— Я думал, ты с нами!
— А даже если и так! Подумай сам, не захочет ли молодая жена стать первой леди в клане, как и её отец, и кто будет стоять у неё на пути? Так что пораскинь мозгами обо всём ещё раз, прежде чем идти на поводу своих хотелок и щедрой рукой отдавать дочь Альмавио другому.
— Ты… – Саяш впервые столкнулся с угрозой разлада в семье и не знал, что сказать.
Дядя был не намного старше его, всегда был опорой отцу и к нему долго относились как к младшему, а теперь… что изменилось теперь?
— Я такой же, как твой отец! – усмехнулся Митгар. – Благодаря политике нашей семьи мы давно не воюем друг с другом, но, признаться, просто не было хорошего повода для этого.
— Ты будешь драться за рыжую?
— Я уже дерусь за неё и, как истинный Гверд, поставлю свою семью превыше всего.
— Но твоя семья – это мы, – растерянно произнёс Саяш и замолчал, поняв, что так было до появления рыжей.
В этот момент он её собственноручно придушил бы! А дядя ничего не ответил, отряхнулся, велел умыть разбитую рожу и заняться делами.
Митгар до рассвета не выпускал из вида Лукашову, гадая о том, что же произошло на плато и откуда там появилась зелень, чем это чревато. Он не смог опознать те веточки, что показал ему Саяш, и велел упаковать их для отправки на Рид.
Ему хотелось поговорить с девушкой, узнать, что она думает, но он не находил умных слов и боялся, что стоит ему её увидеть, как опять сморозит какую-нибудь обидную ей глупость. Зверь бесновался, подозревая зеленоглазку во всех грехах, тут же прощал, ругая ушлых конкурентов, и требовал сделать её парой. Волку казалось, что промедли он – и более пронырливые самцы запудрят светлую голову его избранницы, и действовать станет намного сложнее. Но при любом исходе звериная половина даже не мыслила отступать. Митгар злился, вспоминая, как проста и хороша была жизнь без второй половины лохматого тирана.
С таким настроем он никак не мог показаться на глаза рыжей зазнобе и присматривал за нею со стороны. Обернулся зверем и вилял хвостом, сопровождая её в темноте из теплицы в теплицу, едва удерживаясь, чтобы не подбежать ближе, не подставить широкий лоб под ласковую ручку. Его волк, как балованный ребёнок, считал себя неотразимым и безусловно любимым, не испытывая сомнений.
За несколько дней, что прошли после Ритиного путешествия с Саяшем, растения в теплице подросли, и желающих поработать в них увеличивалось с каждым днём. Оборотни скучали по зелени, по свежему, чуть влажному воздуху и некоторые даже повадились часами сидеть среди грядок в зверином обличье, тайком подгрызая особо сладкие стебельки. А ещё ребята тайно проводили на территорию городка своих местных возлюбленных, чтобы показать девушкам, что такое теплицы и сколько в них всего растёт. Для тех это было чудо! Они видели леса и сады по сети, но, чтобы вдохнуть другой воздух, провести рукой по нежным верхушкам зелени… этого местные жительницы были лишены. Сердиться на ребят за их поступки было невозможно, но из-за того, что они нарушили правила, их наказывали.
Рита уже намного меньше вмешивалась в рост посадок и следила за вполне обычными делами, как полив, подкормка, подвязка, прореживание и прочие мелочи. Когда выдавалось свободное время, она садилась в уголочке и погружалась в общение с Громом.
Между ними не было слов, но он прекрасно передавал свои ощущения. Так Рита начала примерно представлять, где плещутся океанские воды, где можно найти озера и как много воды залегло в подземных пластах. Но успешнее всего шло общение между ними, когда она задавала конкретные вопросы.
Её беспокоила сейсмическая активность планеты, сильные ветра, хотелось понять, насколько заселены земли, где поселиться ей самой.
