решительно натянул его на безымянный палец левой руки. Мгновение спустя, почувствовал укол, чем-то острым, яркую вспышку перед своими глазами, и мир перестал существовать для меня…
Интерлюдия
— Ну, что нашли дезертира? Впрочем, куда он денется с острова?
— Так точно господин капитан, беглец найден. Впрочем, назвать его беглецом будет несколько неправильно. Да и не скравался он.
— В смысле?
— Дело в том, что Осип Бендерман, похоже, помутился рассудком.
— Как это так?
— Он, выглядит, каким-то потерянным, сэр. Никого не узнает, совершенно не понимает то, что ему пытаются объяснить. Что-то бормочет на совершенно непонятном языке. На вопрос говорит ли он вообще на английском, или же стоит перейти на какой-то другой язык промычал нечто вообще невразумительное. Минуточку, я записал его ответ, сейчас прочту: Был задан вопрос — «Do you speak English?» в ответ он произнес — «Do you, no hrenovo». Один из моих парней, родом c острова Кауаи, сказал, что его говор чем-то похож на язык русских, община которых имеется на том острове. Но сам он этого языка не знает. Вы не представляете, сэр, как он разглядывал свой собственный автомобиль. Создавалось полное впечатление, что он видит его впервые в жизни. Во всяком случае, вот так, живьем, а не на картинке. А когда мы предложили ему сесть за руль, он испугался, и начал болтать, что-то невразумительное. Мы конечно доставили его сюда, но боюсь, это мало что изменит. Доктор тоже склоняется к тому, что он или сошел с ума, или же находится под какими-то веществами. Так или иначе, мы поместили его в местную клинику. Не думаю, что он сумеет оттуда сбежать.
— Выделите пару человек, сержант, пусть пока побудут неподалеку от него. Если диагноз подтвердится, то отправим его на остов Гавайи, в клинику для умалишённых. А если нет, отправится на материк. А пока пусть полежит здесь. Ума не приложу, что могло произойти. До сих пор был вполне адекватным мужчиной, и вдруг такое…
… Где-то далеко.
— Мама, мама! Сашка с горы на велосипеде помчался и со всей скорости в дерево, хрясь! Через руль кувыркнулся, и о ствол ба-бамс! — Мальчишка, прибежавший к дому и рассказывающий матери о происшествии, с жаром махал руками, поясняя своими жестами, как все происходило. — У велосипеда переднее колесо сразу в восьмерку, спицы повылетали! Шина лопнула! Рама погнулась, вот отец ему задаст жару!
— Тьфу, на тебя, а с Сашкой что, все в порядке⁈ — откидывая в сторону тряпку, которой вытирала стол, воскликнула мать, выбегая из дома.
— Да он, через руль как перекувыркнулся, Бамс! Лбом о дерево. Хрясть спиной о колесо, от чего, оно ваще всмятку! И всё!
— Что значит все? — Дрожа от волнения переспросила мать на бегу, приостанавливаясь и хватаясь за сердце.
— А, ничё, чё с ним сделается? Вон сама посмотри. Идет… Герой!…
* * *
Я сидел на лавочке, неподалеку от того злополучного дерева и читал какую-то книгу. Прошло около месяца с того момента, как я попал сюда. За это время прошло довольно много событий, и пожалуй стоит рассказать о них по-порядку.
Героем того происшествия, оказался именно я, вселившись в тело почти пятнадцатилетнего оболтуса, как раз в момент встречи его лба с деревом. Случись это несколько раньше, я бы постарался отвернуть, но произошло так, как произошло. Впрочем, исходя из того, что я занял это тело как раз в момент удара головой, надо думать, что бывший его владелец, уже говорит с богом. Последнее только мое предположение, и ничего более. Но с другой стороны, а куда еще он мог деться?
Но, меня сейчас больше беспокоило именно мое положение, а не то, что произошло с бывшим владельцем моего тела. По большому счету, я или вернее мой предшественник, был не так уж и виновен, в этом происшествии. Да у него взыграла юношеская гордость, и он решил доказать младшему брату подзуживавшего его в том, что тот не сможет спуститься с горы на велосипеде. Вот просто струсит и не сможет. Вот старший и решил доказать, что он далеко не трус. Оседлал свой велосипед и погнал вниз по тропе. И все, вполне возможно закончилось бы благополучно, если бы мелкий, не встал на дороге. То есть был выбор, либо давить младшего братца, либо сворачивать с тропы и.… И мой предшественник выбрал именно второе. Как итог, сломанный велосипед, на лбу здоровенная шишка, а слегка надорванное левое ухо рана на щеке и я вместо моего предшественника.
Разумеется, тут же вызвонили скорую помощь, приехавшие медики наложили пару швов на ухо, и столько же на щеку, измазали всего меня зеленкой, и объявили постельный режим, как минимум на неделю. И это в преддверии того, что через три дня, мы должны были отправляться в деревню, к бабушке и деду. Ну, по большому счету, меня это даже, где-то обрадовало. Хотя память бывшего владельца этого тела и перешла ко мне в достаточном объеме, но большого желания отправляться в глушь, к старикам, не имелось. Да и я просто не представлял, чем я буду там заниматься.
С одной стороны полученное в мое распоряжение молодое тело, а вместе с ним и возраст юноши, откровенно радовали. С другой, это же и огорчало. Стоило только подумать о том, чем мне придется заниматься в деревне, так сразу приходил в такое уныние, что хоть стой хоть падай. Ну вот не интересно мне, от слова — совсем, все эти детские игры. Все эти прятки, жмурки, догонялки, разбивные цепи и прочие салочки. Ну, не лежит у меня к этому душа. Где-то, как-то рыбалка. Если спуститься до Партизанки, можно поймать даже Горбушу, но опять же в сезон. Да и я не настолько рьяный рыболов, чтобы проводить все лето от рассвета до заката на берегу реки. Велосипед, который собирались взять с собой, тоже, скорее всего придется отправить в металлолом. Единственное, что можно с него использовать так это заднее колесо, цепь и сидение. Все остальное, включая и раму, готово на выброс. Просить у родителей новый? Ну, как-то стремно, да и по большому счету, он мне сейчас не
