Читаем без скачивания Золотой шар - Михаил Белозеров

Калита опустил бинокль, и они тронулись дальше по хоженой тропинке. И вдруг Жора поведал:

– Я не здесь шел…

– Как «не здесь»? – удивился Калита. – А где?

– А вот там… вдоль озера.

– А что же ты молчишь?! – разозлился Калита.

– Да какая разница, где идти? – беспечно ответил Жора.

– Тебе, может, и все равно, а я еще жить хочу.

– Андрей Павлович!

– Без фанатизма! – напомнил Калита.

– Товарищ командир, – вышел из положения Жора. – В деревне никого не было?!

– Это ничего не значит, – наставительно сказал Калита, нагибаясь и рассматривая тропинку над землей.

Жора тоже нагнулся:

– Что там, товарищ командир?

Калита сам не понял, что его насторожило. Он только привычно подал знак «мина» – три поднятых пальца. Жора опасливо посмотрел себе под ноги и на всякий случай отступил назад. Но Калита показывал дальше, туда, где трава склонилась над тропинкой.

– Видишь?

– Нет…

– Да вон же.

Все стебли травы были согнуты под углом, и только один – параллельно земле. Не бог весть какая деталь, но только натренированный глаз Калиты был способен уловить отличие, да и оптика в шлемах помогла. Жора тоже увидел тоненькую проволочку желтого цвета.

– Натовская штучка, – сказал Калита. – У нас такой проволоки не делают, а гранаты наши, РГД-5.

Две РГД-5 не очень искусно были спрятаны в кустах и присыпаны листвой.

– Ерунда, – сделал шаг вперед Жора. – Я их вмиг сниму.

– Стой, где стоишь! – приказал Калита.

– Товарищ командир… Калита… – поправился Жора, – я их сотнями…

– Это не просто растяжка. Это растяжка для идиотов.

– Почему? – удивился Жора и собрался обидеться.

– Потому что ты ее снимешь в два счета. А вон, смотри, кусты акации. Что с ними?

– Вялые, листва пожухла.

– Сколько дней прошло?

– Не меньше трех.

– Правильно. Когда Дыра открылась?

– Тоже примерно дней пять назад.

– Молодец, соображаешь. Здесь под акациями стоит система «охота», а растяжка – приманка для сталкеров. Решит такой сталкер, что умеет снимать растяжки. Снимет и пойдет дальше, а на поляне попадет в систему «охота», которая реагирует только на частоту шагов человека и на его вес. Корова пройдет – не взорвется, коза пройдет – не взорвется. По краям система не срабатывает, пропускает дальше, вглубь себя. А в центре начинают подпрыгивать «мины-лягушки». В таких ловушках целые группы погибали. Поэтому пойдем-ка мы с тобой в обход, через поле, хотя и дольше, и пыльнее. Здоровее будем.

– Как вы все это так, товарищ командир?.. – восхитился Жора.

– Потому что живу долго.

– Это точно, – с величайшим почтением согласился Жора.

И они поползли через поле до самого берега озера. Крайний дом хутора казался пустым. Рассохшийся и облупившийся, он стоял без окон и дверей. Но подбирались они к нему по всем правилам: по кратчайшему расстоянию, тихо, от укрытия к укрытию. А замерли лишь у крыльца, поросшего одуванчиками. Целая колония их торчала перед верандой, располагая к беспечности. На самой веранде царил солнечный рай. Раннее солнце проникало сквозь ветхие тюлевые занавески и ложилось на пол и стены правильными квадратами. Пахло брошенным жильем и пылью.

Калита показал знаками, чтобы Жора двигался налево, в глубь дома. Сам же он, готовый выстрелить в любого, ворвался в комнату, смотрящую на тропинку, по которой они с Жорой шли. В комнате никого не оказалось. Калита опытным взглядом определил, что здесь была огневая точка. Перед дыркой в стене на полу лежал матрас, на котором отпечатались ножки от ручного пулемета и темнело пятно оружейного масла. Рядом валялась бутылка из-под «кока-колы», обертка от дешевой колбасы и сухой кусок батона.

Появился Жора и шепнул:

– Пусто. В задней комнате лежал раненый.

Калита пошел посмотреть и увидел матрас с заскорузлой коркой крови. Такое количество крови мог потерять только тяжело раненный человек.

– А потом его вытащили через окно… – сказал Жора.

Вдруг они увидели, как через огород идет сталкер в ветровке с капюшоном и со снайперской винтовкой В-94 на плече, которую нельзя было ни с чем спутать из-за длинного массивного ствола, набалдашника-пламегасителя и сошек.

Калита и Жора инстинктивно присели. Стоило сталкеру посмотреть в сторону дома, и они были бы обнаружены. К тому же дом не годился для обороны. Его стены не выдержали бы попадания даже пули калибра пять и сорок пять десятых миллиметра.