Гром вселил в неё уверенность, что где бы она ни выбрала для себя местожительство, он поможет ей. И вот Рита уже второй день караулила альфу, чтобы переговорить с ним насчёт покупки земли, но он ожидал приезда каких-то важных гостей и все силы были брошены на постройку новых домов-нор, на приведение в порядок как военного городка, так и гражданского.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Понимая, что никто не любит, когда отвлекают от дел, Рита обратилась к Саяшу. Выловив его по пути из столовой она, путаясь, начала объяснять, что хотела бы присмотреть кусочек земли для себя, не за бесплатно, конечно же, и не согласится ли уважаемый Саяш Леонович помочь ей с транспортом или подсказать, кого можно нанять для этого дела в городе.
Парень внимательно слушал, подбадривая Риту согласными кивками, и даже взял её под локоток, уводя в сторонку, а потом побледнел и уставился ей за спину. Рита сама испугалась, остро ощущая опасность позади себя. Она испуганно посмотрела на Саяша, стараясь прочитать по его лицу, как ей вести себя и медленно делая шаг ближе к нему и одновременно собираясь заскочить ему за спину, услышала:
— Стоять!
Голос вечно раздражённого альфы она ни с кем не спутает, и поэтому резко развернулась, собираясь высказать ему, что командный тон и подавление силой не самые лучшие методы в общении с подчинёнными. Открыла рот, но свирепый взгляд доставался Саяшу, а ей протянули руку:
— Маргарита Александровна, позвольте помочь вам, – доброжелательно произнёс он и выжидающе смотрел на неё, не опуская руки.
Вокруг уже, разинув рты, скапливались любопытные оборотни, перешёптываясь и надеясь на драку, и ей ничего не оставалось, как мило улыбнуться:
— Буду очень вам признательна, господин Гверд, – ответила она, и поскольку мужчина не опускал своей руки, а свидетелей было много, Рита всё же вложила свою ладонь в его.
Энергия не преминула отреагировать теплом и волнением, а Рита тяжело вздохнула, не понимая, откуда такое благоволение ведьминской сути к этому оборотню. Он слишком скрытен, вечно недоволен и вообще тяжёлый человек и самый худший поклонник за всю её жизнь. Собственно, она даже не уверена, что ей не показалась его симпатия к ней.
Рита не захотела идти в дом альфы и пригласила его посмотреть последние изменения в оранжерее.
Деревца, даже при её энергетической подпитке, начнут плодоносить только на следующий год и то буквально по несколько штук плодов, а вот чтобы время и место не пропадало зря, она высадила однолетние «хлебные шарики». Растение – забава, но при этом полностью копирующее вкус сладкой выпечки. К сожалению, его невозможно хранить более двух суток ни при каких условиях. Вкус безвозвратно теряется, и маленькие мягкие шарики-булочки становятся абсолютно безвкусными.
— С сегодняшнего уже можно собирать! – похвасталась Рита, наклоняясь и приподнимая большой лист, под которым созрели первые «булочки» в большой грозди.
— Хм, – альфа улыбнулся и, сорвав шарик, запихнул его в рот, – с детства обожаю их! Моя бабушка до сих пор выращивает это чудо для нашей семьи. У нас подают их, посыпав острым сыром, к жареной дичи.
— Интересное сочетание, – улыбнулась Рита, – признаться, я только однажды пробовала эти булочки, и они подавались вместе со сладким сиропом. Очень рада, что угодила вам. Пока почва хорошо удобрена, их можно посадить и на следующий год, а вот на третий год крона деревьев будет велика и придётся отказаться от дополнительных посадок, иначе из-за плохой освещённости растение станет злостным сорняком без какой-либо пользы.
— Вы запишете все рекомендации?
— Зачем? В любом случае вам необходимо приглашать специалиста, чтобы следить за тепличным хозяйством, а он всё и без меня знает. Не советую вам экономить и ориентироваться только на ребят, проживающих здесь, хотя, пожалуй, Ферфакс обладает достаточными знаниями, чтобы доучиться и приглядывать за теплицами. Остальные оборотни подходят только в качестве помощников, а вот вовремя разобраться в начинающихся заболеваниях или в тонкостях инопланетных растений они не смогут. Не рискуйте, а то загубите всё дело.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Хорошо, я вас услышал. Теперь поделитесь со мною тем, что у вас за проблема?
