тело господина Боннэса, что вызвало новую волну паники среди учащихся академии, которая, как ни странно, затихла уже через пару дней. Согласно проведенной магической экспертизе, его тоже иссушили, как и госпожу Грифер. Появилась даже версия, что это чудит адепт, который мстит работникам ВАМСИ за отчисление из академии. Мила же в такие совпадения не верила, как и в сумасшедшего адепта. Что-то этих людей связывало, просто данный факт пока не стало явным. Милалику просто распирало от любопытства. Чтобы не вызывать лишних вопросов, она решила пока не лезть в столь странное дело. Но позже непременно собралась поискать в библиотеке хоть что-нибудь из научных трудов, работающих в академии магов. Вдруг эти оба почтенных профессора вместе корпели над чем-то грандиозным? После печальных новостей визит бабушки не заставил себя долго ждать. Вначале разговор родственницы с юными прелестницами больше был похож на допрос, чем на дружескую беседу. Сперва мадам Кло все спрашивала про Натана: кем были его родители, откуда он сам, чем увлекается. Микка бедная, рассказывая, то краснела, то бледнела. А после всего услышанного бабушка дала наказ внучке относительно того, что прабабушкой пока в ее планы становиться, совершенно не входило. Также пожилая женщина заявила, что она хочет познакомиться с молодым человеком лично. Это было хорошей новостью для кузины, можно сказать, бабушка в какой-то степени склонна одобрить дальнейшее общение со старшим Ортего. Когда же дело коснулось внучки Боллир, то мадам Бреан прямо попросила Микку оставить нас наедине. — Иди, дорогая, погуляй… Кузина, еще немного нервная, но уже пережившая свои мучения, быстро покинула комнату, скорее всего, она побежала поделиться хорошей новостью с Натаном — семья рассмотрит его кандидатуру. Мила и Кло несколько минут стояли, молчали, не решаясь начать разговор. Девушка обнаружила, что изорвала ногтями кружевной манжет на левой руке. По-хорошему ей бы с бабулей поговорить о настоящем отце, сказать, что тайна рождения раскрыта, но… Она боялась новых разборок и скандала сравнимого с извержением вулкана. В итоге Милалика пришла к выводу, что прошлое уже написано и ни к чему его ворошить — все равно не переделать. Зла своему ребенку граф желать не станет, а о причинах интереса к дочери Мила выяснит в процессе общения не лишая при этом покоя ни себя, ни родственников, ни… господина Оушена. Так подсказывало… сердце. Клотильда молчала, внучка сдалась: — Бабушка, я знала, что он черный маг, — сообщила она. Мадам подняла на нее глаза и теперь смотрела прямо в душу. — И… Не смотря на это… — Ба! Поверь мне на слово, что я не люблю его. — Не любишь, значит… — глаза женщины сузились. — Вот ни сколечко… Ни на грамм. — А за ручку ходите? Милалика пожала плечами: — Мы просто дружим. Точнее, я так отношусь к нашим отношениям. Дружба и ничего больше. Точка! — Ты хоть видела, как он на тебя смотрит? — спокойно спросила пожилая родственница. — Так на друзей не смотрят, Мила! Пообещай мне только одно, что ты не пойдешь против закона, прошу тебя, — и ее глаза наполнились слезами. — О… Бабушка, ну что ты такое говоришь, конечно же, нет! Ни за что… — она никогда не видела ее плачущей. Нижняя губа Кло задрожала, лицо вмиг показалось морщинистым и бледным, несколько капелек скатились в кружевной ворот белоснежной строгой рубашки. Внучке стало безумно жалко родного человека. Они не так уж были близки все время. Видимо дочери в свое время попили кровушки у мадам Бреан. — Это разобьет мне сердце, Мила. Поверь, я не смогу пережить подобное… в этот раз. — Расскажите… Пожалуйста… Мне будет легче избежать неприятностей… — девушка уже не знала, какие доводы привести женщинам своего рода, чтобы они, наконец, рассказали, что их тянет к тёмным магам. Собеседница едва уловимо качнула головой. — Я вижу, как ты похожа на меня, на свою мать. И если я смогла уйти от ошибки, то твоя мать натворила их немало! Наверное, такова наша судьба, Мила, всю жизнь любить тех, кто никогда не сможет быть вместе с нами. Ведьмочка закатила глаза. Или судьба или отсутствие здравого смысла. Скорее всего — второе. Милалика мысленно поздравила себя с тем, что у нее все под контролем. Она спокойно себе любит и тихонечко умирает от неразделенных чувств… Никому практически не мешая и не создавая проблем. — Обещай, Мила, — взмолилась Кло, схватив девушку за плечи. — Конечно! Я тебе обещаю, бабушка, — ответила ей Мила. — Но встречаться я с Александром не перестану. Последняя фраза заставила мадам измениться в лице. — В смысле? Ты держаться от него должна на расстояние пушечного выстрела! — Бабушка… Я поклялась тебе, а теперь и ты послушай! Очень прошу тебя, даже не спрашивай, зачем мне необходимо общество этого Ортего. Когда придет время, сама тебе все расскажу, — голос девушки был полон решимости. Родственница даже начала уважать свою кровиночку за наличие внутреннего стержня. — Хорошо, Милочка. Я тебе доверяю, родная, — сдалась она, отходя на шаг. — ты сильная и умная. Думаю, знаешь, что делаешь. Только будь осторожна. — Несомненно. Мне самой некомфортно после всех этих загадочных смертей… — Неладное творится вокруг… Женщины обнялись, чувствуя духовное сближение и успокоение истерзанных переживаниями душ. В этот момент двери распахнулись настежь, и влетела довольная Микка, которая за руку тащила за собой стеснительного Натана Ортего. Хотя уже сам факт того, что он пришел познакомиться со столь грозной родственницей, говорил об одном — его намерения относительно кузины серьезны. «Как же это здорово!» — подумала мила, улыбаясь. Едва им стоило познакомиться, как было заметно, что Натан пришелся бабушке по нраву, и им с Миккаэллой пока нечего опасаться. Долго Клотильда Бреан засиживаться не стала и довольно скоро покинула своих внучек, попросив не забывать про данные ей обещания. Мила была счастлива уже только от того, что сестрица сияла, как яркая звезда в ночи, и надеялась, что с ее недовольством и постоянным бурчанием наконец-то будет покончено.
ГЛАВА 16
Дни проносились чередой, приближая бал во дворце Императора. А поле него не за горами и экзамены с последующими каникулами, перед которыми всегда традиционный Новогодний балл. Хоть до зимнего праздника оставался целый месяц, прекрасная половина академии была занята подготовкой к предстоящему грандиозному мероприятию с танцами, музыкой и новогодним сюрпризом. Похоже, что никого особо волновал тот факт, что неуд хоть по одному предмету, означал запрет на посещение бала. Жизнь со временем стала возвращаться на круги своя. Отца Боллир встречала так же по субботам. Теплых объятий не ждал ни он, ни она, а в
