Они добирались до порта Думбартон целый день. Там кипела бурная деятельность. Дейдре с восхищением смотрела, как матросы с купеческого судна бросают на причал канаты и ловко пришвартовываются к пирсу, разворачиваясь бортом. С корабля спустили трап, и, к удивлению Дейдре, по нему с мычанием прошло около двадцати коров, которых подгоняли криками и щелчками бичей.
– Откуда их везут? – поинтересовалась Дейдре.
– Наверное, с севера, – ответил Гилеад. – Габран хотел сам разводить крупный рогатый скот, но вряд ли он решится. С овцами куда легче.
По набережной грузчики тащили тюки с шерстью на борт неуклюжего пузатого торгового корабля. Неподалеку от торгового судна Дейдре увидела узкую длинную галеру, на которой они и должны был и добраться до Эйре. Дейдре смотрела на корабль с благоговейным ужасом. В прошлый раз она пересекла канал на утлом рыбацком суденышке, в котором едва поместились все люди. К счастью, ветер был слабый, вода – спокойная, потому что они подскакивали то вниз, то вверх даже па маленьких волнах. И на берег вышли зеленые от морской болезни.
А это – настоящая галера. Около ста футов в длину, с, узким корпусом, изящно изогнутым носом, украшенным бронзовой отделкой. Просмоленное дерево так и сияло в лучах утреннего солнца. Когда они взошли на борт, Дейдре заметила, что галера отличается от военных кораблей ее кузена. Там гребцы находились внизу и сидели в несколько рядов друг под другом. Здесь же на палубе стояло дюжины две скамеек, на каждой были места для трех человек.
– Все эти усовершенствования делают корабль более маневренным? – спросила она Гилеада.
– Да, и более быстрым. Если будет попутный ветер, мы доберемся до Эйре к завтрашнему утру. – Он подал ей руку и помог спуститься в трюм. – Я покажу вашу каюту.
Кают было всего четыре: две занимали капитан и его помощник, третья предназначалась для Гилеада.
– Где же спят лучники и другие воины?
– На палубе, чтобы в любую минуту быть готовыми принять бой. Они же и гребут, меняясь посменно, это очень удобно: солдаты всегда в форме, и у нас нет недостатка в команде, даже если кого-то ранят.
– Ты думаешь, нам грозит опасность?
Только сейчас Дейдре осознала, что на корабле находится около пятидесяти вооруженных до зубов людей.
– Нет, не думаю, пираты обычно плавают южнее.
– А саксы?
– Иногда они заплывают сюда. Но – и это единственное, за что следует поблагодарить Фергуса Мора, – он перехватывает их корабли. – Гилеад открыл дверь в каюту. – Ты будешь здесь с мамой. Мы отплываем немедленно, пока идет отлив.
Когда он ушел, Дейдре огляделась по сторонам. Каюта была обита сосновыми досками, от которых исходил легкий запах хвои. Две койки с высокими краями – чтобы пассажиры не упали во время качки – были прибиты к дальней стене. Между ними находился стол, тоже прибитый к стене. Оловянные кувшин и миска утопали для устойчивости в специальных отверстиях, сделанных в полке. Через маленькое оконце над столом в каюту проникал свет. Вес было устроено разумно и удобно.
Вскоре вниз спустили их сундуки, но Дейдре не стала переодеваться. В штанах будет удобнее стоять на палубе, где ветрено, и волны могут перехлестывать через борт. Дейдре поднялась наверх. Она была слишком взволнована, чтобы усидеть на месте. Ведь у нее появился шанс освободиться от Нилла. Она подошла к Гилеаду и, задрав голову вверх, стала смотреть, как на мачте один из матросов пытается поправить линь, оглашая воздух грязными ругательствами.
– Давай скорей, идиот! – закричали матросы, стоявшие внизу. – Нас уносит течением! Начался прилив!
Корабль действительно несло прямо на скалы. Гребцы, изрыгая проклятия, прилагали все усилия, чтобы корабль взял правильный курс.
– Я думала, мы отчалили во время отлива, – сказала Дейдре.
– Тебе нужно спуститься вниз, – велел Гилеад. – Да, мы немного опоздали, но следующий отлив будет только перед рассветом. Я не мог допустить, чтобы вы с мамой ночевали в доках. А теперь иди скорей.
Внезапно канат распутался, и огромный парус обрушился вниз как раз над головой Дейдре. Гилеад, подхватив Дейдре, успел откатиться подальше. Она чувствовала, как он дрожит всем телом, закрывая ее голову руками, и… злится. Конечно, она поступила глупо, не послушавшись его. Но как приятно лежать в его объятиях.
– Ты могла погибнуть, – резко сказал он, опершись на локти.
– В таком случае я благодарна тебе за спасение. – Дейдре улыбнулась. А что, если немножко пошевелить бедрами? Она слегка переместилась и была вознаграждена, почувствовав, как напряглось его мужское естество.
Гилеад резко выдохнул и встал.
– Возвращайся к маме, Ди, и оставайся внизу. А у меня здесь дела.
Дейдре решила не спорить, она все еще дрожала – то ли от пережитого страха, то ли от близости Гилеада.
Наконец, когда корабль лег по курсу, она снова поднялась на палубу. Гилеад стоял на носу, опершись о поручень, и смотрел, как в волнах плещутся морские львы.
– Люди говорят, что это оборотни. Они могут принимать человеческий облик и танцевать на берегу. Моя старая няня рассказывала, что они очень соблазнительны.
Одно из животных выпрыгнуло из воды и с любопытством уставилось на Гилеада.
– Наверное, это девушка, – со смехом предположила Дейдре. – Они могут обольщать мужчин?
– Есть легенда, что если мужчина заберет шкурку, то оборотень так и останется в женском обличье и будет принадлежать ему навеки.
– Независимо от ее желания?
– Ты чувствуешь себя пленницей?
– В каком-то смысле. – Дейдре посмотрела ему прямо в лицо. – Я не вернусь с вами в замок.
– Что ты задумала? – тревожно спросил Гилсид.
– Я хочу остаться в Эйре. Я буду с радостью служить твоему деду.
– Не уверен, что это получится. Отец Нилла его сосед. Макэрка не рискнет устраивать войну.
– Война, война, война! – пылко воскликнула Дейдре. – Меня выдают: замуж, чтобы не было войны. Ты вынужден жениться на Даллис по этой же причине. Разница только в одном; ты для Даллис не представляешь угрозы. – Она с трудом сдерживала слезы.
– Ты действительно думаешь, что Нилл может убить тебя?
– Да! – Дейдре вытянула руку и закатала рукав, чтобы показать ему желто-зеленые синяки. – Видишь?! А один раз я думала, что он и вовсе сломает мне запястье, и это сейчас, когда мы всего лишь помолвлены. Как ты полагаешь, он будет вести себя, когда я стану его законной собственностью?
Гилеад осторожно дотронулся до синяков и вдруг порывисто обнял Дейдре.
– Ах, Ди. Я знал, что он жесток, но не думал, что настолько.
На мгновение, уткнувшись в его плечо, она почувствовала себя как за каменной стеной. Дейдре даже показалось, что он вот-вот поцелует ее. Но Гилеад отстранился.
