Какими бы ни были ответы на эти вопросы, Тэлли не могла воспользоваться этой ямой — городское воспитание не позволяло. И она ушла в глубь леса. В Дыме на такое посмотрели бы неодобрительно, но она понадеялась, что здесь юной богине простят небольшую вольность.
Тэлли помахала рукой двоим дозорным, стоящим на постах на границе деревни, и они немного нервно поклонились ей, неловко пряча за спиной дубинки. Охотники до сих пор побаивались ее, они словно бы удивлялись, как еще живы после того, как хотели проломить ей голову.
Тэлли брела в лес, пока деревня не пропала из виду. Заблудиться девушка ничуть не боялась. Порывы ветра то и дело приносили зловоние выгребной ямы, а если бы что-то случилось, Тэлли всегда могла криком позвать на помощь дозорных.
Под ярким солнцем ночная наледь таяла, от земли шел пар. Лес издавал негромкие шорохи, как старый дом родителей Тэлли, когда она оставалась там одна. Тени листьев качались на фоне теней древесных стволов, и из-за этого при каждом порыве ветра Тэлли казалось, будто вокруг кто-то шныряет. Снова вернулось ощущение, будто за ней следят. Она поскорее нашла удобное место и быстро помочилась.
Но прежде чем возвращаться в деревню, Тэлли решила немного погулять и дать волю воображению. Здесь несколько минут наедине с собой были роскошью. Интересно, что делают влюбленные, если хотят уединиться, и вообще, есть ли у кого-то в деревне свои тайны?
За последний месяц она привыкла проводить почти каждую минуту рядом с Зейном. Теперь она очень остро ощущала его отсутствие. Ее телу не хватало его тепла. Но спать в одном помещении с двумя десятками чужих людей было непривычно и дико.
Тэлли вдруг вздрогнула и замерла. Она что-то заметила краем глаза. Что-то мелькнуло, и это не была игра листьев на ветру. Она стала внимательно вглядываться в тени между деревьями…
Из леса послышался смех.
Это был Эндрю Симпсон Смит. Улыбаясь от уха до уха, он пробирался через заросли кустарника.
— Ты за мной подглядывал? — осведомилась Тэлли.
— Подглядывал? — переспросил он удивленно.
Похоже, слово было ему незнакомо.
«А может быть, здесь никто понятия не имеет, что такое подглядывать, — подумала Тэлли. — Все ведь живут у всех на виду».
— Я проснулся, когда ты нас покинула, Юная Кровь. Я подумал, что стоит пойти и посмотреть, как ты…
Тэлли вздернула брови.
— Как я — что?
— Как ты улетишь, — смущенно ответил юный жрец.
Тэлли не выдержала и расхохоталась. Ночью, у костра, как она ни старалась, Эндрю Симпсон Смит так и не сумел понять, что такое скайборд и по какому принципу он действует. Она объяснила, что юные боги не так часто пользуются аэромобилями, что они предпочитают другой вид летающих машин.
Эндрю насупился. Наверное, он подумал, что Тэлли назло ему не хочет раскрывать своих магических способностей.
— Прости, Эндрю. Но я же говорила ночью: я не умею летать.
— Но когда ты рассказывала свою историю, ты говорила, что хочешь догнать своих друзей.
— Верно. Я ведь объясняла: мой скайборд сломался. Утонул. Боюсь, мне придется идти пешком.
Некоторое время Эндрю мучительно соображал. Видно, ему с трудом верилось, что орудия богов могут ломаться. Потом он вдруг просиял. Во рту у него не хватало одного зуба, и это придавало ему ребяческий вид.
— Тогда я помогу тебе. Мы пойдем туда вместе.
— О… Правда?
Он кивнул.
— Смиты — жрецы, святые люди. Я — слуга богов, как мой отец.
Последние слова он произнес тихо, упавшим голосом. Тэлли поражалась тому, насколько легко ей читать мысли Эндрю. По лицу любого из лесных жителей без труда можно было понять, о чем он думает. Похоже, у них даже в мыслях не было места для чего-то личного.
«Может быть, они и врать не умеют?» — подумала Тэлли.
Зато, очевидно, они позволили себя обмануть кому-то из красавцев. Подумать только, «боги»!
— А когда умер твой отец, Эндрю? Не так давно, да?
Жрец изумленно посмотрел на девушку — наверное, решил, что она магическим образом прочитала его мысли.
— Это случилось всего месяц назад, как раз перед самой длинной ночью.
Тэлли не знала, что такое «самая длинная ночь», но прерывать Эндрю не стала.
— Мы вдвоем искали развалины города. Старшие боги любят просить нас разыскивать для них обители ржавников, чтобы они, боги, могли их изучить. И мы напоролись на чужаков.
— На чужаков? И меня вы тоже приняли за чужака?
— Да. Но в тот раз мы встретили не юную богиню. Это был боевой отряд. Мы первыми их заметили, но их собаки почуяли нас. Мой отец был стар. Он прожил целых сорок лет, — с гордостью сообщил Эндрю.
Тэлли медленно выдохнула. Все восьмеро ее прабабушек и прадедушек были живы, и всем им перевалило за сто.
— У него кости стали слабые, — продолжал Эндрю почти шепотом. — Он побежал по дну речки и подвернул ногу. Мне пришлось бросить его.
Тэлли облизнула пересохшие губы. Господи, неужели в этом мире можно погибнуть просто от того, что ты подвернул ногу?
— О… Мне так жаль.
— Он успел отдать мне свой нож. — Эндрю вытащил клинок из-за пояса, и Тэлли рассмотрела его лучше, чем прошедшей ночью. Это был незатачиваемый кухонный нож с зазубренным лезвием. — И теперь я жрец.
Тэлли скованно кивнула. Жрец держал в руке дешевый, некачественный нож, а она вспомнила о том, как чуть было не закончилась ее первая встреча с его сородичами. Ведь ее могла постигнуть судьба отца Эндрю.
— Но почему?
— Почему, Юная Кровь? Потому что я — его сын.
— Нет, я не об этом. Почему чужаки хотели убить твоего отца? Или вообще кого-то из вашей деревни?
Эндрю сдвинул брови. Похоже, вопрос показался ему странным.
— Пришел их черед.
— Как это?
Он пожал плечами.
— Мы убили летом. Они должны были отомстить.
— Вы убили… одного из них?
— Это была наша месть — за убитого ранней весной. — Он холодно усмехнулся. — Тогда я был в боевом отряде.
— Так это вроде расплаты? А когда же это все началось?
— Началось? — переспросил Эндрю и уставился на лезвие своего ножа, будто пытался что-то прочесть на зеркально-тусклой поверхности металла. — Так было всегда. Они чужаки. — Он улыбнулся. — Я порадовался, когда отряд вернулся с тобой, и никого не убили. Так что очередь по-прежнему за нами, и я еще смогу отомстить за смерть отца.
Тэлли не могла произнести ни слова. За считанные секунды Эндрю Симпсон Смит превратился из скорбящего сироты в какого-то… дикаря. Его бледные пальцы с такой силой сжали рукоятку ножа, что совсем побелели, будто из них вытекла кровь.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