– Точно никого не было? – с подозрением спросил Калита.

– Ну точно, – стал пыхтеть от обиды Жора. – Я всю деревню перетряхнул. Я думал, Чачич здесь прячется.

«Повезло нам, – понял Калита, – снайпер шел оттуда, где мы с Жорой только что прошли». От этой мысли Калита покрылся холодным потом. «Стоило нам повести себя самоуверенней, лежали бы мы сейчас посередь поля холодные и не дергались».

Но приступ слабости длился всего мгновение. Большего Калита себе позволить не мог. Он подобрался к окну, аккуратно высунулся и долго рассматривал соседний двухэтажный дом и наконец пришел к выводу, что он тоже пуст.

– А зачем мы туда вообще идем? – спросил Жора.

– Не маячь перед окнами, – предостерег Калита и добавил: – Ты думаешь, почему Сидорович по подвалам и погребам прятался?

– Привычка такая.

– Нет. Жизненная необходимость.

– Какая жизненная необходимость? – глаза у Жоры от удивления сделались круглыми.

– Не человек он!

– А кто? – еще больше удивился Жора.

– Я думаю, инопланетянин, пришелец, чужак, чужой, какой-нибудь урод, да мало ли кто? В общем, не человек.

– Да ладно вам… ой, пардон, тебе, Калита.

– Молодец, – похвалил Калита. – Сейчас мы во всем разберемся.

Вряд ли это была хорошая идея: не разведав фланги, переться в центр хутора. Но другого выхода не было. Жора остался прикрывать, а Калита пробежал расстояние между домами и ласточкой нырнул в окно. «Муха», которую он таскал с собой, больно ударила по спине.

Как он и предполагал, в доме никого не было. Он подал сигнал, и через мгновение Жора был рядом. Дом был кирпичным. На первом этаже находилась огромная комната с высокими окнами, хрустальной люстрой под потолком и пыльным роялем в центре. Больше здесь ничего не было, кроме пары рассохшихся стульев.

Это и насторожило Калиту. Дом был очень удобным для наблюдения за местностью. Вот только почему-то на потолке темнели огромные пятна, словно на втором этаже пролили воду.

– Перед окнами не маячь, – еще раз предупредил Калита.

Зарядив подствольники, они стали подниматься по скрипучей винтовой лестнице, которая привела их к площадке. Справа и слева распахнутые стеклянные двери вели в неразграбленные комнаты. На окнах даже сохранились шелковые шторы, правда, кое-где от солнца и времени пришедшие в негодность. Тем не менее, здесь царил порядок. Даже пыль на телевизоре, музыкальном центре и мебели из карельской березы не портила общей картины. И все-таки было странно увидеть среди деревенской нищеты такую роскошь. В другой комнате за двуспальной кроватью в трюмо они увидели свои отражения.

«А я еще ничего, – подумал Жора, – бывает хуже, и горе меня не убило». Калите было все равно, как он выглядит. Его не покидало ощущение, что они не одни, что в доме присутствует еще кто-то. Конечно, он списывал эти страхи на свою мнительность и осторожность. Но эти чувства никогда его не подводили, поэтому он не собирался ими пренебрегать в угоду браваде и секундной слабости.

– Стоп! – прошептал Калита, и Жора, который занес уже было ногу, чтобы войти в комнату слева и посмотреть на деревню сверху, замер.

Калита сделал знак, чтобы он присел:

– Видишь?

Над полом, словно эфир, плавала странная прозрачная субстанция толщиной сантиметров десять.

– Что это такое? – от удивления Жора заговорил басом.

– Сам не знаю, – ответил Калита шепотом. – Но я чувствую, что от нее надо держаться подальше.

– Смотри, и здесь то же самое, – сказал Жора, заглядывая в другую комнату.

Ему показалось, что под кроватью субстанции даже больше.

– Сколько лет хожу по Зоне, никогда ничего подобного не видел, – признался Калита.

– Может, попробовать? – Жора достал из кармана монету.

Калита колебался мгновение:

– Давай, только без фанатизма.

Жора подбросил монету с таким расчетом, чтобы она упала подальше, у окна. Но монета даже не долетела до середины комнаты, а вспыхнула сиреневым пламенем, словно метеорит в атмосфере, и сгорела. Субстанция тотчас ожила, заволновалась, как озеро, на котором случился шторм, и устремилась к выходу из комнаты.

– Бежим! – среагировал Жора.

Они кубарем скатились по лестнице и кинулись туда, откуда пришли. Путь отхода, однако, оказался отрезанным. С потолка вовсю капала субстанция, а в зале она даже лилась с люстры, наполняя воздух удушливым запахом, похожим на карболку. Свободным оставался выход через коридор, в конце которого виднелась высокая дверь с массивной бронзовой ручкой. Потолок в коридоре только еще начинал темнеть, но отдельные капли уже собирались вокруг светильника, а по стенам текло.