Читаем без скачивания Закон ответного удара - Сергей Самаров

Он дал отбой и стал набирать другой номер.

– Здравствуйте. Фирма «Эй-Джи-Эль-лимитед»? Я хотел бы с Виктором Юрьевичем поговорить. А когда освободится? Девушка, у вас такой приятный голос, что он будет только рад лишний раз его услышать. Вы не можете ему прямо сейчас сказать, что звонит его старый армейский товарищ… Капитан Макаров. Да-да, Макаров… Будьте любезны, милая, я вам за это все ручки расцелую… – Ожидающая пауза в половину минуты. – Ого! Доктор, чтоб тебе волки ноги отгрызли! Макаров… Здорово! Да-да… Очень ты, браток, нужен… И прямо сейчас, ты же знаешь, я понапрасну не буду от дела отрывать… Гостиница «Малахит»? Мы прямо перед ней и стоим. Все! Порядок! Поднимаемся.

Слава отдал Согрину трубку:

– Отлично! Он прямо здесь свой офис держит – президент фирмы! У него совещание, так сразу сказал, что дела побоку, сейчас всех разгонит. Поднимаемся. Это классный мужик! Я сам за него могу поддержку обещать, не спрашивая предварительного согласия. Точно говорю! Мы уж с ним по босняцким тылам наползались, слава богу…

– Ну-ну, твоими бы устами… – засомневался все же Согрин. – Только не каждый согласится с Конторой конфликтовать. Да еще в своем городе. Да еще, если офис держит. Ему есть, наверное, что терять. С боснийской войны времени прошло уже…

– Три года, – сказал Слава. – Только такие, как Доктор, с годами не меняются. Он хотя и врач, а спецназовец. А это кое-что значит. И мы его выручали, и он нам не откажет. Пойдем, пойдем…

Согрин открыл дверцу.

– Толик, остаешься здесь. Смотри внимательно. Тот тип может и сменить свой национальный колорит. Не пропусти. Если вдруг ГИБДД или ОМОН подъедут, ориентируйся сам. Уходи через парк, вон там, – показал Игорь рукой в сторону детского парка. – Там, если что, и встретимся…

Вдвоем они поднялись в лифте на пятый этаж, смело прошли мимо полусонной дежурной, привычной уже, должно быть, к частым хождениям по коридору людей посторонних, потому что чуть не все двери этажа были «украшены» табличками с названиями различных фирм. Слава смело открыл дверь нужного ему трехкомнатного номера-люкса.

– Интуиция меня не подвела, – сказал он, оглядев приемную и в первую очередь секретаршу. – Такой голос может быть только у такой девушки. Здрасте! Я – Макаров…

– Здравствуйте. Виктор Юрьевич просил вас подождать минуту. Он заканчивает совещание. Это совсем недолго. Он умеет заканчивать их неожиданно. – И она белозубо улыбнулась.

Секретарша и вправду была красива, стройна, высока, аккуратно и со вкусом одета. Классическая, одним словом, секретарша приличного офиса. Но и минуты не прошло, они даже сесть не успели, как дубовая инкрустированная дверь распахнулась настежь и из проема стремительно показался почти двухметровый бородатый и волосатый гигант Витя Гагарин – Доктор Смерть. За ним стали выходить подчиненные, настороженно поглядывая на гостей, которые в своих камуфлированных куртках и штанах казались здесь людьми не совсем уместными.

Сам Доктор был в хорошо сидящем на нем, вероятно, дорогом однобортном костюме, при галстуке ценой долларов в сто, длинные волосы ложились на плечи тяжелыми прядями, которым позавидовала бы любая женщина. Вообще он производил впечатление оригинальности, и в то же время эта оригинальность классически сочеталась с обеспеченной благопристойностью.

Согрин сразу тяжело вздохнул – подумалось, едва ли этот человек сможет им чем-то помочь. Слишком респектабельной была его жизнь, слишком респектабельной была приемная вместе с мебелью и секретаршей, слишком солидно выглядел ковер на полу кабинета – Игорь успел его увидеть через раскрытую дверь.

Доктор с разбега обхватил огромными ручищами Славу Макарова и чуть не раздавил, хотя и сам Слава не отличался девичьей хрупкостью. Отпустив Макарова, посмотрел на Игоря.

– Не помнишь его? – Слава взял командира за локоть, подталкивая к Доктору, словно с девушкой своей знакомя. – В Афгане – наш командир.

– Лицо знакомое… А так… Виктор, – протянул Доктор вместо руки какой-то экскаваторный ковш.

– Игорь, – представился Согрин.

– Что мы тут стоим, пойдемте в кабинет, – он дружелюбно обхватил их обоих и без натуги просто задвинул в дверной проем, как будто перенес с места на место малышей ясельного возраста. – Вот тут я и обосновался. Дороговато это стоит, но удобно. Раньше, если я правильно помню, мы со Славой водку предпочитали. Но сейчас у меня только коньяк в наличии. Примем?

