Посреди ночи Тэлли проснулась от холода и пожалела о своей самонадеянности. Выдержав довольно долгую борьбу с собой и проиграв, она вздохнула и подползла поближе к Эндрю, и прижалась к его спине. Это был не Зейн, но лучше все же было согреться от тепла человеческого тела, чем мерзнуть в одиночестве на каменном полу.
Она проснулась на рассвете от запаха дыма.
КРАЙ СВЕТА
Тэлли хотела вскрикнуть, но на ее губы решительно легла ладонь.
Первым ее порывом было начать отбиваться и выворачиваться, но интуиция отсоветовала ей это делать. Рука принадлежала Эндрю. Она узнала его по запаху. После того, как они две ночи проспали рядом, этот запах запечатлелся в ее подсознании.
Она расслабилась, а Эндрю убрал руку.
— Что случилось? — прошептала Тэлли.
— Чужаки. Их много, и они решились развести костер.
Тэлли немного подумала и кивнула: только большой отряд вооруженных мужчин решится развести костер за пределами собственной деревни, если известно, что другое племя ищет мести.
Принюхавшись к дымному воздуху, Тэлли уловила запах жарящегося мяса. Потом она расслышала обрывки грубоватого разговора. Видимо, эти люди встали лагерем неподалеку уже после того, как Тэлли и Эндрю заснули, и теперь готовят себе завтрак.
— Что будем делать?
— Ты оставайся здесь. А я пойду посмотрю, не смогу ли встретиться с кем-то из них один на один.
— Ты с ума сошел?
Эндрю вытащил из ножен отцовский нож.
— Это мой шанс сравнять счет.
— Счет? Это что тебе, футбол? — прошипела Тэлли. — Тебя убьют! Ты сам сказал: их много!
— Я найду того, кто будет один, — заспорил Эндрю. — Я не дурак.
— Забудь об этом!
Тэлли крепко сжала руку Эндрю. Он попытался вырваться, но не смог сопротивляться силе ее мышц, усиленных за счет Операции Красоты.
Он гневно уставился на нее и громко проговорил:
— Если мы подеремся, нас услышат.
— Хватит дурачиться! Тсс!
— Отпусти меня! — потребовал он еще громче, и Тэлли поняла, что, если она будет настаивать, он без колебаний перейдет на крик.
Честь толкала его на поиски врага, пусть даже это ставило под угрозу их жизни. Конечно, Тэлли чужаки, наверное, и пальцем побоятся тронуть, стоит им увидеть ее красивое лицо, но Эндрю они прикончат на месте. Так что если этот глупец не заткнется, он покойник. Тэлли вздохнула и отпустила его руку.
Эндрю, не сказав больше ни слова, выполз из пещеры с ножом в руке.
Тэлли сидела в темноте и в полном отчаянии проигрывала в уме только что происшедшую перепалку. Что еще она могла сказать ему? Какие доводы, высказанные шепотом, могли оказаться убедительнее десятилетий кровной мести? Безнадежно.
Может быть, все было намного серьезнее и глубже. Тэлли снова вспомнила слова доктора Кейбл: люди всегда заново изобретали войну и всегда, в конце концов превращались в ржавников. Этот биологический вид существ представляет угрозу для всей планеты, пусть даже лесные жители понятия не имеют, что такое планета. Какое же существует лекарство от этого, кроме Операции Красоты?
Может быть, в чем-то чрезвычайники правы…
Тэлли обхватила колени руками. Она сидела на каменном полу пещеры — несчастная, голодная, мучающаяся от жажды. Ей ничего не оставалось, как только ждать возвращения Эндрю. Но он мог и не вернуться.
Как же он мог просто взять и бросить ее здесь?
Да, конечно, он и своего отца был вынужден бросить на верную смерть — раненого, упавшего в холодную реку. Наверное, после такого кто угодно загорелся бы жаждой мести. Но Эндрю не искал тех людей, которые убили его отца. Сейчас он вышел на тропу войны, чтобы прикончить первого попавшегося чужака. А это не укладывалось в голове. Опасливо подобравшись к выходу из пещеры, Тэлли не услышала никаких звуков от стоянки чужаков. Только ветер шуршал листвой.
А потом она увидела, что за деревьями кто-то идет…
Это был Эндрю. Он весь перемазался в грязи, будто полз По земле на животе, но лезвие ножа, зажатого в его руке, было чистым. И на его руках Тэлли крови не заметила. Когда он подошел поближе, она с облегчением увидела, что на его лице застыло выражение разочарования.
— Что, не повезло? — спросила она.
Он покачал головой.
— Мой отец еще не отомщен.
— Жаль. Но что поделаешь. Давай убираться отсюда.
Он нахмурился.
— Завтракать не будем?
Тэлли негромко выругалась. Несколько минут назад этому парню ничего не хотелось, кроме того, чтобы выследить и убить любого чужака, а теперь он стал похож на малыша, у которого отобрали обещанное мороженое.
— Поздно завтракать, — буркнула Тэлли и забросила рюкзак за плечо. — В какой стороне у нас край света?
Они долго шли молча, солнце уже перевалило за полдень. В конце концов у Тэлли так заурчало в животе от голода, что пришлось сделать привал. Есть жалкую пародию на мясо у нее не было настроения, так что она приготовила две порции «ВегеРиса».
Эндрю вел себя как щенок, желающий всеми способами угодить хозяйке. Он игриво пытался освоить палочки для еды и отпускал шуточки по поводу собственной неловкости. Но Тэлли никак не могла заставить себя улыбнуться. Пока она ждала его, ушедшего мстить за отца, ее словно сковало льдом.
Конечно, несправедливо было злиться на Эндрю. Возможно, он совершенно не понимал, почему Тэлли так протестует против обычного убийства. Он впитал понятие о поочередной мести с молоком матери. Это было неотъемлемой частью его примитивной жизни, как спанье вповалку и рубка деревьев. Он не находил в этом ничего дурного или необычного, точно так же, как не понимал, до какой степени у нее вызывала отвращения яма, служившая жителям деревни отхожим местом.
Тэлли во многом отличалась от жителей деревни. По крайней мере, хоть это изменилось на протяжении истории человечества. Может быть, еще не все потеряно…
Но ей не очень хотелось говорить об этом с Эндрю, даже не хотелось ему улыбаться.
— А что находится за краем света? — спросила она в конце концов.
Он пожал плечами.
— Ничего.
— Но должно же там быть хоть что-то.
— Мир просто кончается.
— Ты там бывал?
— Конечно. Каждый юноша ходит туда — за год до того, как становится мужчиной.
Тэлли поморщилась. Опять клуб «Только для мальчиков».
— Но как это выглядит? Там широкая река? Или какая-то неприступная скала?
Эндрю покачал головой.
— Нет. Это похоже на лес — такой, как везде. Но это конец. Там такие маленькие человечки, они никого не пускают дальше.
— Маленькие человечки, говоришь?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
