— Читал, — осторожно ответил он. — А тебе Хайнлайн не попадался? Он тоже про звёзды писал...
— Не читал, — огорчённо помотал головой Гоймир. — Расскажи, как время будет.
— Попробую, — пообещал Олег. А Гоймир, вздохнув, продолжал:
— Я иной раз думаю — сгинь данваны, может, и мы уже до звёзд летали бы? Йерикка смеётся. Его послушай — так человек новое узнаёт одно когда его по голове хлобыстают, а без того лежит и брюхо чешет... Мне вот чего до смерти охота — у вас побывать, на Земле! Посмотреть, чем да как там живут?
— Там не очень хорошо, — сухо ответил Олег. У него снова холодно закололо в груди при мыслях о доме. — Слишком много лгут, крадут и разрешают. И слишком мало верят, делают и борются. Тебе бы не понравилось. Хотя техника у нас, конечно...
— Так и будь с нами, — предложил Гоймир. — Чего тебе? Или данванов сторожишься?
— У нас там свои такие есть, — вздохнул Олег. — А ещё там моя семья. И мой друг. И моя родина, Гоймир. Я только тут и понял, как это много...
— Да, много, — согласился Гоймир. — Посмотреть бы я хоть вот сейчас. А на жизнь... — он покачал головой. — Нет лучше гор и леса нашего. Ты как мы думаешь, а значит — правильно думаешь.
— А у нас многие уезжают, — вспомнил Олег. — Где теплее, богаче и забот поменьше...
Гоймир вместо ответа сплюнул. Потом поинтересовался:
— А девушка ждёт ли тебя?
— У меня нет девушки, — честно признался Олег. Гоймир посмотрел удивлённо, но ничего не сказал по этому поводу, а просто вспомнил:
— Бранка пропала — я мало ума не лишился. Снова благо тебе, что выручил её и довёл, что защитил...
— Кто ещё кого довёл, — смущённо пробормотал Олег. И подумал, что Гоймиру даже в голову не пришло заподозрить, что за неделю в лесах между Олегом и Бранкой могло ЧТО-ТО быть. Просто — В ГОЛОВУ НЕ ПРИХОДИЛО, что Олег мог что-то сделать с девушкой против её воли.
А в Бранке он был уверен.
— Ледянка, — нарушил размышления Олега негромкий оклик Гоймира.
* * *
Хаотичное нагромождение торосов и сугробов чередовалось с открытыми участками чёрной воды и голыми красными валунами. От этой картины пахнуло такой дремучей, первобытной жутью, что Олег ощутил озноб. «Такими эти места были, — с почти суеверным ужасом подумал он, плотнее натягивая капюшон, — когда людей в Мире не было вообще. Такими они останутся и когда... когда? Им просто всё равно. »
И снова, как в саду дедовского дома, Олег со злостью подумал, что миру вокруг плевать на людей, а природа человеку никакая не мать. Даже не мачеха.
Словно отвечая его мыслям, неподалёку с мрачным и долгим грохотом сполз в море торос, и эхо монотонно раскатило шелест льда и плеск воды. Как будто бесстрастные и могучие силы природы почувствовали гнев маленького человека — и снизошли до ответа... то ли насмешливого, то ли угрожающего... Мол, на кого рог тянешь, козявка?!
Не зная, что, если эта козявка берётся за что-нибудь — то уже не отступает, пока не побеждает... или не падает замертво. А тогда на мес-то погибшего приходит другой.
— Стало быть, мы самые умные, — сказал Гоймир, — или остальным в других местах везение... Ну, пошли. Да в оба смотри.
Мальчишки спустились вниз со снежного холма и, почти не проваливаясь на своих широких лыжах, неспешно пошли между полыней и торосов, не теряя друг друга из виду. Но, не пройдя и десятка шагов, Гоймир остановился:
— У тюленей за обычай возле полыней лежать, — напряжённо сказал он, прищуренными глазами всматриваясь в Ледянку. — А где они?
— Может, снежища близко, они в воду и попрыгали? — предположил Олег. Гоймир медленно кивнул:
— Может, так и сталось... Смотри туда, а я сюда.
Несколько минут мальчишки стояли неподвижно и молча, всматриваясь каждый в свою сторону — снег, полыньи; над камнями — унылое небо. Ветер дул вовсю.
— Й-ой, не по себе мне, — тихо сообщил Гоймир. — Так не по себе, словно Кащей по рёбрам погребальную играет...
— По-моему, всё нор... — Олег хотел сказать, что всё нормально, но осекся. Ему почудилось какое-то движение между торосами в полукилометре от них.
— Гоймир, что это?
— Где?! — молниеносно обернулся горец.
— Смотри, — вытянул руку Олег. — Льдины — одна как клык, а вторая почти кубиком. Там что-то есть.
Несколько секунд Гоймир всматривался в ту сторону. И его загорелое лицо медленно белело. Он всё ещё молчал, но Олег, тоже смотревший в ту сторону во все глаза, и сам видел теперь, что движение ему не померещилось.
Казалось, что движется сам снег. Быстро и целеустремлённо — сюда, в сторону мальчишек, застывших под склоном. Что-то... что-то похожее Олегу уже приходилось видеть, но где?! Когда?!
Да в кино же! «Хищник» и «Хищник-2»! Инопланетный охотник, маскировавшийся под окружающее, как хамелеон!
Мальчишку прошиб пот.
— Что это? — спросил он, не узнавая своего голоса. Гоймир сглотнул и ломко ответил:
— Попали мы... Вот пусто-то почему. То восьминог-ледовик. Слышать слышал, а видеть не приходилось... да и наперёд не видеть бы!
Олег стряхнул в снег правую рукавицу и поднял «сайгу», но Гоймир, поспешно сбрасывая лыжи, быстро заговорил:
— Огненным боем — без пользы. Любой заряд насквозь проходит, всё одно через воду — у него и костей с кровью-то нет. Запоминай: руби ноги ему, как потянется, во всю силу руби. У него одно место уязвимо — где ноги венцом расходятся, по-над пастью... так старики говорят. Они таких били, так и мы, глядишь, осилим... — но по его движениям было видно, что горец боится. Перехватив удобнее рогатину, Гоймир вдруг спросил, глядя прямо в глаза Олегу: — По чести ответь: не побежишь? Хуже нет, когда обнадеешься, а тебе спину-то и откроют. Лучше уж сразу одному встать.
— Пошёл ты... — внятно сказал Олег, доставая меч и стараясь немного утоптать снег вокруг, чтобы не вязнуть. Ответ, судя по всему, вполне удовлетворил Гоймира — он кивнул и замер, чуть пригнувшись, выставив вперёд рогатину и прижав ступнёй её древко.
Наступила тишина. Только сухо пел снег — ближе, ближе и ближе. Рядом. За соседними камнями.
Потом Олег увидел восьминога.
Сейчас он не был таким уж незаметным. Сквозь него мутно просвечивало всё, рядом с чем или на чём эта мразь оказывалась. Как две капли воды восьминог походил на гигантского кальмара, вот только ракетообразную капсулу несли вперёд множество мокричьих ножек. Толстые щупальца были сжаты в сердцевидный бутон. Бессмысленно белели глаза размером в тарелку, казавшиеся маленькими при размерах существа — оно было не меньше двадцати метров длиной без щупалец, которые тут же выстрелили вперёд, едва восьминог увидел людей. Олег увидел в их основании круглую беззубую пасть, а повыше — чёрное пульсирующее пятно. Из пасти пахло рыбой — отвратительно пахло.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