– По полной норме, – не удержался Макаров.

– Я за рулем… – Игорь проявлял сдержанность и мысленно стал поторапливать Славу начать разговор. Сестре могли скоро позвонить из ГИБДД.

Глава 11

В Канаде Слава чуть оттаял от жары и беспросветности аравийских дней. Дочерна загорелый, высушенный, как тропический плод, и как никогда тренированный, он с удивлением обнаружил, что канадский климат весьма схож с российским. И если в Аравии он чувствовал себя чужеродным существом – этакий абиссинский негр среди полярников или эскимос среди папуасов, – то здесь все было ближе, понятнее. Даже воздух, даже люди, хотя и говорящие по-английски, были ему гораздо ближе.

В отличие от легендарного старшего лейтенанта десантных войск, Слава так и не нашел в Эс-Сабье возможности покупать спиртное. Публичных домов в строгих мусульманских городах тоже не держат. И девушкам общаться с незнакомыми мужчинами не позволяют. А потому деньги ему тратить было просто не на что, и в Канаду он прибыл с солидным капиталом. Кроме того, согласно договору, генеральный штаб саудовской армии выплатил ему подъемные. И Слава стал искать место приложения собственных сил. А это было делом не таким простым, как казалось раньше.

Он не хотел оставаться в городе, потому что города здесь были совсем не такие, как в России. Утомляла суета, давили на воображение и даже унижали в нем человека высотные здания, блестящие на солнце стеклянной облицовкой. И люди в городах ему не были близкими. Но если уехать из города, то чем заниматься? Денег хватило бы на то, чтобы приобрести ферму. Но фермерство привлекает только того, кто имеет хоть маломальскую склонность к этому, кто любит сельское хозяйство. Славе же даже простое копание на собственном огороде всегда было чуждо.

И он около месяца маялся от безделья. Попивал понравившееся ему английское пиво – около двухсот сортов перепробовал, пока не нашел себе по вкусу. Не вступал в разговоры со стандартно надоедливыми посетителями пивных, не заводил бесед даже с назойливыми проститутками, высыпавшими вечерами на улицы, – в женщинах Слава любил женственность.

Жил он пока в маленькой и дешевой гостинице, той самой, на которую указал ему чиновник из департамента по вопросам эмиграции. Четырежды приходили к нему люди, представлялись русскими эмигрантами. Дважды это были афганцы, дезертировавшие из армии. Они жаловались на свою прошлую, военную еще судьбу, расхваливали нынешнюю жизнь, предлагали общение, обещали помощь. Слава допускал, что их судьба в чем-то схожа с судьбой его, но он-то в действительности не дезертировал, он попал в это положение случайно и не хотел сближаться с ними.

Еще один визит. Пришли четверо. Трое стояли, а один – до беспредела бесцеремонный – сразу развалился на маленьком диванчике. Это были просто бандиты – в просторечии, «быки». Для начала они поинтересовались – правда ли, что Слава был капитаном десантных войск, а потом работал инструктором по подготовке диверсантов в Аравии? Такая осведомленность несколько удивила, но он спокойно ответил, что правда. Что ему было скрывать… И ему так же откровенно предложили работать на них. На кого это – на них? Русская группировка – так они себя назвали… К тому времени о русской группировке в Монреале уже много говорили. Слава по-армейски мягко и чисто в русском национальном стиле послал парней прогуляться довольно далеко. Тогда уже ему в доступной форме попытались объяснить, что он не прав. Двоим относительно повезло – смогли выйти сами, а двоих оставшихся он просто выбросил в коридор. Между делом отобрал пару пистолетов и спрятал на всякий случай на замусоренном после недавнего ремонта – все, как в России! – внутреннем дворике гостиницы. Вдруг да сгодятся. Пистолеты, правда, были из тех, которые любят люди, не слишком понимающие в оружии – «девяносто вторая» «беретта» и «семнадцатый» «глок» – тяжеловато-солидные и для привычного к спецназовскому быстродействию Славы неудобные. Пока такой достанешь, пока прицелишься, тебе уже шею сломать могут. Что он и продемонстрировал им в тесном номере гостиницы.

Случай этот, благодаря соседям по этажу, среди которых таких же эмигрантов было немало, имел большой резонанс. Со Славой стали уважительно здороваться. Что удивительно, даже канадцы из соседних домов, которых он и знать-то не знал. Им тоже не слишком нравилось соседство бандитов.

Русская группировка в этом районе города чувствовала себя почти как дома и такого резкого отпора не ожидала. Может быть, из-за растерянности, может быть, по каким-то иным причинам, бандиты пока оставили капитана в покое, хотя Макаров не сомневался – ему придется еще встретиться с ними. Эти парни тем в основном и живут, что обирают русских эмигрантов.