этот мир те кровные клятвы не распространяются, я уже давно это дело проверил.
— Егор, — вырвала меня из моих воспоминаний Дашка, дернув за рукав.
— Что, подошло время вопросов? — Улыбнувшись, я, обняв ее за плечи, притянул к себе, снова переведя взгляд на парней, контролируя, как они с «ящиками» играют.
Открыв один, набросав туда, что под руку попалось, закрывали его и открывали следующий пустой. Радости полные штаны, и что главное, у всех братьев. Вот тут они отпустили воображение в свободное плавание, припомнив заодно и Андрюху со Степаном, насколько те обрадуются, когда тяжелые мешки за плечами таскать не придется, да сколько и чего в «ящики» можно будет нагрузить.
— Я поняла, зачем моя кровь нужна была, но зачем твоя и Хрисана для моего «комода» и моя для вашего?
Хрисан, вроде и занят был, но тут же замер, лицом к нам повернулся, собираясь мой ответ внимательнейшим образом выслушивать.
— Закрывай «ящик» и иди сюда, — кивнул я ему. — Будете инструкцию и технику безопасности запоминать.
Подтянулись все братья.
— В первую очередь: зачем чужая кровь на личном «комоде». Этим действием мы не только активировали и привязали к себе личный артефакт, но и дали к нему доступ доверенным лицам. В жизни всякое может случиться и если вдруг мы с Хрисаном погибнем, то содержимое наших «комодов» не пропадет.
Ну вот, опять настроение сестре испортил, вон как лицом закаменела. Смерть близких — больная для нее тема. Это наша мелкая почти не помнит родителей, а Дашка хорошо их помнит и как они умерли, ну и меня она с дедушкой и бабушкой тоже уже не раз мысленно хоронила. Так что вполне понимаю такую ее реакцию.
— Не беспокойся, — поспешил я ее подбодрить — Знаешь же, что нас тяжело убить, для этого мы жилы и рвем, тренируемся постоянно. Но в жизни все бывает…
У братьев поднятая мной тема тоже позитива не вызвала, от былого хорошего настроения и следа не осталось. Стоят вон хмурые вокруг нас с Дашкой, но то ничего, сейчас я им его чуть подниму.
— Ну так вот, — продолжил я рассказывать, на сестру перестав обращать внимание, так она быстрей в себя придет. — Кровь это и ваш доступ к нашим артефактам, и… — обвел я их всех загадочным взглядом, — если хорошенько настроиться, прислушаться к себе, то на уровне интуиции всегда можно будет почувствовать, в каком направлении и как далеко от вас другой «комод» находится, кровью с вами связанный.
Во, даже Дашка от услышанного встрепенулась, лицом ожила, на меня удивленно посмотрела.
Тему смерти я больше поднимать не стал, это они потом и сами поймут. Если доверившийся вам человек погиб или просто на долгое время пропал, именно тогда ты и начинаешь беспокоиться, искать его «комод», в котором частенько немалые богатства хранятся. Это же и возможность узнать, где твой родич, друг или хороший приятель голову сложил. Пока в артефактах будет энергия, все мы сможем почувствовать направление на них, и если расстояние не очень велико, то и это самое примерное, на уровне ощущений, расстояние. Если же далеко, то только направление.
— Потом в этом деле потренируетесь на своем «комоде», так как его легче всего почувствовать, он никогда не потеряется, всегда будете знать, где он лежит. А теперь по артефакту: звезда, двенадцать вершин, двенадцать ящиков. Что бы вы туда ни положили и какого бы веса, самого веса вы не почувствуете. Плюс, в «ящике» ничего не может испортиться. Через год положенное туда достанете, состояние будет, как будто этого года и не было. Но! — поднял я указательный палец вверх. — Запомните раз и навсегда: живого человека или животное в ящик помещать нельзя ни в коем случае. Достанете вы его оттуда тоже свежего, но сто процентов мертвого. Как будто он вот только что издал последний вздох. Выжить в «ящике» даже растение не сможет. Достанете его свежим и цветущим, но что бы вы ни делали дальше, оно завянет.
Что такое стазис я им объяснять не стал, долго, да и ненужно им это знание, главное же до них донес. Мертвых переносить можно, так что теперь не будет переживаний, что добытые во время охоты туши протухнут из-за большого расстояния до дома. Также можно и свежее мясо в «комодах» хранить. Во всяком случае в этом году, на следующий, когда нефрит появится, я настоящие стазис-шкафы сделаю для хранения быстро портящихся продуктов. Так что теперь свеженина нам круглый год доступна будет, не придется солониной и копченостями питаться. Ну и запасов ягод и фруктов наделать, тоже будет приятно зимой свежих отведать. Но это и сейчас еще не поздно сделать, осень, самая пора таежные дары собирать, да и уже собранные запасы в «комоды» уберем.
Вообще, эти «комоды» именно для охотников и разных путешественников незаменимая вещь, Дарье он как таковой и не нужен, для дома больше бы подошел простой стазисный шкаф. Но раз пообещал сестре подарок, пусть у нее свои личные сундуки будут, ей такое количество на всю жизнь хватит. Будет в них свои ценности хранить, до которых никто добраться не сможет.
«Ну или выпивку в будущем от мужа прятать, — улыбнулся я, вспомнив бабушку, как она от деда сторожит тот же „Абалейский мед“. — Бабушка, черт».
Вспомнив ее, я на Дарью взгляд бросил, как бы она теперь при бабушке хранительницей разных ценностей не стала. «Комод» то бабушка у сестренки отобрать не сможет, но вот припряжет наверняка. Так как еще один артефакт я сейчас сделать не смогу, весь запас нефрита до пылинки истратил. Весь, кроме статуэтки Хотэя. Пусть я и не особо суеверный, но оставил его на самый крайний случай. Ведь именно с его находки нам удача повалила, жизнь новыми красками заиграла и стало возможно то, чего я думал лишился навсегда. Теперь, без крайней на то нужды, трогать его я не хотел, просто рука не поднималась.
— Вопросы есть?
Вопросов не оказалось ни у кого, видимо окончательно пресытил я мозги своих родичей всеми последними новинками, стоят вон, переваривают информацию.
— Ладно, раз вопросов нет,
