убирает волосы с моего лица.
— Ты обещаешь… ты обещаешь, что станет легче? — шепчу я.
Она медленно кивает.
— Да, но это не значит, что сейчас не больно.
Аллегра грустно улыбается.
— Как насчет того, чтобы отвезти тебя домой? Если ты действительно хочешь выпить, я сделаю это с тобой. Черт, мы можем раздавить его, если ты хочешь. У него маленький член? Странные фетиши? — поддразнивает она.
Я смеюсь сквозь слезы и вытираю лицо, спотыкаясь на нелепых туфлях на каблуках, которые я надела раньше, не подумав.
— Нет, у него огромный член и… черт, он потрясающий. Я не могу его бросить.
Аллегра вздыхает.
— Очень жаль. Тонкие, маленькие члены легче пережить, — подмигивает Аллегра.
— Нас всегда портят те ублюдки, которые умеют хорошо трахаться. Давай я отвезу нас домой, и ты мне все расскажешь.
— Спасибо, — шепчу я, и Аллегра обхватывает меня руками, когда внезапная усталость наполняет меня.
Ее объятия лучше, чем миллион прикосновений незнакомцев. Это правильное чувство, потому что она заботится, она не дает мне развалиться, когда я чувствую, что не справлюсь сама. Ее сила обещает мне, что все наладится, даже если сейчас я не вижу света.
— Не стоит благодарности, детка. Мы друзья, ты просто забыла об этом на мгновение. Жизнь продолжается, Лекси, просто не позволяй ей слишком долго продолжаться без тебя.
Жизнь продолжается… это правда.
Но как мне жить дальше с той жизнью, которая мне больше не нужна?
Тайлер и жизнь, которую мы строили вместе, были тем, чего я хотела, а теперь, когда я вернулась к этой пустоте, я знаю, что это не то, чего я хочу.
Как мне справиться с этим?
Неужели это и есть взросление и обретение силы?
Если да, то это отстой.
35
ТАЙЛЕР
Ангел тянулась ко мне, пыталась обнять меня, помочь мне…
Я не мог.
Было слишком больно обнимать и прикасаться к женщине, которой у меня больше никогда не будет. Женщине, чье сердце я так жестоко разбил из-за собственной боли. Увидев ее там, я был ошеломлен, потому что знал, что она пришла за мной, а не за ним, а я снова обошелся с ней как с дерьмом.
Может, это и к лучшему, по крайней мере, теперь она может двигаться дальше. Лекси может перестать пытаться спасти меня.
Я допиваю последнюю бутылку и падаю обратно на диван, уставившись в потолок. Я не могу заставить себя подняться наверх, почувствовать ее запах, который улетучивается с моих простыней. Увидеть комнату моего сына, которой он больше никогда не будет пользоваться.
Похороны были ужасны, но этот момент еще хуже. Скорбящие на службе будут жить дальше — чувствовать грусть, а потом жить дальше, но как мне быть?
Как мне жить дальше после потери моего ребенка?
От потери любви всей моей жизни?
Я не знаю — вот простой ответ. Мне нужно научиться жить с этим, и это то, что я должен сделать сейчас.
Я просто не знаю как.
Мой отец пытался остаться. После этого он пришел ко мне домой, взглянул на все, снял пальто и начал приводить в порядок выброшенные бутылки. Он даже сходил за покупками для меня и заделал дыры в стене, а потом посидел со мной и выпил. Но я не мог говорить, и, в конце концов, ему пришлось вернуться домой к своей семье.
Ангел была моей семьей.
Я не могу заставить себя протянуть руку помощи кому-либо. Вместо этого я напиваюсь и отключаюсь, а когда просыпаюсь на следующее утро, мне противно от того, во что я превратился. Я заставляю себя встать на ноги и иду в душ, не обращая внимания на похмелье, одеваюсь и привожу себя в порядок после вчерашнего вечера. Затем я сажусь с чашкой кофе за стол, мои пальцы зацепились за царапину от нашего с Лекси последнего совместного отдыха.
Я должен протянуть руку и извиниться. При ярком свете дня я ненавижу то, что я с ней сделал. Я набросился на нее от боли и горя, не думая. Я просто хотел защитить Ангела от тьмы, бушующей во мне. Меня охватила буря сердечной боли, и вместо того, чтобы просто почувствовать ее, я выместил боль на Лекси, но это разрушило бы то, что я уже сделал. Я знаю, что был прав, я разрушил бы ее жизнь.
Нет, так будет лучше.
Даже если это больно, даже если я ненавижу тот факт, что я ответственен за ее слезы.
Но, даже подумав об этом, я не могу остановиться. Несколько часов спустя я не могу сопротивляться, я должен знать, все ли с ней в порядке. Я подъезжаю к ее квартире и просто сижу снаружи, не давая себе войти и вымолить у нее прощение. Я страстно хочу увидеть Лекси, узнать, что с ней все в порядке.
Что она в безопасности.
Я знаю, что вчера наконец-то разобрались с ее новой дверью, и это меня немного успокаивает, но мне нужно увидеть все своими глазами.
Мне приходится ждать несколько часов, но я вижу, как Лекси вылезает из черной машины с женщиной за рулем, которую я узнаю в клубе. Она машет рукой на прощание, но глаза у нее красные и выглядит она усталой. Это вызывает в моем сердце чувство сожаления и потери.
Тоска.
Я скучаю по ней. И когда Лекси поворачивается и направляется внутрь, мое сердце замирает от того, что я ее не увижу. Это все, что я могу себе позволить, но после одного взгляда я снова теряюсь, потому что я все еще люблю Лекси. Всегда любил и всегда буду; с того первого момента, когда она вошла в мой дом и улыбнулась мне…
Я принадлежу моему Ангелу.
Сердцем, телом и душой.
Навсегда.
36
ЛЕКСИ
Прошла неделя с тех пор, как я видела Тайлера, и я думала, что с каждым днем будет становиться легче, но этого не происходит. Мы так сильно разошлись во мнениях, что я не чувствую, что мне удалось высказать свою точку зрения или получить завершение, так что вместо этого все это остается внутри меня.
Гноится.
Я знаю, что в глубине души Тайлер был моим человеком. Наша любовь превосходит эмоции и мысли, мы были созданы друг для друга. Это намного глубже, чем просто любовь, мы родственные души, и даже если
