волосы стали совсем черные — это нормально. Иногда при становлении берутся некоторые внешние черты бывших Теней. Волосы всех Авльвов черные. Поэтому их цвет меняется чаще всего. Кстати, подросла она тоже поэтому. Все Альвы высокие под два с половиной метра.
Дыхание Аннеты становится ровным, страх в глазах затухает. Она говорит совершенно спокойно:
— Костя... я... умру?
Удивленно вздергиваю бровь:
— Во имя Шиилы, Аннета, что ты несешь? Ты в детстве мечтала съесть учебник математики и понять всё, что там написано? Представь, что это работает. Все меняются с получением опыта и знания. Но только в твоем случае это произойдет быстро. Но ты всё же останешься собой.
— Вот оно что...
— Ага. Первое, что ты почувствуешь — отсутствие страха. Ты станешь думать, а не бояться. Кстати, не надо этого делать... — киваю на руку Аннеты, сжимающую шпильку для волос у шеи Кибы Рио. — Он нам еще нужен.
Киба Рио резко поворачивает голову, видит, о чем речь, слегка хмыкает. Движения Аннеты не заметил никто, кроме меня. Она до последнего строила из себя испуганную жертву, а я не без удовольствия наблюдал, как она готовилась пустить кровь Кибе Рио. Незаметно, осторожно, совершенно непредсказуемо.
Анета ойкает, удивляясь сама себе. Киба Рио отпускает ее и девушка плавно ступает на пол, в секунду оказывается за его спиной и... пошатывается, хватается за бедро...
Улыбаюсь:
— Аккуратнее. Опыт и знания приходят раньше практических умений. Твое тело неподготовленно, но оно всё же изменится. Мозг — прекрасная вещь. Такое должно было произойти со мной, но увы...
Элеонора, бледная как мел, вздыхает, ложится спиной прямо на пол:
— Я сдаюсь. Это какая-то... чертовщина. Безумие.
Акане интенсивно кивает. Я перевожу взгляд на неподвижного и очень задумчивого Кибу Рио:
— Ну, еще есть вопросы?
— Есть. Но на них нет времени.
— Замечательно. Тогда приступим к ответам. Мне нужно знать, что произошло в Храме и произошло ли вообще что-то. Мне нужно узнать про... Шиилу. Ты сказал, что поможешь связаться с ней? Я правильно тебя понял? Связать с богиней?
— Верно.
Тук! Тук! Тук!
Сердце выбивает безумный ритм. Это невозможно. Просто невозможно. Он врет. Тут какая-то хитрость.
Не сдерживаюсь, закатываю глаза:
— Да-да, я так и думал. Ну, тогда приступим?
— В этом нет необходимости.
Ну, начинается. Так и знал, что всё это какая-то хрень.
— Ты меня угнетаешь. Похоже, сын тебе не так уж и дорог.
Киба Рио разворачивается со скоростью юлы. Отчетливо слышу, как в его теле что-то хрустнуло. Но психу полностью на это плевать. Даже бровью не повел. Наоборот. Он первый раз на моей памяти улыбается. Широко и как будто искренне:
— В этом нет необходимости, потому что твоя паучиха уже здесь.
Тук... Тук... Тук...
Стук дверь заставляет вздрогнуть всех. Даже меня.
Это... безумие...
Глава 24. Шиила
Аннета удивленно хлопает глазами:
— Вы чего? Завтрак же принесли.
Движение девушки изменилось. Она больше не ходит, а плывет. Бесшумно открывает несмазанную дверь. Женщина, которая привела нас сюда, передает большой поднос с вареными яйцами, салатом и графином молока.
Акане оживает, морщит носик, хватает со стола тарелки со сгнившей едой, отдает женщине. Та молча забирает посуду и уходит.
Выдыхаю. Нет, серьезно? Я правда подумал, что в дверь Шиила постучалась? Кто же в своем уме на такое поведется? Мд-а, Эйн Соф, тебе пора не пенсию. Стоило согласиться на предложение инквизитора немного отдохнуть.
Аннета преображается. По ней не скажешь, что она чего-то боится или о чем-либо переживает. Наоборот, улыбается, довольная. При становлении Тенью страх уходит первым. Умные понимают, что бояться глупо.
— Кто хочет яички? — улыбается она, запихивая сразу два за щеки, становится похожей на хомяка.
Элеонора с Акане вздыхают. Киба Рио садится рядом со мной:
— Когда я пытался связаться с твоей паучихой первый раз, то понял, что это невозможно обычными средствами. Это как если в другой части планеты насекомое захочет поговорить именно с тобой. Ты об этом не то что не узнаешь, тебе не надо этого знать. Поэтому я пошел другим путем. Амарэ — клан, тесно связанный с ней. Я поймал одну из «нянек» и сделал её проводником. Долгий месяц я работал над ней, измотал себя, а когда у меня получилось — лишился части своих сил. Я не знаю, что произошло, но когда связь с паучихой прервалась, я стал слабее. Я понял, что второй раз такой беседы с богами не переживу. Как не пережила ее и нянька.
Слушаю внимательно, стараясь не упустить ни слова. Но я все равно не понимаю, что значит проводник и как он через ЕЁ марионетку связался с НЕЙ.
— Звучит опасно.
— Я постараюсь не убить тебя, паук.
Видимо, мне придется поверить ему на слово. Учитывая, что он больше меня самого заинтересован в том, чтобы его сын выжил.
— Обнадеживает. Что ты имеешь в виду под «твоя паучиха уже здесь»? В каком смысле?
Киба Рио медленно поднимает руку, тычет пальцем мне в лоб.
— Она тут. Ты связан с ней намного сильнее, чем любая из Амарэ. Я помогу тебе этим воспользоваться и постараюсь взять весь откат на себя. Но от этого я, скорее всего...
— ...умрешь, — понимаю я.
— Да. Я так и так умру. Уже не чувствую лица и пальцев. Мне пришлось наложить на себя временную смерть, чтобы сохранить для этого силы. Ты готов, паук?
Аннета улыбается, запихивает в себя четвёртое яйцо:
— Брум хрум врум шрумм?
Ага, точно.
Акане садится напротив меня:
— Киба-кун... что происходит? О чем вы говорите?
Элеонора на полу фыркает, поглаживая животик:
— Просто забей, девочка. Если начнешь грузить головушку — чокнешься. Определись, что тебе важнее и иди к этому, — поглаживает животик.
— Угу. Киба-кун, ты хочешь... связаться с...
— Богом.
Элеонора молча закатывает глаза. Аннета говорит «врухмр-шмухр».
— Хватит, — впервые повышает голос Киба Рио. — Паук, я приступаю. Помни, что ты пообещал мне. Спаси моего сына.
Палец на моем лбу покрывается концентрированным синим свечением. Чувствую, как эфир проходит через кожу и врывается в мозги. Я не успеваю ничего сделать, как...
Тьма....
Я резко мотаю голову из стороны в сторону. Где я, мать твою? Очередная наркомания? Да сколько же можно!
Повсюду лес. Густой, мощный и... такой знакомый.Варгон?! Нет... Я не узнаю эти леса. Эти странные деревья.
