Всем было известно, что тамплиеры никогда не отступают. Они сражаются насмерть, но не сдаются. Они внушали благоговение, показав решимость во время ужасных преследований, и это была одна из причин, по которой король Франции Филипп Красивый получил разрешение папы на роспуск ордена очень не скоро и с большими трудностями, чем ожидал.
Каждый солдат в Данливи и на стороне англичан знал о репутации тамплиеров. В сражениях врагу от них не было пощады; тех, кто противостоял братству, сметали с земли. И на какое-то мгновение Элизабет показалось, что одного присутствия тамплиеров на поле боя будет достаточно, чтобы противник обратился в бегство.
Но внезапно из рядов англичан вперед рванулся какой-то всадник. Он выглядел очень эффектно, его броня сверкала в солнечных лучах, а на щите был виден королевский девиз.
– Это сэр Лукас, – негромко произнес капитан так же, как и Элизабет, он внимательно смотрел на происходящее. – Боже правый, он, должно быть, бывший тамплиер, раз имеет мужество выступить в одиночку против таких воинов, – прошептал капитан, покачав головой.
«О нет, благословенные ангелы, нет…»
Элизабет мысленно произнесла это заклинание, зная, что оно бесполезно. Сэр Лукас бросил вызов, направившись к противнику в одиночку, и кто-либо из тамплиеров должен был ответить на этот вызов. Элизабет не составило труда догадаться, кем будет этот рыцарь.
В следующее мгновение одинокий рыцарь выдвинулся из цепи воинов на холме и двинулся вниз по направлению к Люку. Через несколько мгновений оба мчались навстречу друг другу во весь опор. Те чувства, которые она испытала при виде Александра, уступили место пронизывающей боли. Этим рыцарем был Александр.
Глава 17
Александр мчался по полю навстречу Люку, копыта лошади били в такт со стуком его сердца, полного жажды мщения. На щите Люка блестели солнечные лучи, но Александр, прищурившись, продолжал смотреть в точку, куда он должен был нанести удар. Он испытывая ту же восхитительную жажду крови, которую всегда ощущал в последние мгновения перед столкновением с противником. Но теперь эта жажда была много сильнее.
На этот раз Александр сражался за Элизабет.
Когда он выхватил из ножен меч, раздался металлический звук, чуть приглушенный свистом воздуха в его шлеме. Александр поднялся в стременах, его тело напряглось, он двигался с лошадью как единое целое, наклонившись вперед в седле и готовясь к столкновению с Люком. Готовясь наконец использовать возможность заставить этого ублюдка заплатить за все мерзости, которые тот совершил против Александра и дорогих ему людей.
Еще несколько шагов… Меч Александра ударил по мечу Люка с сокрушительной силой. От удара его плечо дернулось так резко, что непременно выбило бы сустав, если бы Александр не получил основательную подготовку, участвуя в сотне поединков. Их лошади тоже столкнулись и рухнули на землю. Александр услышал жалобное ржание, после чего земля и небо, похоже, рванулись куда-то по сумасшедшей дуге, и его лошадь перевернулась.
Александр с невероятной силой ударился о землю, а шлем сорвало с головы. Какое-то мгновение он лежал неподвижно, потеряв ориентацию и предпринимая усилия, чтобы собраться с мыслями, не обращая внимания на нестерпимую боль… Пот застилал глаза. Он перекатился к мечу, схватил его и выпрямился. Александр стремительно огляделся, стараясь определить местоположение Люка. Без сомнения, соперник тоже упал с лошади. Александр знал, что тот придет в себя очень быстро, поскольку прошел выучку у тамплиеров.
Александр, тоже прекрасно натренированный, вдруг почувствовал движение за спиной. Краем глаза он увидел меч Люка.
Александр машинально поднял меч, чтобы отразить удар, и тут же повернулся, чтобы нанести ответный. Разящий меч с грохотом обрушился на щит Люка, заставив того сделать шаг назад. Теперь преимущества внезапности у него не было, и Люк поспешно отступил. Он тоже потерял шлем при столкновении. Глядя на Александра, он принял боевую стойку, которую Александр помнил еще по их тренировкам на Кипре.
Краем глаза Александр заметил, что часть английской армии начала двигаться вперед и что остальные тамплиеры, в том числе Деймиен, Ричард и Джон, выехали навстречу и уже начали сражение с англичанами неподалеку от холма. Из Данливи стали выбегать солдаты, чтобы присоединиться к рыцарям братства. На всем пространстве перед замком слышались знакомые звуки боя, обостряя чувства Александра и посылая толчками горячую, густую кровь по венам.
Но он не мог ввязаться в это сражение. Время не пришло. Сначала он должен разделаться с Люком.
Александр стиснул зубы и попытался сосредоточиться. Он не должен поддаваться боли. Ни одной посторонней мысли, он должен сосредоточиться на враге.
Люк издал рычание, и Александр поднял оружие. Затем оба рванулись вперед, чтобы снова скрестить мечи. Столкнувшиеся клинки выбили сноп искр. В голове Александра было лишь одно желание – убить противника; это желание придавало ему сил продолжать бой и толкало вперед на врага, который был равен ему по мастерству.
Люк не уступал Александру в науке убивать. Но между ними двоими было одно серьезное различие, и Александра молил Бога, чтобы это различие перевесило чашу весов, определив, кому уйти с поля боя победителем, а кого унесут закоченевшим трупом: Люк сражался за власть и славу, Александр – за женщину, которую любил.
– Ты не отступишь, Александр, не так ли? – процедил сквозь зубы Люк, с силой отталкивая щитом Александра назад после того, как подставил щит под его удар. – Ты мог бежать на север, но оказался настолько глуп, что вернулся.
– Я никуда больше не побегу, – ответил Александр, тяжело дыша. И он с силой опустил меч, так что чуть не отхватил руку Люка. Но тот в последний момент уклонился. – Ты заплатишь за все свои преступления.
– Тебе бы следовало бежать, – буркнул Люк и нанес удар, который задел бедро Александра и причинил сильную боль. – Этот удар ты всегда выполнял лучше всех, не правда ли? – поддразнил Люк.
Пропустив мимо ушей эти слова, Александр сделал шаг в сторону, зная, что ему не следует смотреть на бедро, поскольку Люк этим сразу же воспользуется. Как он и ожидал, противник тут же двинулся вперед и попытался нанести еще один удар, явно надеясь, что Александра отвлечет боль в ноге.
Но Александр тренировался слишком долго и упорно, чтобы подобное могло произойти.
Отразив удар мечом, он повернулся и нанес Люку рану на запястье, там, где рука не была защищена броней. Люк с искаженным от боли лицом отпрянул.
– Хорошо сделано, – процедил он сквозь зубы Клинки их снова скрестились. У обоих участилось дыхание. – Я буду помнить об этой ране, взламывая двери спальни, – злобно буркнул он и нанес Александру новый удар. – Чтобы получить свою долю удовольствия с твоей горячей девкой.
