. Рейносо, Хейс и Перес в списке на ликвидацию.
Лицо Квинн потеряло цвет.
— Бабушка.
У Лиама сжалась грудь. Он подумал о маленькой Шарлотте с Молли. Одна старая женщина и ружье против маленькой армии.
— Саттер перерезал бы весь город в их постелях — мужчин, женщин и детей, — если бы думал, что это даст ему преимущество.
— А Ноа знает? — спросила Квинн. — Он никогда бы этого не допустил!
— Он никогда не контролировал ситуацию, — возразил Лютер. — Теперь это игра Саттера.
Лиам покачал головой.
— У нас нет причин верить тебе. И полно причин не доверять.
— Не сомневался, что ты это скажешь. — Лютер посмотрел мимо Лиама, заглядывая дальше в дом. — Ханна Шеридан здесь?
— Что тебе от нее нужно?
Лютер нервно облизнул губы.
— Думаю, она заслуживает, чтобы услышать то, что я хочу сказать.
— Не верь ни слову из того, что он говорит, — предупредила Квинн. — Он лжец.
Лютер напрягся.
— Я не лжец.
Квинн бросила на него презрительный взгляд.
— Значит, просто вор-убийца?
— Я выслушаю его, — раздался голос позади. Ханна появилась на вершине лестницы. Она прошла справа от Лиама, Призрак следовал за ней. Пес поднял голову, оскалив зубы.
Встревоженный, Лютер сделал непроизвольный шаг назад. Его взгляд метался от Ханны к огромной собаке. Ополченец чувствовал себя чертовски неуютно.
Лиам сжал челюсти. Хорошо. Пусть поёрзает.
— В чем дело? — спросила Ханна. — Что ты хочешь рассказать?
Лютер сглотнул.
— Это сделал я, мэм. Я поджег дом шефа Шеридана.
Глава 51
Лиам
День пятьдесят четвертый
— Я выполнял приказ, — заикаясь, выдавил Лютер. — Это не оправдание…
— Нет, не оправдание, — резко заявила Ханна.
У Лютера
